Эссе. Время заблудилось в горах

Хасан Гапураев
Авторский проект: рекламная библиотека народной прозы

ВРЕМЯ ЗАБЛУДИЛОСЬ В ГОРАХ
(Эссе)

ГРОЗНЫЙ-2016

60-летию Героя России
Ахмат-Хаджи Кадырова
посвящается

ВРЕМЯ ЗАДУМАЛОСЬ НА МИГ…
Исторические личности по истечении времени обрастают легендами и небылицами. Писатели, гораздые на вымысел, ставят своего героя в различные ситуации и всегда выводят его победителем. Это их право. А я вам приведу реальные случаи из жизни этого замечательного человека, свидетелем которых по воле случая оказался я сам. Но прежде, чем начать свое повествование, приведу слова самого Ахмат-Хаджи Кадырова:
«Я не родился политиком. И стать государственным деятелем не думал никогда. И политиком, и государственным деятелем меня сделало наше смутное и беспокойное время, которое перевернуло сознание целого поколения, подвергло переосмыслению понятия и ценности, казавшиеся до этого незыблемыми и не подвергаемыми сомнению»…
Июнь 1959 года. ВШ с. Центарой.
10 часов 00 минут

– Кроме прочих, на повестке дня совещания учителей Центаройской восьмилетней школы Шалинского района ЧИАССР стоял несколько необычный вопрос: досрочный перевод ученика 1-А Ахмата Кадырова на класс выше, в 3-й класс, − вспоминает тогдашний заведующий учебной частью школы Джандар Висмурадов.
Директор школы Гилани Чистаев еще в прошлом году просил сделать это. Тогда заведующий районным отделом образования Шемил Цураев не дал согласия. Если честно, как он потом признается сам, не поверил в такие способности сельского мальчишки. Да и возрастной баланс нельзя было нарушать: в 1-й класс, пожалуйста, в 7 лет. И на этом совещании опять, уже за своего ученика, заступились сельские учителя начальных классов: «Не вундеркинд, но юноша, одаренный от природы», − твердили они.
Зав. районо сам решил проверить знания юноши. Что интересно, Ахмат знал в совершенстве алфавит и чистописание целых предложений. При сложении и вычитании рассуждал весьма логично. Знал деление и умножение. А когда дело дошло до литературных способностей, то Ахмат Кадыров продекламировал не только:
«Бежит матрос, бежит солдат,
стреляет на ходу.
Рабочий тащит пулемет,
сейчас он вступит в бой…»,
но и замахнулся даже на программу 4 класса:
«Ищет милиция, ищут пожарные
Парня в футболке и кепке»…
Даже сами учителя удивились, где он мог выучить эти стихи. Так и был переведен Ахмат Кадыров через класс: с 1-го в 3-й. Но не все так просто…
Здесь был человек, знающий феномен грамотности Кадырова, но рассказать подробности о нем завуч не мог, это значило бы загубить все дело. У мальчика было религиозное образование, а религия была отделена от государства, а на деле вообще запрещена. А чеченцы такой народ, что при всех властях испокон веков хоронят своих мертвых по законам шариата. Ахмат с 3-х лет был обучен азам арабской письменности, и ему ничего не составляло читать, писать, умножать или делить числа.
Наконец, мальчика отпустили. На его лице не было ликования или зазнайства. Он вежливо попрощался со всеми и вышел из учительской, теперь будучи уверенный, что новый учебный год он продолжит в третьем классе. Это единственный случай в истории села.
К 11-ти годам Ахмат Кадыров выучил 4 маила образования на арабском языке, что можно приравнять к Техническому училищу наших дней. Об этом знали сельские учителя и завуч, которые присутствовали на том педсовете. Не случайно говорится в народе: «Колючка и на ранней стадии бывает острой»…
Июнь 1971 года. Бачи-юрт.
12 часов 30 минут

С секретарем парткома колхоза имени Куйбышева Мусой Айдамировым едем на хлебоуборку. Стоит знойный солнечный день. Хотим попасть на полевой стан в обеденное время. Нам, журналистам Шалинской районной газеты «Знамя коммунизма», интересно знать, как организован досуг комбайнеров. Благо уборка идет в первом отделении. Как только машина «Газ-69», которую любезно одолжил нам на час председатель колхоза Али Алавдинов, свернула на дорогу в Новогрозный, мы оказались у края пшеничного поля.
Под тенью деревьев, возле стоящего на обочине грейдера разместился полевой штаб. Тут же находилась агитбригада районного Дома культуры во главе с заведующим отделом культуры райисполкома Альбертом Измайловым. Любимец публики, солист Ильяс Дакишвили исполнял песню «Ты скажи, красавица». Недавно созданный вокально-инструментальный ансамбль «Джаз-банда» под руководством Салавди Умархаджиева настраивал свои инструменты. Словом, перед концертом для хлеборобов полным ходом шла репетиция артистов художественной самодеятельности.
Однако героем дня сегодня неожиданно для всех стал молодой комбайнер Ахмад Кадыров. А на подвиг ушли всего лишь минуты. Дело в том, что здесь на косогоре решено было пшеницу убирать прямым комбайнированием, пуская агрегат на подъем и спуск. И вот на самом верху холма от обилия искр натужено работающего мотора уборочный агрегат вспыхнул как спичка. Требовалось мгновенное решение комбайнера, т.к. если бросить машину – загорится нива, да и сам комбайн не собрать, даже на запчасти; чтобы развернуться и съехать – нужно железное терпение, так как кабина «СК-5» объята пламенем и что в таком случае будет с комбайнером и его помощником, сам Аллах знает.
– Магомед, прыгай! – кричит Ахмад своему помощнику.
Мальчик лет 12-ти то ли его не слышал, то ли решил сделать это после старшего брата, но на окрик он не реагировал, а вместо этого достал воду из дубовой бочки, которая была вмонтирована на верхней платформе, рядом со шнеком.
Откуда ни возьмись, поднялся легкий ветерок и стал сбивать пламя наискосок, словно помогая отважным механизаторам. Вскоре объятый пламенем комбайн пересек вспаханную контрольную линию. Остальное было делом техники, подбежавшие люди потушили огонь. Главное, что комбайнер не растерялся и сумел высвободить еще не наполненный копнитель от соломы. А для этой операции нужны определенные навыки. Кстати, Ахмад Кадыров еще два года назад успешно окончил курсы механизаторов широкого профиля в станице Калиновская Наурского района.
Август 1985 года. Новогрозный.
11 часов 10 минут
− Я проводил на территорию Дагестана начальника ГАИ МВД ЧИАССР Валентина Афанасьева и ехал обратно. Но, не доезжая до Новогозного, свернул с дороги на обочину. Очень устал, мы сутки дежурили на трассе, глаза сами слипались, − рассказывает капитан милиции, старший госавтоинспектор Гудермесского района Казбек Якубов.
Возле меня остановилась машина «Жигули» шестой модели. Ко мне подошел стройный мужчина, на вид ему можно было дать лет 40, в поношенном бешмете и папахе:
– Как тебя зовут, товарищ капитан? – спросил он.
– Казбек, а родители зовут Хаж-Эли, – ответил я.
– Хаж-Эли, я Ахмат Кадыров из Центароя. У нас неожиданно возникла дорожная проблема. Отняли машину у сына Махарби из Аллероя. Наверное, ты наслышан о нем? Дело в том, что его старший сын Хамзат убит кровниками. Вот мы и занимаемся на этой машине организацией похоронного процесса. Сам знаешь, лето, жара…
− А по какой причине у вас отняли машину?
− У того, кто за рулем, нет водительских прав.
− Где вас остановили?
− У въезда в Новогрозный.
Мы подъехали на место. Я понял, что это работа автоинспектора Мартанукаева. У него была привычка проявлять излишние строгости по поводу и без. Я приказал автоинспекторам Николаю Наренко и Ату Шовхалову Кадырова и его спутников проводить до перевала, где поворот на Аллерой, а Мартанукаева оставил на посту.
Они уехали. Я снова сел в машину и прилег. Представил себе, какой свет шел от этого человека. Мы с ним не были знакомы, однако подкупал добрый взгляд его синих глаз, ясных как небо, и искренность в голосе.
К моему великому стыду, я не знал ученого-арабиста Махарби тоже. Я жил в центре Грозного, и много времени проводил на работе. Впоследствии мы познакомились с сыном Махарби, который живет в Новогрозном, и я часто гостил у них.
Сентябрь 1989 года. Курчалой.
10 часов 10 минут

