“Колебания линии” – и поиски формы

П. М. ПОЛЯН
Вайнахи в эпоху российского междувластия. 1917-1922 гг.

«Колебания линии» – и поиски формы: национальная политика большевиков как отражение этноконфликтной ситуации на Северном Кавказе

Лишь после окончания Гражданской войны на Кавказе многие (но все же не все) проживавшие там народы ощутили вкус пускай и декоративной, но собственной государственности, пускай в условных, случайных, но все-таки в каких-то границах. При этом советская власть, установившаяся на Северном Кавказе еще в феврале–марте 1920 г., очень долго не могла нащупать собственные организационные формы и приступить к государственному строительству.
Но до первых после победы административно-территориальных реформ на Северном Кавказе прошло немало времени. Первой (13 ноября 1920 г.), на базе упраздненной Дагестанской области, была образована Дагестанская АССР со столицей в Темир-Хан-Шуре. Второй (в декабре 1920 г.), из ликвидированных Черноморской губернии и Кубанской области, была создана Кубано-Черноморская область с центром в Краснодаре . В январе 1921 г. – из остатков Терской области с преобладающим казачьим населением – была образована Терская губерния с центром в Георгиевске . И, наконец, постановлением ВЦИК 20 января 1921 г. из горных и предгорных районов бывшей Терской области была конституирована Горская АССР со столицей во Владикавказе.
Последняя родилась на прошедшем во Владикавказе 20 января 1921 г. Горском учредительном съезде. Главным гостем из Москвы был нарком по делам национальностей И. В. Сталин, сделавший доклад о принципах национальной политики советской власти. Он заявил, что центральное советское правительство (Совнарком) признает полный внутренний суверенитет и независимость горцев, за которые они боролись веками, и рекомендовал учредить единую Горскую советскую республику с широкой автономией для осуществления вековой мечты горских народов о создании собственного независимого государства.
Но учредительный съезд выставил свои условия: 1) основным законом Горской республики будут признаны шариат и адат без вмешательства центрального правительства в горские дела и 2) все ранее отобранные у горцев земли будут возвращены обратно. Сталин оба эти условия принял, после чего делегаты формально признали советскую власть . В итоге была провозглашена Горская АССР в составе следующих округов: Чеченский, Ингушский (Назрановский), Северо-Осетинский (Владикавказский), Кабардинский, Балкарский, Карачаевский и Сунженский с казачьим населением.
Что ни говори, своеобразная, если не сказать причудливая, республика – с советской эмблемой на знамени и шариатской конституцией в жизни! Во всех правительственных учреждениях, школах и других публичных местах по приказу самих же большевиков вместо Ленина и членов Политбюро повесили портреты Шамиля и его наибов. Ряд казачьих станиц по прямому приказу Сталина и Орджоникидзе был переселен внутрь России, а чеченцам и ингушам были возвращены их исконные земли, не считая тех, что они захватили в явочном порядке.
Покладистость большевистской власти станет понятной, если рассматривать ее в контексте этнополитических и социальных обстоятельств на Кавказе после победы над белыми. Над белыми, но не над горцами! Более того: красные как бы поменялись с белыми местами, и уже не они, а от них скрываются у чеченцев в горах или по аулам деникинцы, распуская различные провокационные слухи. Оказалось, что сформировать из чеченцев приданные и преданные себе отряды было большевикам ничуть не легче, чем белым .
Чеченцев, стоящих на советской платформе, было совсем немного, да и тех убежденными большевиками не назовешь, если только не считать «убеждениями» выжидательность и двурушничество . Теперь уже большевики ассоциируют чеченцев преимущественно с бандитизмом, различая при этом бандитизм, так сказать, бытовой, преследующий целью исключительно грабежи и разбой, и бандитизм политический, несравненно лучше организованный и преследующий далеко-идущие антисоветские цели.
Так что неудивительно, что мир с большевиками, озабоченными укреплением своей государственности, продержался у горцев очень недолго. Уже осенью 1920 г. в Нагорном Дагестане (Андийский, Аварский и Гунибский округа) и в Нагорной Чечне начались восстания. Так, в августе–сентябре в Дагестане восстали горцы под руководством имама Нижмутдина Гоцинского, полковников К. Алиханова и О. Пиралова, шейха Абдул-Магомеда Хаджи и приехавшего из Константинополя внука Шамиля и офицера французской службы Саид-бека . Активное участие в подготовке восстания приняло грузинское меньшевистское правительство, а также члены бывшего Горского правительства и Комитета содействия горцам и терским казакам по их освобождению от большевизма, базировавшихся в Тифлисе. Именно с территории Грузии (на Дидоевском направлении) вторгся 7 сентября в Дагестан основной (около 600 штыков) отряд Гоцинского и Алиханова, осадивший Хунзах, Гуниб и Ботлих. Повстанцы Гоцинского преследовали цель ликвидации дагестанской автономии и установление шариатской монархии. Созданный ими орган светско-духовной власти именовался Совет шейхов и Саид-бека, а боевые отряды – Шариатской армией горских народов (под началом старого знакомца – полковника М. Джафарова). К началу декабря они насчитывали около 3 тыс. человек, а к весне 1921 г. – 10 тыс. штыков и сабель, контролируя район Хунзаха и Гуниба. Но главными районами повстанческого движения являлись пограничные с Азербайджаном и Чечней Хасавюртовский и Кюрийский округа, а также города Дербент и Махачкала.
