Между красными и белыми

П. М. ПОЛЯН
Вайнахи в эпоху российского междувластия. 1917-1922 гг.

Между красными и белыми (1919-1920 гг.)

Решающей антибольшевистской силой в регионе была неуклонно продвигавшаяся с Кубани на восток Добровольческая армия. Отношения с ней требовали от Союза горцев Кавказа особого дипломатического искусства, поскольку уже имелись многочисленные стычки с отдельными горскими отрядами, в частности с ингушами, которым в начале февраля деникинцами даже был предъявлен ультиматум. Напрашивались переговоры, и они состоялись в Баку (30 января) – между председателем правительства П. Коцевым и деникинским генералом Эрдели, выявившие, по суждению Коцева, малую осведомленность деникинцев о существовании и о политическом лице Горской республики, а также о ее взаимоотношениях с англичанами. «Мы не домогаемся признания нас Деникиным, – говорил П. Коцев. – Мы у себя дома хозяева, хотим жить мирно, спокойно, без грабежей и разбоев, мы никому не мешаем жить и ни с кем не будем воевать» . Для дальнейших переговоров с представителями Добровольческой армии была сформирована полномочная делегация в составе председателя Союзного совета Зубаира Темирханова, министра земледелия Асланбека Бутаева и членов Совета Темирбулата Абаева, Мусы Курумова и князя Тугана Алхазова . По прибытии в Екатеринодар делегация направилась к Деникину, но не была им принята, а от встречи с генерал-лейтенантом В. Ляховым оскорбленные таким пренебрежением горцы отказались сами. Изложив в письменном заявлении свою позицию, состоящую в том числе и в непризнании за Деникиным права назначать своих правителей в зонах проживания горских народов, делегация закончила его словами: «Предоставим событиям идти своим чередом. Причем делегация заявляет, что правительство Союза горских народов снимает с себя всякую ответственность за осложнения, могущие возникнуть в будущем» .
Сильного впечатления на добровольцев этот демарш, впрочем, не произвел, тем более что главно-начальствующим и командующим войсками Терско-Дагестанского края был назначен именно Ляхов. Следующим представителям Горского правительства – полковникам Хаджи-Мурату и Джафарову, назначенным командующим войсками и губернатором Чечни и 1 февраля 1919 г. прибывшим в Грозный, накануне захваченный белыми, было прямо заявлено о непризнании Горского правительства и предложено подчиниться власти главно-начальствующего (что они на словах и сделали) . Почуяв, за кем сила, в прямое подчинение Добровольческой армии переметнулся и генерал-майор Колесников . 8 февраля П. Коцев послал телеграмму генералу Эрдели в Баку, предупреждая, что действия Добровольческой армии по отношению к ингушам могут вызвать войну на национальной почве, тогда как Горское правительство, желающее контакта и сотрудничества с армией в борьбе с общим врагом, не может обеспечить лояльность ингушей .
Следующим шагом Добровольческой армии была попытка с помощью того же Горского правительства установить лояльные отношения и с чеченцами. Но между несостоявшимися союзниками росло взаимное недоверие и раздражение. 16 февраля генерал Ляхов отдал приказ генералу Шатилову «наказать» несколько чеченских аулов, а П. Коцеву, явившемуся на переговоры с ним в Пятигорск, выставил ультиматум – сложить полномочия, переподчинить армии поставленную Горским правительством администрацию и сказать горцам: «Покоритесь!»
Коцев от этой чести-участи отказался, а Деникин, уже вступивший в зону расселения чеченцев, очень скоро (к марту 1919 г.) заполучил в их лице отличного врага. Трения и стычки переросли в упорную вооруженную борьбу, и Горское правительство, как это видели в штабе Деникина, встало по отношению к белой армии в открыто враждебную позицию. Более того, по отдельным вопросам, прежде всего военным, горцы стали все больше сближаться с большевиками, отряды которых базировались в аулах Гойты и Шали . 10 марта в Шали собрался съезд чеченцев, на котором выступил и П. Коцев, призвавший их на войну с Деникиным .
Но еще важнее было то, что войну с горцами начал и сам Деникин. Решившись на новое покорение Кавказа (этого «бурлящего вулкана», как он его называл в своих «Очерках великой смуты») и быстро подавив сопротивление в Кабарде и Северной Осетии, Деникин столкнулся с гораздо более ожесточенным отпором в Чечне и Ингушетии. Здесь (в частности, в середине марта) он был вынужден прибегнуть к испытанной ермоловской тактике – сожжению аулов (Экажево, Долаково, Алхан-Юрт, Чечен-Аул, Устар-Гардой, Гудермес, Герзель-Аул, Старый Юрт и др.). И то сказать: к концу весны 1919 г. белая армия контролировала практически весь Северный Кавказ – от моря до моря.