Вместе с Ахмат-Хаджи Кадыровым обходим помещения Исламского института «Аль-Насуха». Здесь изучается несколько дисциплин. Три преподавателя – граждане других стран и республик, есть несколько чеченцев, в том числе и Хожахмед Кадыров. Я еще не знаю, каким неуместным будет мой первый вопрос. На тот момент я представлял газету «Ленинан некъ» в качестве специального корреспондента. Кабинет ректора еще не оформлен, скорее всего, еще не выделен. В здании бывшего сельского медресе комнат не хватает даже для учебного процесса. Многие муталимы из окрестных сел и ночуют здесь же. Правда, часть студентов размещена по сельским домам. Заведующий хозяйственной частью института Макмагомед Хасханов при мне обещает Ахмат-Хаджи, что его кабинет через три дня будет готов.
– Если б не журналист, он и за три недели не сделал бы такое доброе дело, – шутит Ахмат-Хаджи.
Мы собираемся в мечети. На встречу пришли несколько преподавателей и муталимов из старших групп. И вот мой вопрос:
– А кто такой Аль-Насуха, я такого святого не знаю. Почему институт не назван именем Кунта-Хаджи Кишиева?
Мои визави удивленно переглянулись. Ахмат-Хаджи быстро нашелся:
– Валлах1и, Насуха, здесь нет моего участия. Ответь журналисту. Кстати, это проректор института.
Представьте себе, как мне было неудобно перед моим старым другом. Почему-то я не думал, что институт может быть назван именем здравствующего Насуха-Хаджи Ахматова. Хотя знал, что здесь все делается на его личные деньги. Даже оплата преподавателей.
– Конечно, жима къонах, я не такой святой. Однако на старости лет славы хочется, зачем буду лукавить?
Насуха Ахматов в те годы был известным меценатом. Очень умный, деловой, предприимчивый, он на любой работе умел делать деньги. На его средства еще в те времена строились мосты, пищекомбинаты, хлебопекарни, консервные заводы. Он многим людям дал работу и большие заработки. Это был человек не своего времени. Тогда все было под запретом. Однако за деньги и в те суровые годы все разрешалось.
– Про Кунта-Хаджи говорить еще немножко рановато. Его именем много чего назовут и притом очень скоро. А вот Аль-Насухе тогда места мало будет. Вот и пользуемся моментом, – сказал Ахмат-Хаджи, сделав серьезный вид. И, вообще, трудно было узнать, когда он шутил, а за словом в карман он никогда не лез.
Из-за такта и уважения к Насухе-Хаджи, отцу моих хороших друзей Салама и Абубакара, я извинился перед ним. Теперь мой вопрос был адресован Ахмат-Хаджи Кадырову:
– А что даст нам этот Исламский институт, ведь религия отделена от государства, где найдут работу его выпускники?
Казалось, вопрос был на засыпку. Однако Ахмат-Хаджи добродушно улыбнулся и с радостью в голосе сказал:
– Да простят меня атеисты за пропаганду религии. Благодарю за такой прямой вопрос. Помнишь, наши святые, в том числе и Кунта-Хаджи, да будет доволен им Аллах, говорили: «Что вера в Аллаха в наших краях станет такой тонкой, словно лезвие сабли. Но потом возродится и станет необъятной как весь мир». Есть еще притча: «Рай под тенью ваших сабель». Таков клич был и у имама Шамиля. А я вижу здесь другую трактовку: «Когда солнце ислама осветит весь мир – не будет тени от лезвия сабли. Духовность надо возрождать умом, пропагандой и агитацией, разъясняя людям ее лучшие стороны, а не воевать за религию. Как можно убивая людей попасть в рай, если Аллах (Супхьана ва та1ала) в Коране говорит: «Никто не имеет права, кроме Бога, лишать человека жизни».
После таких разъяснений мы поехали в Грозный. Ахмат-Хаджи ехал к уполномоченному Совмина ЧИАССР по делам религии Лечи Мадаеву. Он вез смету расходов Исламского института на согласование и утверждение. Кадыров хотел, чтобы их работу оплачивало государство, раз оно начало признавать религию. Предварительный разговор с Доку Гапуровичем Завгаевым уже состоялся, остальное – дело времени.
Май 1993 года. Муфтият ЧР.
10 часов 30 минут

