Из докладной записки П.А. Задорожного

Из докладной записки члена Совета по делам религиозных культов при Совете министров СССР П. А. Задорожного председателю Совета по делам религиозных культов А. А. Пузину о результатах командировки в Чечено-Ингушскую АССР
30 августа 1960 г.
Секретно

Председателю Совета по делам религиозных культов при Совете Министров СССР т. Пузину А. А.
В соответствии с Вашим заданием с 1 по 16 июля с. г. я находился в командировке в Чечено-Ингушской АССР. Целью моей поездки в эту республику было ознакомление с ходом выполнения решения ЦК от 13 января 1960 г. «О мерах по ликвидации нарушений духовенством советского законодательства о культах», с практикой работы уполномоченного Совета в свете указанного решения ЦК КПСС, советского законодательства о культах, доклада председателя Совета на Всесоюзном совещании уполномоченных Совета и оказание ему необходимой помощи.
[...]
В Чечено-Ингушской АССР в должности уполномоченного Совета по делам религиозных культов и уполномоченного Совета по делам русской православной церкви с августа 1958 г. работает т. Алисов А. Л. По своим данным т. Алисов, обладая достаточной подготовкой, знаниями и опытом, мог бы работать значительно лучше, чем он работал в данное время, тем более, что за последний период времени он дважды участвовал на Всесоюзных совещаниях уполномоченных Совета, получал необходимые указания и рекомендации Совета по работе и т. д. Особенно плохо, неоперативно т. Алисов информирует Совет о состоянии и деятельности религиозных культов в республике. За 1960 г. он не представил в Совет ни одной информации, а в прошлом, 1959 г., Совет тоже получил от него лишь одну информацию по вопросу «о прекращении паломничества к т[ак] н[азываемым] святым местам» .
[…]
По приезде в г. Грозный мне удалось после встречи с зав. отделом пропаганды и агитации обкома КПСС т. Габисовым ознакомиться с постановлением бюро Чечено-Ингушского обкома КПСС от 25 января 1960 г. «О мерах по ликвидации нарушений духовенством советского законодательства о культах». В этом постановлении обком отметил, что за последнее время в Чечено-Ин1ушской АССР активизировалась деятельность религиозных сект мусульманского культа и прежде всего различных братств, что является наиболее характерным признаком проявления деятельности мусульманской религии в условиях Чечено-Ингушской АССР.
В конце мая с. г. обком КПСС обсудил вопрос «О состоянии и мерах улучшения научно-атеистической пропаганды в Веденском, Назрановском и Сунженском районах и принял развернутое решение, которое было разослано всем райкомам партии республики.
В национальном отношении в республике преобладают чеченцы, примерно, около 400 тысяч человек; ингушей в республике свыше 100 тысяч. Кроме того, в республике, особенно в Грозном, проживает много русских, имеются также и районы с русским населением, например, Наурский, горские евреи, проживающие в Грозном, и другие национальности.
[...]
В то же время отмечается, что в Чечено-Ингушетии религиозность населения, проявляющаяся прежде всего в деятельности различных мусульманских сект, еще очень высокая. В республике действует также несколько православных церквей, имеются в небольшом количестве старообрядцы, горские евреи, а также религиозные группы других культов. Работники Комитета госбезопасности в беседе заявляли, что из общего количества населения в республике не менее 90 % граждан исповедующих мусульманскую религию.
[...]
8 июля выехал в Назрановский район и в этот же день прибыл в районный центр с. Назрань. По имевшимся данным, в этом районе имели место случаи самовольного строительства мечетей. В национальном отношении этот район заселен главным образом ингушами. Обстановка здесь своеобразная.
По приезде в это село посетил райком партии, побеседовал с первым секретарем райкома т. Тибоевым, а после этого встретился с начальником отделения Комитета [госбезопасности] т. Билим Е. В. На следующий день вместе с зав. отделом пропаганды Назрановского райкома т. Боковым и т. Алисовым выехали на автомашине райфо в селения Сурхахи и Али-Юрт, где на окраине этих селений действительно выстроены мечети размером от 30 до 35 кв. м каждая. Мечети эти сооружены весьма примитивно: они сделаны из плетня и обмазаны глиной. Действуют они или нет, установить было трудно, так, по одним данным, они как будто действуют, а по другим сведениям, не действуют. Такие самовольно выстроенные мечети имеются и в других районах Чечено-Ингушской АССР, о чем будет сказано ниже.