В марте 1919 г. генерал-лейтенант Ляхов ультимативно потребовал у чеченцев подчиниться управлению Добровольческой армии, сдать всю артиллерию и пулеметы, выдать красноармейцев-главарей, большевиков и абреков, а также все награбленное ими, в том числе имущество нефтяных промыслов, а кроме того, поставить для белой армии за определенную плату продовольствие. При этом он обещал им внутреннее самоуправление (см. комм. 35). Все эти требования выполнены не были, и 22 марта Ляхов доложил генералу от кавалерии Драгомирову об обострении политического положения в Чечне и Ингушетии в связи с неблагожелательным отношением и антиденикинской агитацией Горского правительства . 25 марта в Урус-Мартане состоялось собрание Чеченского национального Совета под председательством Ибрагима Чуликова , на котором в качестве правителя Чечни был представлен генерал от артиллерии Эрис-хан Алиев . А 29 марта собрали выборных представителей чеченцев, перед которыми выступил сам Деникин. Дополнительно пообещав горцам почетное представительство и горский совет при штабе Добровольческой армии на Северном Кавказе, участие в доходах от нефтепромыслов, а также (о чем его особо попросили чеченцы) сохранение жизни двум муллам – Сугаиб-мулле и Ибрагим-Хаджи, Деникин вопрошал: «Если вам будет обеспечено внутреннее самоуправление – что же вам еще нужно? Можете ли вы не быть с единой Россией и жить своей самостоятельной жизнью? Если все народы Кавказа будут жить своей собственной жизнью и не считаться со своими соседями, кроме резни, ничего не выйдет. Я последний раз задаю вам вопрос – мир или война?
Если вас уверяют, что у Добровольческой армии недостаточно сил, чтобы справиться с вами и навести порядок, то это вас обманывают люди, которые сами стремятся к власти и которые не жалеют ни вашей крови, ни вашего имущества, ни ваших аулов. От всего сердца я предлагаю прочный мир. Но помните, что Россия никогда не забудет тех, кто в тяжкие дни борьбы с большевизмом будет бороться против нее».
Не веря в прочность мира и желая ослабить чеченцев, Деникин потребовал от них сформировать Чеченскую дивизию для использования на других фронтах. Конечно же, чеченские представители на встрече заявили о своей полной покорности и о принятии всех предъявленных требований. Они охотно выслушали добрые напутствия и заверения от Терского атамана генерала Вдовенко и, не моргнув, утвердили Э.-Х. Алиева правителем Чечни и своим представителем при Ляхове .
На деле же мало что изменилось, и пробным камнем стало формирование национальных соединений – чеченской дивизии и ингушской бригады, всемерно затягивавшиеся и так и не состоявшиеся. Не были выданы деникинцам и большевики – ни в Чечне, ни в Ингушетии. Не прекратились и отношения чеченцев с Горским правительством П. Коцева .
Поначалу казалось, что события развивались по наилучшему для белых сценарию. 5 мая в Темир-Хан-Шуре произошел фактический переворот: правительство Коцева ушло в отставку, и ее принял парламент. Власть в Дагестане перешла в руки Военного совета во главе с генералом М. Халиловым . После занятия белыми 10 мая Петровска тот же генерал Халилов, до этого воевавший против белых, перешел на их сторону и был назначен Деникиным правителем Дагестана. Дагестан при этом обязывался мобилизовать в Добровольческую армию одну конную и одну пешую дивизии.
Но ни формальное выражение покорности (например, на съезде представителей Чечни в Грозном 18 мая), ни даже ничем не прикрытая угроза Деникина в отношении аулов прочного мира с горцами ему не принесли. Уже в апреле–мае 1919 г. в политических сводках ОСВАГ по Северному Кавказу замелькали имена шейхов-бунтовщиков Узун-Хаджи и Али-Хаджи. Так, в сводке за вторую половину мая сообщалось, что Узун-Хаджи объединился с Асланбеком Шериповым и вербует чеченцев для нападения на Грозный совместно с ингушами . В июне в лакском столичном ауле Кази-Кумух был создан большевистский Военный совет, развернувший борьбу с диктатурой Халилова. Численность войск этого совета (Армии свободы) достигала 11 тыс. чел., и к концу октября 1919 г. они временно очистили от белогвардейцев их опорные пункты в Нагорном Дагестане, а также в Дербенте, Темир-Хан-Шуре и Грозном. 