В Муфтият республики поступила жалоба. Бизнесмен Усман Рамзанов сообщает, что его дальний родственник Ширвани Махмудов занял у него 180 тысяч долларов США и не отдает. Прошло уже 2 года, как долг просрочен. На стороне должника такие влиятельные авторитеты из окружения президента Джохара Дудаева, как Мовсар Бараев, Шамиль Басаев. Муфтий республики Магомед-Башир Арсанукаев принял дело на рассмотрение, но, узнав, кто стоит за спиной должника, дал задний ход. Однако день рассмотрения жалобы настал, приглашенные явились в муфтият. И вот битый час потомок курайшитов, председатель комитета при муфтияте Саид-Хамзат Жамулаллайл и заместитель муфтия по шариатским вопросам Ахмат-Хаджи Кадыров стараются прения сторон ввести в рациональное русло.
Небольшой зал битком набит муллами и сторонниками спорящих сторон. Нормальному решению дела мешают вооруженные люди из разных группировок. Видимо должник своим заступникам обещал хороший куш. Каждый мулла привел примеры из жизни сподвижников пророка, что-то долго и невнятно говоря о вовремя не уплаченных долгах. Чувствуется, что кадиев пугают вооруженные люди, их грозные выкрики. Мало кого смущает, что в зале находится потомок самого пророка Саид-Хамзат Жамулаллайл и потомственный алим, знаток шариата Ахмат-Хаджи Кадыров.
Наконец, выслушав все стороны и нейтральных лиц, Ахмат-Хаджи Кадыров обвел зал синим взглядом из-под своих мохнатых бровей и грозным голосом сказал:
− Вы что себе позволяете? Я обращаюсь к вооруженным людям. Вам разъясняют закон Аллаха и Его пророка Мухаммада (1алайхиссалата вассалам). Вы что? Если у вас за плечами автоматы – палки для стрельбы, вы что возомнили себя выше Аллаха и Пророка?! Стыда перед старшими, как я понял, у вас нет, но совесть перед Всевышним должна быть. Прекратить в зале шум и гам! Чтобы я слышал, как муха здесь летает!
Неожиданно зал затих. Такого окрика еще не было на этих вооруженных до зубов людей. Никто не стал перечить или возражать Ахмат-Хаджи. И он продолжил:
− Ширвани Махмудов, а ну поднимись и выйди вперед! Расскажи нам, когда, на каких условиях и какую сумму ты занял деньги у правоверного мусульманина Усмана Рамзанова?!
В зале была мертвая тишина. Ширвани начал оправдываться:
− Деньги я занял по просьбе моего дальнего родственника Султанбека. Он эти деньги вложил в общак для покупки оружия ополченцам. Теперь их ему не отдают, а он в свою очередь мне. Вот и вся причина не возмещения мною долга.
− Значит так, кто бы за тобой не стоял, даже если на твоей стороне армия с ракетами и танками, шариат велит выплачивать долг в оговоренный срок. Занимал ты деньги для себя, для дяди или тестя – разницы нет. Божий раб Ширвани Махмудов, ты обязан выплатить долг Усману Рамзаному в полной мере, то есть ту сумму, которую ты занимал. Никаких надбавок и процентов шариат не признает. Если ты веришь в Аллаха, в Его Пророка и являешься мусульманином, то ты обязан выплатить долг. Все! Разбор дела закончен. Все свободны! Аллах1у Акбар!
Спустя неделю в муфтият пришел человек и сообщил, что долг полностью выплачен.
Август 1994 года. Штаб Автурханова.
12 часов 00 минут

− Мы утром встретились в кабинете министра местной промышленности Дудаевского Правительства Мусы Дашукаева, − говорит Рустам Чапхаев.
Предстояла поездка в Знаменское, в штаб оппозиционного к Дудаеву Правительства во главе с Умаром Автурхановым. Ровно в 10 часов 30 минут мы выехали. С нами было еще 2 ученых алима. Их фамилии я сейчас не помню. Ахмат-Хаджи тогда был заместителем муфтия республики по шариатским вопросам и представлял Бенойцев, но, вообще-то, мы ехали от имени всех тейпов Чечни. Я был просто водителем. У меня тогда была новая «Волга». Должен заметить, что Ахмат-Хаджи меня перед выездом предупредил:
− До тебя двое отказались ехать с нами. Если тебе неудобно везти делегацию, обиды на тебя нет. Можешь остаться дома.
− Я разделяю с вами участь нашей республики, − был мой ответ.
Правда, не ехать причины у меня были. Там стреляли, недавно привези трупы мирных людей. Были стычки на постах между противоборствующими сторонами. Чеченская земля уже дышала войной. К тому времени у меня жена лежала в республиканской больнице, ей сделали операцию. Тем не менее, хотелось быть участником примирения воинствующих сторон.
Мы с Ахмат-Хаджи поспорили на какую-то сумму, что в Горагорске на посту то ли Дудавецы не пропустят, то ли Автурхановцы. Была полнейшая реальность, что одна из сторон может так сделать, и огонь на поражение будет открыт. Словом, обстановка была довольно сложной. Люди с пропиской по нашей стороне не пропускались в Притеречье. Но мы на свой страх и риск поехали.
На место мы прибыли в 12 часов. Автурханова на месте не оказалось, нас принял его заместитель. Помню его слова:
− Что вас привело сюда?
Правда, его тон мне сразу не понравился. Это был тучный мужчина, выше среднего роста и командовал в то время Притеречными вооруженными формированиями.
Ахмат-Хаджи спокойным уверенным тоном сказал:
− Мы были у Дудаева. Ему сказали то же самое, что скажу и вам. Нас привела сюда тревога за судьбу чеченского народа. Если Вы не помиритесь друг с другом, то станете причиной разделения чеченского народа на два лагеря. Мы вашу цель знаем: вы хотите ввести сюда российские войска и развязать бойню. Начнется братоубийственная война. Поэтому мы пришли потребовать от вас, чтобы вы немедленно помирились и объединили наш народ. Иначе мы поднимем людей и объявим войну обеим сторонам. Если суждено нам умереть, то пусть мы умрем, примиряя свой народ! А развязывать войну с участием третьей силы мы не позволим.
Заместитель Автурханова выдержал небольшую паузу, видимо подбирая слова, и сказал:
− Вашу песню мы знаем, слышали такой свист! − он небрежно посмотрел на часы и добавил:
− Значит так, у вас ровно 20 минут, чтобы добраться до Терского хребта, где стоит пост. Иначе прикажу стрелять по вам!
В его голосе было какое-то высокомерие, скорее даже надменность, а может и цинизм.
− На все воля Аллаха, а тебе так кичиться не советую. Запомни, в ваших руках нет никакой власти. Все в руках Всевышнего. Нам еще надо совершить обеденный намаз и хотя бы чай на обед выпить. Мы сюда ехали, полагаясь на Бога, чтобы сказать то, что мы вам уже сказали. Так что наша миссия завершилась, − жестким голосом отчеканил Ахмат-Хаджи Кадров. Он медленно встал, всем своим видом подчеркивая ничтожество этого невежи.
Напротив Администрации района, где мы только что были, в учительском доме на втором этаже жил какой-то друг муллы, который сопровождал Ахмат-Хаджи. Он нас принял с великим радушием. Пока мы обновляли намаз, его жена быстро накрыла на стол. Но прежде Ахмат-Хаджи отозвал меня в коридор и сказал:
− Рустам, береженого и Бог бережет. Ты пока последи за нашей машиной, не ровен час заминируют. Я пришлю человека сменить тебя.
И вправду, не прошло и 15 минут, как вышел один из наших спутников. Я зашел, сделал намаз и успел плотно покушать. Хозяин и Ахмат-Хаджи шутили:
− Даже наши шейхи старались, чтобы кучер был сытым.
На обратном пути на посту нас даже не остановили. Видимо пропуском послужила статная папаха Ахмат-Хаджи Кадырова. Мы с ним потом долго шутили по этому поводу. Не помню сейчас, кто из нас выиграл спор, но помню его слова: «На словах каждый хочет мира в нашей республике, а вот трудиться ради мира никто не хочет». Думаю, нет надобности объяснять, как трудно было тогда на это решиться и ходить по лезвию ножа. Впоследствии я много раз вспоминал слова Ахмат-Хаджи Кадырова и с уверенностью мог бы сказать, что в нем были задатки шейха. Живи он во времена волхвов, ему непременно посоветовали бы побывать в халвате.
Июль 1995 года. Чермой лам.
14 часов 00 минут