[...]
Наиболее важной была поездка в Веденский район. В районный центр с. Ведено выехали на автобусе 10 июля и в этот же день прибыли туда. Встретились с секретарем райисполкома т. Гацаевым и попросили его помочь нам доехать до селения Гуни, расположенного в горной местности, где находится т[ак] н[азываемая] могила матери быв[шего] шейха «Кунта-Хаджи», а на расстоянии примерно 3 км от этой могилы в селении Комсомольское сохранился дом «Кунта-Хаджи» с палисадником, поблизости от которого находится источник. Об этом источнике в народе распространена версия, что он появился в результате желания Кунта-Хаджи, который якобы подошел к этому месту, ткнул *в землю* своей палкой и в результате здесь появилась вода, забил ключевой источник.
На следующий день утром, на машине райотдела КГБ, вместе с его начальником т. Рыбалкиным мы отправились осматривать эти «святые места», расположенные от районного центра с. Ведено на расстоянии, примерно, 12 км, в горной местности, которые и до сих пор являются местами паломничества и шарлатанства. Как могила матери быв. шейха Кунта-Хаджи, так и его дом представляют собой примитивные сооружения. Могила расположена в небольшом деревянном здании, размером, примерно, до 25 кв. м., находящемся на мусульманском кладбище. Надгробие могилы сделано из камня, поверх которого стоит сделанный из досок небольшой *предмет в виде* саркофага, с небольшими отверстиями по всей его площади, окрашенный в темный цвет. На полу этого помещения лежит большое количество ковров различных размеров и качеств. В толстом слое на полу их лежит” свыше 13. Помещение это открыто и никто его не охраняет. На деревьях, которые растут на кладбище и вокруг здания могилы, заметны остатки кусочков материи различных цветов и оттенков, которые оставляют здесь верующие, якобы в память о своем посещении этой могилы. Недалеко от расположения домика с могилой (метрах в 25-30) устроена гладкая и ровная площадка, где верующие после посещения могилы совершают кружения, сопровождая их, как рассказывают очевидцы, громкими однотипными выкриками. Пустующий дом Кунта-Хаджи расположен в каких-нибудь 30 метрах от здания школы. Естественно, что в момент совершения паломничества учащиеся проявляют к паломникам определенный интерес, т. к. последние совершают моления и другие действия религиозного характера. Кроме того, многие из них стараются преподнести детям те или иные подарки в виде денег, сладостей и т. д. Все это, конечно, ведет к развращению детей и оказанию на них религиозного влияния, к чему религиозники усиленно стремятся. В расположении источника, над которым из досок сооружено примитивное деревянное строение, на подставке стоят несколько кружек разных размеров, которыми пользуются прибывающие сюда паломники.
Для прекращения паломничества к этим местам пока надлежащих действенных мер не предпринято. Дирекция школы, рядом с которой, как указано выше, находится небольшой пустующий домик Кунта-Хаджи, неоднократно обращалась в соответствующие районные организации с просьбой о передаче этого строения в распоряжение школы для использования его под хозяйственные нужды или принять другие меры, обеспечивающие прекращение паломничества к нему верующих и общение с ними учащихся школы.
По возвращении в с. Ведено посетил райком партии. В беседе с секретарем райкома т. Павлушкиным, председателем райисполкома т. Межидовым и другими руководящими работниками Веденского района нами были высказаны рекомендации по вопросу о том, что нужно предпринять для прекращения паломничества к указанным выше местам.