Боевые действия носили ожесточенный и затяжной характер. Неся нешуточные потери, с советской стороны их вели регулярные части под руководством командующего 9-й (Кубанской) армии М. К. Левандовского и председателя Кавказского бюро РКП(б) Г. К. Орджоникидзе. Повстанцы сочетали длительные осады крепостей с внезапными налетами, не чурались и вероломства: так, один из отрядов Гоцинского изъявил желание сдаться, но, войдя в крепость Ботлих, перебил весь гарнизон. С захваченными в плен красноармейцами расправлялись жестоко и глумливо, да и собственная участь мятежников, в случае попадания в плен, была не более завидной; тут следует не просто заметить, а подчеркнуть, что жестокость и беспощадность по отношению к мирному населению, садизм и глумление над пленными, несмотря на отдельные исключения, были характерными чертами кавказских войн еще в XIX в.
Операция против Гоцинского продолжалась вплоть до начала лета 1921 г., когда остатки банд рассеялись по недоступным горным ущельям и пещерам (формальной датой окончательного подавления мятежа считается 21 мая 1921 г.). После чего в горах в очередной раз была установлена советская власть. Горцы Северного Кавказа оказались сравнительно мало восприимчивы к экономическим и политическим мероприятиям большевиков. И при советской власти их вековые традиции накладывали на их поведение неизгладимый отпечаток. Классовый антагонизм играл в аулах минимальную роль, и власть фактически принадлежала старейшинам тейпа (рода) и духовным авторитетам. Именно их, как правило, и выбирали в местные советы, тем самым приводя административную форму в соответствие с реальным содержанием власти и авторитета в селениях. Так обстояли дела чаще всего на плоскости. А что касается горной части Чечни, Ингушетии и Дагестана, то там и после окончания Гражданской войны продолжали в изобилии существовать крупные и мелкие банды, которые не столько терроризировали местных советских и партийных работников, сколько совершали чисто грабительские налеты на кооперативы, магазины, поезда и, конечно же, на частных лиц, угоняли их скот, отнимали имущество и т. п.
Читая политические сводки и обзоры, подготовлявшиеся ОГПУ и чуть ли не ежедневно ложившиеся на стол Сталину, видишь, что чекисты воспринимают эти явления как нечто естественное и нормальное, природное и неизбежное, наподобие погоды. В начале марта 1922 г., например, указывая на уменьшение бандитизма на Кавказе, аналитики ОГПУ отмечали, что произошло это, «очевидно, по причине снежных заносов». Фактически же между строк прочитывается: сойдут снега, и по весне жди бандитов. Весенняя (как, впрочем, и осенняя) активизация сопротивления в первую очередь была связана с кампанией по сбору продналога, для чего в горы выезжали вооруженные отряды советских мытарей. Многие из них, как, например, председатель выездной продналоговой сессии Богданов, обратно уже не возвращались .
На поверку Горская АССР оказалась не очень-то жизнеспособным конгломератом, но ее совокупный век был не так уж и короток. Большевики подумали и перерешили: легче будет управлять горцами по отдельности, чем всеми сразу целиком. И начиная уже с сентября 1921 г. от Горской АССР одна за другой начали отпочковываться национальные автономии. Первым получил самостоятельность Кабардинский национальный округ , а в январе 1922 г. за ним последовали Балкарский и Карачаевский национальные округа. Постановлением ВЦИК от 12 января 1922 г. Карачаевский округ был преобразован в Карачаево-Черкесскую автономную область (АО).
16 января по постановлению ВЦИК Балкарский национальный округ в составе четырех районов, населенных балкарцами, был включен в состав Кабардинской АО, переименованной в Кабардино-Балкарскую АО. 27 января 1922 г. из частей Кубано-Черноморской области, заселенных адыгейцами, была образована Черкесская (Адыгейская) АО с центром в Краснодаре. И, наконец, 20 ноября 1922 г. из Горской АССР был выделен Чеченский национальный округ, который постановлением ВЦИК от 30 ноября 1922 г. был преобразован в Чеченскую АО. В январе 1923 г. в состав Чеченской АО были включены станицы Петропавловская, Горячеводская, Ильинская и хутор Сарахтинский Сунженского округа . Последними по времени – 7 июля 1924 г. – отпочковались Ингушская АО и Северо-Осетинская АО, а также Сунженский казачий округ. Поскольку от Горской АССР, собственно, уже ничего не оставалось, то тем же самым декретом ВЦИК от 7 июня 1924 г. Горская АССР, а с нею и вся ее «шариатская начинка», были благополучно упразднены.

Did you enjoy this post? Why not leave a comment below and continue the conversation, or subscribe to my feed and get articles like this delivered automatically to your feed reader.

Comments

Еще нет комментариев.

Извините, комментирование на данный момент закрыто.