На боевые действия объявлен мораторий. Наступило перемирие. Который день исполняющий обязанности муфтия Чеченской Республики Ахмат-Хаджи Кадыров отсутствовал дома. Вот и сегодня он обошел позиции ополченцев и возвращался в Ведено. До этого старинного укрепления оставалось еще полчаса езды верхом, когда муфтий остановился на полуденный намаз. Отсюда с горы Чермой лам открывается замечательная панорама, как на ладони видны все окрестные хутора. Свежий аромат альпийских лугов и горный озон наводит на разные мысли. Муфтий задумался о том, что он здесь делает, зачем весь этот спор с Великой Россией. Неужели нам так плохо живется под крылом огромного государства? Конечно, нет. Но вот политика этой страны убийственна: репрессии, войны, расправы. Между тем, это была другая страна – СССР.
Я искал в Ведено Хамида Хатуева или Ваху Дадулагова, которые издавали газету «Ичкерия». Оказывается, они еще в мае покинули эти края и присоединились к какому-то отряду ополченцев. А вот случайная встреча с муфтием обрадовала. Вместо обычных разговоров Ахмад-Хаджи ударился в размышления:
– А знаешь, я почему-то вспомнил роман «Зелимхан» М. Мамакаева. И за что люблю его читать, так всего лишь за одно предложение: «Когда они выехали из Ведено, справа видна была Зиярт Хеди».
Я не стал прерывать его мысли. Четверть века в печати. Знаю, что такой попутчик – мечта любого поэта. Такого умного и интересного собеседника нужно слушать. Тем более его давно не было дома. Возможно оттого и мысли разбросаны по всем отрогам гор, что только не придет на ум в такой ситуации.
– А не видно же с дороги Зиярт. Вот тут автор двух зайцев убивает: напоминает о том, что здесь есть гробница матери святого Кунта-Хаджи, а также указывает на дорогу, откуда она видна. А дорога эта царская. Идет она вон по тому гребню черной горы. Дорога булыжником вымощена нашими отцами в честь приезда русского царя Александра II. Было это где-то в 1875 году. Отсюда он поехал на Кезеной, а дальше в Дагестан через Ботлих. Видимо исследовал дорогу, по которой отступал имам Шамиль и заодно изучал феномен его долгого сопротивления России. Сегодня история повторяется. Что-то мы не так делаем. Раз у русских не хватает ума остановить войну, то чеченцы же должны найти выход?!
Кавказская война длилась 25 лет. Что получилось в итоге? Имам сдался в почетный плен, а народ так и остался под игом царя. А сегодня-то условия совсем другие. Все равно нам без России не выжить. Рядом все те же: Турция, Иран, да еще Америка сюда же «под нос» пришла. Нет, эти «старые ястребы» нас без России в покое не оставят. Вот это надо объяснить нашему народу. А сегодня на это времени не хватает. Да и вождей у нас безмозглых набралось много. Нигде не работают, ни кола, ни двора не имели, а тут с мешками денег ходят. Нет, здесь их не печатают. Не откопали они станок последнего имама Узум-Хаджи. Где-то за бугром «дядя» притаился, а мы здесь кровь проливаем. У чеченцев есть поговорка: «Тот, у кого нет и коровы, умер в драке за очередь, чтобы пасти стадо».
Вообще-то интересный народ – писатели. Помнишь, у Абузара Айдамирова: «У чеченцев нет возвышенности для лучших людей и ямы для плохих». Все эти слова приписывают имаму Шамилю. А ведь изречение это принадлежит самому автору. Шамиль знал, что чеченцы изгоняют из сел недостойных, а лучшим дают прозвище «къонах». И еще Абузар писал: «Кунта-Хаджи сказал, что такое крест? Железо носите. Церковь – строение, входите туда, а когда будет бесчестье женщин, тогда и воюйте». Это тоже изречения автора. Великий шейх был против всякого насилия, а войны тем более. А покорную голову меч не сечет. Да и религиозных войн на Кавказе не было. Кунта-Хаджи был одним из родоначальников тариката. Отдельные муллы ношение бороды тоже ему приписывают. Якобы это он сказал, что мой мюрид этим должен отличаться от других. Вот такое невежество в духовном воспитании и приводит нас к таким потрясениям.
Абузар Айдамиров попал в такое время, когда нет духовной пищи. Но он достойно воспитывает наше поколение. Я ему за это благодарен. Наше дело – понять правильно его иносказания. Ведь у каждого писателя есть свой зашифрованный текст, о котором в его время говорить нельзя. Вот это должен понимать каждый читатель. Не бывает, чтобы всем нравилось время, в котором они живут. Вот и появляются довольные и не довольные люди.
– А когда наш край будет счастливым и процветающим?
– Вот что и требовалось доказать. Нам муллам и вам писателям надо воспитать такое поколение, которое будет знать честь, совесть, достоинство, гордость и национальные особенности. Духовность и нравственность должны идти в ногу.
– А откуда мы такую национальную политику возьмем?
– Не надо изобретать велосипед. Выполним пять столпов ислама мы, христиане исполнят свои заповеди, иудеи – свои. Вот и все вернется на круги своя. К примеру, если мы признаем Аллаха и его пророка Мухаммада – мы на правильной дороге. Делаем намаз – соблюдаем чистоту дел, помыслов. Даем закят – значит мы богатые, можем помогать бедным. Совершаем хадж – тут уж и слов нет, значит мы верующие, честные, богатые, умные и еще тут обмениваемся новостями из других стран.
Конечно, если руководители воруют – народ все видит, а если власть создает блага, значит она сильная, а если сильная власть, то и воспитание наглядно проводит, а кое-кого и силой принуждает. Вот так и идет цепочка к благополучию народа.
Между тем, я благодарен этой войне. Она меня научила смотреть на нашу жизнь с другой стороны. Теперь я знаю, что делать, если к нам эта чума вернется. Надо прогнать этих нерадивых мучителей народа и установить твердую, мощную нашу власть. Под небом места всем хватает.
Март 1997 года. Египет.
11 часов 10 минут