Если говорить об общем состоянии и деятельности религиозных культов в Чечено-Ин1ушской АССР, то надо, прежде всего, иметь в виду мусульманский культ. Да это и понятно, так как основная масса населения в этой республике (чеченцы, ингуши и т. д.) ранее исповедывала и продолжает исповедывать мусульманский культ в форме различных сект (братств), хотя ни одного зарегистрированного мусульманского общества *в этой республике* нет. Мусльманское же духовенство действует активно и всячески старается распространить свое влияние на верующих, применяя с этой целью различные формы и методы, в ряде случаев грубо нарушая советское законодательство о культах. В Совете имеются сведения лишь на два зарегистрированных в ЧИАССР религиозных общества (баптистское и старообрядческое).
Ниже приводятся некоторые данные, полученные от уполномоченного Совета и через другие каналы, которые в той или иной степени характеризуют состояние религиозности в Чечено-Ингушской АССР и как в этой республике соблюдается советское законодательство о культах.
Проживающие на территории ЧИАССР верующие мусульмане (чеченцы, ингуши, кумыки, татары, аварцы и др.) официальных молитвенных домов и духовенства не имеют. Свои религиозные обряды они совершают либо на квартирах друг у друга, в частном порядке, либо в приспособленных, самовольно выстраиваемых помещениях, которые именуют кубовыми (квартальными) мечетями. Нередко для исполнения обрядов используются также кладбища, зиараты (места похороненых «святых» шейхов и др. религиозных «авторитетов»), а также специально огороженные площадки вблизи селений.
За последнее время в некоторых районах ЧИАССР отмечены факты активного самовольного строительства молитвенных зданий (кубовых – квартальных мечетей) и зиаратов на кладбищах. Так, например, в Назрановском районе имеются самовольно построенные молитвенные дома в следующих населенных пунктах: Али-Юрте, Гази-Юрте, Яндырке, Сурхахах и зиарат в Плиево на кладбище. В Ачхой-Мартановском районе при помощи верующих Мусхаджиев Насух, 1890 г. рождения, проживающий в станице Самашки, переоборудовал имеющийся у него сарай во дворе под молитвенный дом, где регулярно по пятницам в дневное время и вечерами в среду и воскресенье проводились незаконные сборища, на которых присутствовало до 60 человек, в т. ч. и молодежь.
Имеются данные, что Мусхаджиев на этих сборищах призывал чеченцев не покупать дома у русских жителей, т. к. все равно они вынуждены будут бросать их. Мусхаджиев вместе с Ильясовым, 1908 г. рождения и Чимаевым (никто из них общественно полезным трудом не занимается) возглавляют в с. Самашки группу инвалидов братства «Кунта-Хаджи» и усиленно добиваются разрешения на открытие молитвенного дома, переоборудованного из сарая.
[…]
В Малгобекском районе на кладбищах селений Верхние Ачулуки, Сагопши и Пседах мюридами братства «Кунта-Хаджи» выстроены помещения, якобы для хранения похоронного инвентаря. Фактически эти домики мюридами называются мечетями и используются ими для проведения коллективных молений, где они и собираются по пятницам. Руководителем этих сборищ в с. Верхние Ачулуки является Гогиев, 1890 г. рождения, сын его Гогиев Султан является членом КПСС, работал председателем Ачулакского сельсовета, в данное время с работы снят. На руководимых Гогиевым нелегальных сборищах систематически присутствует от 35 до 40 человек. Руководителями мюридских групп в селах Сагопши и Пседах являются Галаев Гаримхан Бердович, 80 лет и Котшоев Хакям, 1890 г. рождения.
В Веденском районе продолжает активно действовать т[ак] Называемое] святое место – могила матери «Кунта-Хаджи». Этот район превратился по существу в место систематического паломничества со всей территории ЧИАССР и других республик. Решение ЦК «О мероприятиях по прекращению паломничества к т[ак] Называемым] святым местам» выполняется здесь плохо. Массово-политическая работа и научно-атеистическая пропаганда, особенно в тех районах, откуда прибывают паломники к могиле матери «Кунта-Хаджи» проводится слабо. Паломники в Веденский район едут из Назрановского, Шалинского, Урус-Мартановского, Ачхой-Мартановского и др. районов.