19 октября в селе Леваши был сформирован Дагестанский совет обороны, или Совет обороны Дагестана и Северного Кавказа, в состав которого вошли 10 членов Дагобкома РКП(б) во главе с председателем Д. Коркмасовым, а также Б. Шеболдаевым и Г. Далгатом, пять членов так называемого горского меджлиса и два представителя духовенства, в том числе шейх Али-Хаджи Акушинский. Именно по настоянию шейха командующим Армией свободы был назначен бывший главнокомандующий турецкой армией Нури-паша, действовавший, однако, в тесном взаимодействии с 11-й армией большевиков. В январе 1920 г. председателем Совета был избран С. Казбеков, а сам Совет принял на себя функции санкционированного Лениным органа советской власти на Северном Кавказе. 6 марта сторонники Али-Хаджи подняли мятеж: отряд Казим-бея арестовал Казбекова и отвез его в Леваши, где, по приказу Нури-паши, его расстреляли (после этого Совет вновь возглавил Коркмасов).
В июне 1919 г. в Дагестане, а в августе в Чечне и Ингушетии вспыхнуло вооруженное восстание, по обыкновению зародившееся в нагорной части и со временем перекинувшееся на плоскость. Карательные экспедиции добровольцев (например, полковника Лаврова ) успеха не имели, и уже в начале осени возглавивший восстание шейх Узун-Хаджи контролировал всю горную часть Кабарды, Осетии, Ингушетии, Чечни и Дагестана (на плоскости ему противостоял союзный Добровольческой армии двухтысячный отряд И. Чуликова, базировавшийся в Старых Атагах и Урус-Мартане). Самыми активными и ожесточенными участниками восстания стали ингуши из аулов, разрушенных деникинцами в июне.
В сентябре 1919 г. Узун-Хаджи заново провозгласил независимость Северного Кавказа и основал в Ведено Северо-Кавказский эмират – теократическое шариатское государство, срисованное с имамата Шамиля . Политическая программа религиозного панисламизма не имела точек соприкосновения с коммунистической доктриной, но, несмотря на это и на тесные связи Узун-Хаджи с Турцией, Германией, Грузией и Азербайджаном, сработал тактический принцип: враг моего врага – друг мой. Северо-Кавказский эмират был тотчас же признан большевиками, оказавшими Узун-Хаджи как врагу Деникина немалую помощь, в том числе военную. Наряду с чеченскими, ингушскими и дагестанскими отрядами в войсках эмира была и так называемая 5-я Красная армия под руководством видного большевика Николая Гикало! В декабре 1919 г., после многомесячной отсидки в горном ауле Шатой, отряд Гикало спустился на равнину в район села Воздвиженка. Именно ему принадлежит основная заслуга в разгроме регулярных белогвардейских войск и отрядов так называемого Комитета по очищению Чечни от банд большевизма и Узун-Хаджи под руководством И. Чуликова.
Оттягивая на себя не менее трети военной силы Деникина, кавказские горцы всерьез поспособствовали его конечному разгрому большевиками. В феврале 1920 г. под ударами 11-й армии Деникин вынужден был окончательно покинуть Терскую область и Дагестан. Уходя, он уже не был столь высокомерен и авторитарен; но заявления об отказе от диктаторства и о добровольном подчинении Южно-Русскому правительству, в свою очередь отчетному перед Верховным кругом Дона, Кубани и Терека, были уже пустой риторикой .
Вскоре после этого (в марте) большевики ликвидировали и Северо-Кавказский эмират, а самому Узун-Хаджи предложили почетный пост муфтия горцев Северного Кавказа. Но через три месяца он как-то удивительно своевременно умер, избавив большевиков от бывшего неприятного и непонятного союзника.
11 апреля 1920 г., основательно укрепившись на востоке Северного Кавказа, Дагестанский совет обороны принял решение о самоликвидации. Вместо него был образован Дагестанский областной ревком (под председательством все того же Коркмасова), в свою очередь подготовивший образование в январе 1921 г. двух автономных советских социалистических республик (АССР) – Дагестанской и Горской.

Did you enjoy this post? Why not leave a comment below and continue the conversation, or subscribe to my feed and get articles like this delivered automatically to your feed reader.

Comments

Еще нет комментариев.

Извините, комментирование на данный момент закрыто.