Здесь собрались ученые мусульманского Востока, до 40 человек известных в арабском мире шейхов. Перед обсуждением проблем терроризма в мире в качестве развития темы была проведена пресс-конференция с участием Ахмат-Хаджи Кадырова. Мусульманский мир был насторожен противостоянием России и крошечной Чечни. Переводил речь Кадырова Звиад Сабсаби. Кстати, язык у последнего очень колоритный и содержит большой запас слов, благодаря чему перевод получался не только дословным, но и философски насыщенным. Мы знаем, какой оратор Ахмат-Хаджи Кадыров.
− Почти рядом со мной сидела красивая женщина из курайшитов, докторант Каирского университета, она увлеченно слушала Ахмат-Хаджи и плакала, – рассказывает Саид-Хамзат Жумалайл. – Арабские женщины много наносят на лицо косметики, поэтому из-за обилия слез по ее щекам текли ручейки туши. Она часто всхлипывала как ребенок.
Ахмат-Хаджи Кадыров рассказывал о вековых мытарствах чеченского народа в царское время, о геноциде 1944 года, о победоносной Первой чеченской войне. О мирном договоре с Россией. Но, как говорится, Восток – дело тонкое. Арабских ученых интересовал вопрос: могут ли быть добрососедские отношения между Россией и Чечней после такой войны? Они не хуже нашего знали трагедию Самашек и Сержень-юрта, о концлагерях, о рейдах на Буденновск и Кизляр.
Ахмат-Хаджи так умно и тактически грамотно рассказал о взаимоотношениях России и Чечни, затронув тему газавата и кровной мести, коснулся и чеченских адатов. Народы всех государств всегда живут дружно, до войны доводят амбиции правителей. Свой проигрыш на политической арене отдельные руководители переводят в русло войны, в итоге со дня сотворения мира страдают народы.
− Меня беспокоит совсем другое – занесенный отсюда, с Востока, ваххабизм. Он разрушает наши традиционные устои, – отметил Кадыров. – А с Россией отношения мы всегда наладим, секрет этого прост – Россия не ведет с нами войну на религиозной почве. Наш народ простил царизму ссылки своих лучших шейхов тариката, простил политические репрессии советской власти, мы сумеем преодолеть и горечь потерь в этой войне.
Я еще раз повторяю – Россия наша большая Родина, от нее нам никуда не деться. Но моя просьба к вам, нашим мусульманским братьям: не подливайте масло в пожар войны, не раздувайте огонь противостояния вновь, отзовите от нас террористов арабского происхождения. Чечня маленькая республика, мы не Америка и не Китай. Позвольте нам самим решить вопрос взаимоотношений с Россией.
Конечно, такой разговор не всем понравился по обе стороны. Никто из ученых Востока не поднял вопрос отзыва отсюда Хаттаба, о материальной помощи пострадавшим тоже речь не зашла.
После пресс-конференции Ахмат-Хаджи к нему подошел бывший посол СССР в Египте, татарин по национальности и от души поздравил Ахмат-Хаджи Кадырова за мужественную и мудрую речь. И добавил:
− Я наслышан о чеченском народе. Ты достойный представитель этого народа и не удивлюсь, если после мирного договора с Россией вы станете Президентом Чечни.
Не остался в долгу и арабский мир. Оказывается, накануне одна влиятельная газета Египта опубликовала статью о том, что приехали чеченцы, чтобы навязать им свою идеологию. После речи Ахмат-Хаджи Кадырова редактор этой газеты, большой ученый, алим и известный во всем арабском мире журналист вышел на сцену и попросил прощения у чеченцев, обещал дать опровержение в ближайшем номере газеты.
Мы были приглашены в лучший ресторан города, и в честь нашей делегации был дан торжественный обед.
− Вот такой большой человек был Ахмат-Хаджи Кадыров, да благословит Аллах его газават! – заключил свой рассказ очевидец этой встречи Саид-Хамзат Жамалуллайл.
Апрель.1998 год. Мекка. 20 часов 05 минут
Саид-Хамзат Жумалаллайл, прямой потомок пророка, в беседе со мной вспомнил еще один случай из жизни первого Президента ЧР. В 1998 году мы ехали в Мекку на хадж. Был с нами и Магомед – брат Ахмата-Хаджи Кадырова. Когда мы прибыли в Мекку, Ахмат-Хаджи сказал:
− Саид-Хамзат, давай пойдем в гости к твоему родственнику.
Этим родственником был двоюродный брат моего отца, курейшит шейх Джапар Жамалуллайл. Он работает президентом государственного консультативного совета по вопросам паломничества представителей стран Азии, Австралии, Турции и Европы. Всех паломников из этих стран и континентов он обеспечивал транспортом, гостиницами. Ведал частью других вопросов. Сам шейх и большой ученый, алим, узнав, что гостей из Чечни всего лишь 13 человек, прислал за нами машину.
Когда мы сидели у него дома, Ахмат-Хаджи попросил его сделать доа двум своим сыновьям. В то время у Зелимхана (Дала гечдойла цунна!) произошел инцидент на заправке. Тогда шейх произнес доа для Зелимхана и Рамзана. После чего Джапар и Ахмат-Хаджи уединились. У них с дядей произошла беседа. Тогда переводчиком был Шахид-Хаджи Газабаев, бывший муфтий ЧР в советское время. Правда, Кадыров и сам знает арабский, но здесь разговор шел на особом саудовском диалекте, он заметно отличается от мекканского. Речь зашла о ваххабитах.
− Среди нас есть люди, которые разрушают нашу религию, есть среди них и представители Саудовской Аравии, – сказал Ахмат-Хаджи. – Мы их ваххабитами называем. Они нарушили покой нашего общества. Не дают нам спокойно исповедовать свой традиционный ислам.
− Эх, какие плохие люди завелись среди вас, – воскликнул тогда Джапар. – (Варийлахь, Ахьмад-Хьаьжа, хьо муфтий ву, бехк хьуна т1ехь бу хьуна, цара халкъ галдаккхахь). Заклинаю Ахмад-Хаджи, ты муфтий. Если вы этих людей не выселите из страны, они вам много бед принесут.
− Эх, если и этот человек так говорит, то я представляю в какой опасности наше общество, − воскликнул Ахмат-Хаджи, обращаясь к нам. Затем продолжил для Джапара:
− Эти люди нам говорят, чтобы мы не следовали заветам наших софийских шейхов-эвлияов, проповедуют воинствующий ислам, призывая к газавату против неверных, а мы веками живем в мире со всеми, наша родина – Россия, а там большинство христиан.
− Вы правильно поступаете, перед Аллахом все религии равны, не допускайте их к проповедям в мечетях, они прольют большую кровь на вашей земле, мне очень жаль вас, вы немножко опоздали с воспитанием общества, – сказал Джапар Жамалуллайл. – Для людей, которые не одобряют эвлия, ворота ада всегда открыты, им туда прямая дорога, – добавил шейх.
− Я рад, что вы так открыто сказали об их намерениях, как только мы вернемся домой, обязательно начну борьбу с ними за свой народ. Эту чуму надо в корне пресечь, – зарекся Ахмат-Хаджи.
Казалось, что по прибытии домой Ахмат-Хаджи забудет этот разговор. Силы были неравны. Позиции ваххабитов заняли ряд известных полевых командиров. Это не смутило Кадырова. Он был мужественным человеком. И начав бой против этих иноземных террористов, Ахмад-Хаджи шаг за шагом отвоевывал позиции, и с помощью своего лучшего друга Владимира Владимировича Путина сумел сломать им хребет и отстоять юг России.

ОБРАЩЕНИЕ
Муфтия мусульман Чеченского государства Ахмат-Хаджи Кадырова к братьям и сестрам
Бисмиллахиррахманиррахим!
Благодарен Богу, что он создал нас мусульманами. Опять благодарю Его, что он создал нас людьми. Если б Он создал нас животными, мы не могли бы передать друг другу свою боль, страдания, желания. Нас, людей, Бог создал с высшей, свойственной лишь человеку, формой отражения объективной действительности – сознанием. Именно разум отличает нас от других созданий в этом мире. Он дал нам язык для общения друг с другом, для выражения своих мыслей и чувств. Не сделал нас четвероногими. Напротив, дал прекрасное тело на двух ногах, чтобы мы прямо и твердо ходили по земле. Если бы Господь не наделил нас роскошью человеческого общения, то мы были бы лишены понимания, знания окружающего мира, не могли бы выразить свои чувства любви, дружбы, поддержки, не могли бы знать не только того, что происходит в мире, но даже того, что происходит рядом с нами – в семье, у соседа, в родном селе, в родной стране…
Благодаря тому, что нас Бог создал людьми, он дал нам и ум. И жить надо своим умом. Ибо ум многих, вместе взятых, не поможет тому, у кого нет своего ума, своего видения той или иной ситуации. А если последуем за сладкоречивыми лжепророками, убаюканные красивыми, но лукавыми словами, и изощренным потоком чужих мыслей, мы можем попасть в ловушку. Поэтому я обращаюсь к вам, чтобы уберечь ваш ум от чуждых идей, способных привести в пропасть.
Сегодня в нашу страну проникло большое зло и коварство. Их занесли ваххабиты – умельцы извращенных истин, опытные провокаторы и психологи-обработчики незрелых умов. Что означает само слово «ваххабит»? Этот путь первым проторил сын Абдул-Вахаба Магомед. Он был родом из местечка Надж в Саудовской Аравии. Магомед появился на свет по мусульманскому календарю в 400-м году и прожил 92 года. Когда он был еще маленьким, его учителя говорили, что от него пойдет в мир какое-то зло. Он всегда сеял вокруг идеи и мысли, от которых неуловимо веяло отсутствием духовности, что совсем не было присуще его сверстникам, обществу, в котором он жил. Учителя страшились этого злого умника. Но Магомед упорно шел к цели. Изучив разные науки, он вывел на свет свое учение, известное теперь как исламский фундаментализм.
Он ушел в глухие места Аравии, где не знали науку, грамоту, а люди были еще дикими. Там он начал распространять свое учение. Потом он подверг осмеянию и ревизии религию в Мекке и Медине, сказав, что вера здешних мусульман ширк, то есть неправильная, дескать, они дают Аллаху сотоварищей. Он изменил догмы религии со времен Пророка. Он начал обманывать людей. Все видели, что он ученый, алим, ссылается на Коран и другие святые книги, говорит по ним, зачитывая тексты. И вот этот безграмотный народ пошел за ним. И началось расползаться по арабским странам это зло. Ваххабиты запрещали паломничество к святым местам, яро пропагандировали необходимость вооруженной борьбы, отрицали культурные и духовные традиции и обычаи, присущие различным народам. Они разгромили несколько аравийских городов. В святых книгах об этом написано.
Первым против него восстал царь Египта. Он поручил своему сыну выяснить с ним отношения, узнать, чего он хочет от мусульман? Зачем он искажает веру? Вот так эти ваххабиты всегда воевали. В святых книгах много сказано о них. Первый раз они в люди вышли бритоголовыми, а теперь бороды отпустили. Это их отличительный знак. Еще в свое время Пророк говорил: «В моей умме будут разногласия, они встанут друг против друга. Среди них будут люди со сладкими речами, но дела их будут страшными и грязными. Вот такая будет эта группа людей. Они будут призывать к Корану, но сами ничего из Корана соблюдать не будут».
Когда ваххабиты еще только начинали свое учение, они говорили: «Пророк был в свое время ходоком от Аллаха, сейчас его время прошло. Теперь он ни к чему непригоден. Не надо у него искать защиту в своих мирских и загробных делах. Даже тот, кто будет молиться с его именем, тоже делает сотоварища Аллаху».
Магомед Абдул-Вахаб ставил свой посох, втыкая в песок, и говорил, что его посох более полезен, чем Пророк Мухаммад (а.с.в.). На его посох можно опереться, прогнать им животное. Вот такое «наследие» этих коварных лжепророков сегодня добралось до нас. Так как Абдул-Вахаб был отцом Магомеда, арабы прозвали его Вахаб-юнуш. А мы, чеченцы, называем приверженцев его учения ваххабитами. Они – подобие какого-то партийного крупного течения, их главная цель – захват территорий, насаждение сепаратизма, террор.
«Пророки умерли, и никакого толка от них нет», – говорят они. После такой гнусной лжи можно сделать вывод: они или не знают суть мусульманской религии, или, зная, сознательно идут против мусульман. Однако их предводители знают ислам, но обманывают тех, кто еще не знает нашу религию.
Пророки (Да благословит и приветствует их Аллах) все живы. Свидетельство тому – мусульманские святые книги. Наш Пророк сказал, что он все время просит прощения для своей уммы там, где он есть всегда. «И для вас лучше, если меня не будет среди вас», – сказал Пророк своим асхабам (сподвижникам). – «Если вы сделаете хорошее, я буду воздавать Хвалу Аллаху, если сделаете плохое, я буду просить о прощении для вас». Пророки живы. Если ты с ними поздороваешься, то они принимают приветствие. Они слышат нас и видят. Свидетельство тому также есть и в святых книгах.
Вопиюще несправедливо они говорили о Пророке. Среди нас они тоже сеют разлад и смуту. Они говорят, что нельзя звать на помощь наших святых Эвлия. Взывать к устазу тоже считают ширком (грех). Говорят, что только Аллаха можно звать на помощь. Мы, слава Аллаху, верим, что Аллах один и Пророк Его прав. Любой из нас говорит: «Лаилаха иллаллах Мухаммада расулуллах». И святые писания подтверждают такой шахадат.
А теперь зададим себе вопрос: какова цель проникновения к нам ваххабитов? Кто их внедрил в нашу среду? Мы-то их официально от имени чеченцев не звали. Даже если бы и звали, они сами не смогли бы приехать к нам. Россия – большая держава и ее границы на замке. Они не от себя и не по собственной воле пришли. Они преследуют далеко идущие цели. Им известно, что чеченская нация очень дружная, крепкая, благородная и чистая. Теперь надо любой ценой ее устои разрушить. Им поставлена задача их главными институтами. Поэтому это зло сюда и запущено. Наши отцы и деды однажды прошли через это сито. Сегодня предлагают нам вновь заглянуть в пропасть, погрузиться в пучину сепаратизма, духовной смуты. Очевидно, они думают, что мы такие наивные и не знаем, откуда дуют эти ветра раздора.
Почему это зло сеют у нас? Я еще раз говорю: чтобы разрушить наше единство. Чтобы мы пошли друг на друга, чтобы мы не создали свое государство, чтобы мы потеряли свои исламские корни. Возможно, что среди них есть и работники российских спецслужб. Может, есть и разведка Израиля. Мы всех черных и говорящих по-арабски принимаем за арабов. Не верьте этим черным эмиссарам. Черным не по цвету кожи, а по цвету их мыслей, их совести. Они принесут только беду и духовное разложение. Иначе и быть не может. Перед нашим народом стоит другая задача. Нам надо сохранять спокойствие. Не дать разжечь раздор межэтнического пожара среди жителей республики. Мы все помним и знаем, что творит над нами Россия с 1991 года. Нас брали в кольцо всевозможных блокад. На весь мир заявили, что мы террористы, бандиты. Они готовили почву для ненависти к нам. А когда оговоры и охаивание народа не возымели должного эффекта, Россия ввела войска.
Российские войска оказались бессильны перед нашей дружбой и консолидацией всех наций, проживающих в Чечне. Мы же помним, как от российских бомб мы спасали русское население, разделив его по селам республики. Об этом почему-то молчит российская пресса. Теперь в ход пущен высший цинизм – разъединить нас на религиозной почве. Специально по ТВ показывают, как русский поп провожал войска на первую войну. Хотят стравить между собой. Даже при коммунистах мы не знали, кто такие ваххабиты. Только муллы, которые много читали арабскую литературу, были наслышаны о них, а широкая общественность, народ не знали. Почему не знали? Да потому, что тогда религия была придавлена властями. Ее на самом деле никакой не было.
А теперь, когда мы начали возрождать духовность, крепить узы дружбы с другими народами без помощи России, всполошились московские идеологи, чтобы нас так просто не отпустить. Им любой ценой надо войну вернуть к нам обратно. Вот и запустили к нам новых идеологов. Нам не нужны посторонние люди, чтобы учить нас заново религии. Нам надо учить своих людей противостоять этой ложной пропаганде.
Нам надо приучить людей к религии заново. Нам 75 лет внушали, что религия – опиум для народа, пережиток капитализма и прошлого. Что муллы – народ темный, нецивилизованный, поэтому надо учить русский язык. Такая была пропаганда. Мы даже у себя дома по-русски говорили. А на самом деле религия учит всему хорошему, порядочному, цивилизованному и чистому.
Наша религия говорит о том, чтобы дружить с соседом, уважать его, ценить, быть верным родине, семье, всем. Все, что ты желаешь себе, пожелай и своему брату. Для идеологов – пришлых и дальних – опасность представляют как раз наши традиции, чистоплотность и добропорядочность. Если все это убрать из нашей нации, ничего не остается. Сегодня у нас нет возможности издавать брошюры, как у ваххабитов. Все бросают на плечи муфтията. Что может бедная общественная организация против монстра на государственном уровне? У нас нет своей типографии. Нет денег. Без них и работа не идет.
Мы работаем над переводами мусульманской литературы. У нас и специалисты есть. А ваххабиты тем временем своим кошельком, деньгами пробивают дорогу к душам наших молодых, неокрепших, безработных юношей. Еще никогда ни одна нация не могла повально выучить иностранный язык. Мы тоже не сможем всех учить арабскому языку. Поэтому мы переводим исламскую литературу на чеченский язык.
Эмиссары ваххабитов используют еще и гипноз. Кто хочет уберечься от их пропаганды, тот не должен слушать их. Наш народ очень добрый, гостеприимный. Этим умело пользуются те, кто сеет между нами раздор. Я прошу вас, братья мусульмане, сестры, будьте бдительны! Не верьте пропаганде иностранных эмиссаров. Они – жестокий и коварный народ, они сеют среди нас раздор и сомнения.
Да благословит нас Аллах на добрые дела!
12 сентября 1998 года.
Июнь 1999 года. Парламент.
11 часов 30 минут

Если быть точнее, то это было 20 июня. Ко мне в кабинет зашли депутат Парламента Ризван Лорсанов и муфтий Республики Ахмад-Хаджи Кадыров. В то время я был первым из журналистов, кто писал о наших эвлия, объездил архивы Новгорода, Калуги, Ленинграда, Ростова, Владикавказа. Более 20 лет я носил с собой перевод Корана на чеченский язык. В кабинете со мной был Зелимхан Ахъядов; гостей было двое, а стул для посетителей был один. Поэтому мой товарищ свой стул любезно предложил Кадырову и вышел из кабинета. Мы втроем остались. Ризван Лорсанов начал с ходу:
– Давай «быка за рога»? Ахмад-Хаджи спешит по делам. Сам знаешь, время горячее. Выслушай его.
– Значит такое дело. На ТВ, радио и в газетах мне время и место не дают. Хочу составить обращение к Председателю Парламента Руслану Алихаджиеву и ко всем депутатам Парламента. Я буду говорить, а ты составь из этой речи документ.
Он говорил по-чеченски. Я записывал. Ничего добавлять или убавлять мне не было надобности. Когда они ушли, я перевел текст на русский язык и потом через Джамалайлу Абдулкадырова, пресс-секретаря муфтията, передал его на согласование Ахмат-Хаджи. На чеченском языке текст я опубликовал в своей газете, а русский вариант я нигде в прессе не видел. И сейчас считаю своим долгом привести его дословно:
«Бисмиллах1иррахьманиррахьим! Председателю Парламента Руслану Алихаджиеву! Ассалам Алейкум! Уважаемые избранники народа! Обращаюсь к вам, потому что вижу, как ежедневно в нашей республике идут на спад морально-нравственные устои. Первым делом хочу напомнить вам, что Вы перед Богом ответственны за все хорошее и плохое, творимое у нас. Потому что народ молится сначала Аллаху, а потом обращается к вам со своими чаяниями и бедами. Народ вам доверил свою судьбу на этом этапе времени, избрав вас своими представителями. Если сказать коротко, вы – поводыри народа.
Второе. То, на что вы должны обратить внимание, не имеет никакого секрета. Как вам известно, после окончания войны в нашу среду внедрили идеологию ваххабизма. Нет сомнения в том, что наши власти дали верховенство в республике этой идеологии. Тому множество примеров. Например, на заводе имени Анисимова убиты сотрудники МВД, все знают, кто это сделал, даже имена исполнителей. Вместе с тем, власти сделали Урус-Мартан образцом внедрения ислама и наполнили бородатыми людьми экраны ТВ. Это о чем говорит? О том, что телевидение принадлежит им.
И еще. Убиты четыре парня из состава шариатской гвардии. Оставили факт, как будто бы ни с кем, ничего не случилось. Лучше меня вы знаете, кто это сделал, но никаких мер не принимается. Наконец, совершили теракт против муфтия республики. Там пало пятеро юношей. Что мы сделали? По ТВ прокомментировали сам факт подрыва как информацию с места аварии и сразу пошли новости, последний звонок в школах, танцы, веселье. И больше о жертвах ни слова. Не создали следственную группу или оперативный штаб, работники правоохранительных структур боятся сказать даже слово о расследовании этого преступления.
После всего этого 15 июня по ТВ идет передача, где ведущий явно пропагандирует ваххабизм. И мне было стыдно, что государственное телевидение пропустило в эфир такую ересь. А мою речь они многократно пропускают через свою цензуру, и лишь потом выдают. Давайте посмотрим содержание той передачи: «Как дать салам, кому и где?». В зале все люди одного течения в исламе. Они первым делом заявляют о том, что тот, кто говорит, что у нас тут идеология ваххабизма – враг религии, мунафик. Согласно их рассуждению выходит, что первый мунафик – это муфтий, потом спикер Парламента и дальше идут остальные.
Видно, что задача передачи не обучение тому, как, кому и где давать салам. В этой аудитории нет ни одного ученого алима, хотя бы просто известного в республике человека. Мой вопрос к представителям народа: о чем Вы думаете? Неужели вы думаете, что все само собой кончится, если убьют муфтия? Они убирают всех наших отважных ребят, которые посмели сказать слово против них. Такими были: Лечи Хултыгов, Шадид Баргишев, Муса Чараев и те, кто сейчас были со мной рядом – Олхазар, Абубакар, Хьасайн, Юсуп, Рамзан, и еще многие, чьи имена я запамятовал.
Все эти преступления не расследованы. Ни один преступник не найден, нет и одного процента надежды, что их найдут. Мы все знаем, кто это сделал, но боимся трогать их. Сколько можно жить в этом хаосе? Долго еще должен терпеть наш бедный народ это насилие? Неужели не осталось верных, гордых парней? Если мы больше не смеем перечить ваххабитам, так давайте примем эту идеологию. Может тогда они нас оставят в покое и перестанут похищать людей?
Мы создали оперативные штабы по охране нефтепродуктов. Неужели жизнь людей дешевле этого топлива? Почему мы забываем добрые традиции своих отцов? Когда у нас было принято говорить салам алайкум женщине? В каком Аяте или Хадисе Пророка сказано, что грех не дать салам женщине?
Валлах1и, не хотят они тут духовного возрождения или расцвета религии! Наоборот, они разрушают тот задел добра и света, что нам оставили наши эвлияи. Прошу вас, проснитесь избранники народа! Не старайтесь удержаться за кресла и вы, представители власти! Валлах1и, вы несете в народ большое горе. Не давайте проливать кровь бедного народа! Давайте будем говорить правду!
Руслан, моя просьба к тебе, если даже ничего не сделаете по этому письму, хотя бы зачитайте его на заседании Парламента, обнародуйте!
Да поможет Аллах говорящим правду!
Дала бакъо толайойла!
Аллах1у Акбар!
Ахмад-Хаджи Кадыров, муфтий.
20 июня 1999 года».

2002 год. Лето.
Зазнавшиеся волки разбрелись кто куда. Часть уехала заграницу. Одни в лесу. Другие убиты. Действительно, народ брошен в пучину войны. Третий год как в селах нет ни света, ни газа, ни воды. Кругом стоят войска. Блокпосты. Из села в село не пускают. Население выживает как может. В лес идти федералы не решаются. Скорее не хотят. Им выгодна такая локальная война. Боевики им нужны, чтобы в глазах мировой общественности оправдать свой форменный грабеж. Ведь их каждый день «обстреливают» боевики. Эти сводки идут в эфир. Военные получают чины и ордена. За 10 лет боев в Афганистане было всего лишь 300 героев Советского Союза. А Чечня дала за 5 лет вяло текущей войны 550 героев России.
Вот об одной из таких боевых операций войск ГРУ этот акт пьесы.
В Цацан-юрте зачистка. Двум женщинам удалось через запретный Джалкинский лес перейти через минное поле и дойти до Гудермеса. Вместе с ними в село выехал глава временной администрации Ахмат-Хаджи Кадыров. С ним 12 гранатометчиков и 15 телохранителей во главе с Рамзаном Кадыровым.
Информация из села:
Все взрослое мужское население вывезено за село в район молочно-товарной фермы. Во все дома заходят солдаты и требуют золото, наркотики, деньги.
Между Цацан-юртом и Мескер-юртом стоят танки, машины, войска. Дальше Кадырова не пускают. Навстречу к нему из села пришел генерал ГРУ Гуреев.

Гуреев:
– Господин Кадыров, мы зачистку ведем, как следует вести. С нами прокурор района, старейшины села. Настоятельно требую вас не вмешиваться в нашу боевую операцию. Не то вы накликаете на себя беду.
Кадыров:
– Уважаемый генерал, я глава администрации республики. Давайте поедем в село, посмотрим, как действуют ваши солдаты. Чтобы вы называли обыкновенную проверку паспортного режима боевой операцией, такого не может быть. Надеюсь, там не ведется артподготовка и штурм зданий. Если вы там совершаете бесчинства, то я вынужден буду доложить главнокомандующему.
Гуреев:
– Когда завершу операцию, я доложу Президенту. Вы командуете экономическим положением в республике, а мы занимаемся военными делами. Здесь в чеченской республике я никому не подчиняюсь. Это вы знаете. Если будете мешать, я прикажу открыть огонь.
Кадыров:

Pages: 1 2

Did you enjoy this post? Why not leave a comment below and continue the conversation, or subscribe to my feed and get articles like this delivered automatically to your feed reader.

Comments

Еще нет комментариев.

Извините, комментирование на данный момент закрыто.