В Шалинском районе в с. Сержень-Юрт на кладбище еще в 1950 г. самовольно построен зиарат так называемому шейху Умалат, умершему еще 100 с лишним лет тому назад, вместимостью 15-20 человек. В 1957-1958 гг. в с. Старый Юрт Грозненского района выстроен зиарат т[ак] Называемому] шейху Доку Шептукаеву. В с. Бердекель Грозненского района имеется «священная пещера», которая посещается верующими мусульманами. Кроме того, в каждом районе ЧИАССР имеются частные дома, которые предоставляются мюридам для коллективных сборищ в явочном порядке. Местные органы власти (райисполкомы) хорошо знают об этом, но никакой информации об этом не дают и борьбы с этими нарушениями не ведут.
Мусульманское духовенство на территории Чечено-Ингушетии никогда не являлось чем-то единым, целым. В его состав входили и сейчас входят представители различных религиозных братств, под которыми подразумеваются последователи мюридизма: муллы (представители т[ак] Называемого] чистого ислама) и другие религиозные мусульманские деятели, а также всякого рода шарлатанствующие элементы, главным образом, шейхствующие потомки, выдающие себя за «святых людей».
В настоящее время таких «авторитетов», занимающихся активной религиозной, а в ряде случаев враждебной деятельностью, насчитывается около 200 человек. Деятельность актива мусульманских религиозников в основном направлена на воссоздание ранее действовавших в каждом ауле мечетей, которых до выселения чеченцев и ингушей насчитывалось около 120, а также на постройку новых мечетей, гробниц, часовен и т. п., которые были разрушены временем; на разжигание национальной вражды и розни, отрыв молодежи от коммунистического влияния и участия в общественной жизни.
Наиболее распространенным и влиятельным в республике среди верующих мусульман является т[ак] н[азываемое] братство (секта) «КунтаХаджи». По далеко неполным данным, это братство насчитывает в своем составе более 2000 человек, которые объединены в 70 с лишним действующих в данное время мюридских групп, возглавляемых системой тамадства. Их деятельность заключается в систематических нелегальных сборищах мюридов на квартирах друг у друга для отправления коллективных молений, сопровождающихся ритуалом – хождение по кругу, прихлопывание в ладоши, выкриками и последующими танцами – прыжками. Особо следует обратить внимание на реакционную обработку молодежи. Мулла в Урус-Мартане Джабраилов Юсуп, 60 лет, в сентябре 1959 г. на молитве в честь пророка Магомета говорил: «Сейчас народ стал отходить от религии и бросать веру, особенно разбаловалась молодежь, отцы и матери не заставляют своих детей молиться, почитать бога». Ссылаясь на коран, Джабраилов говорил, что родители будут нести ответственность перед Аллахом за отступничество детей от бога. Отец обязан воспитывать у детей веру в бога и заставлять их молиться. Если юноша или девушка отказываются исполнять религиозные обряды, их нужно, – заявляет этот мракобес, – принуждать к этому физически, бить и запугивать под страхом наказания божьего.
В с. Дуба-Юрт Шалинского района проживает религиозный «авторитет» Джамулаев Халид, 1898 г. р[ождения], немного грамотный по-арабски , без определенных занятий. С 1957 г. он является тамадой группы мюридов братства «Кунта-Хаджи», систематически проводил сборища верующих, призывал их к активизации религиозной деятельности, собирал средства на строительство мечети. В начале возглавляемая Джамулаевым группа насчитывала до 20 чел., а в последнее время выросла до 100 человек, главным образом, за счет молодежи.
Особенно большую работу по вовлечению молодежи в секту, в том числе и отдельных членов ВЛКСМ провели Джамулаев и сын умершего летом в 1959 г. муллы Тениева Тениев Исмаил, 1939 г. рождения, который, обучаясь арабской грамоте, вел работу среди молодежи по отрыву ее от комсомола.
В с. Бамут Ачхой-Мартановскош района имеется несколько групп мюридов братства «Кунта-Хаджи», во главе которых стоят тамадствующие Завильев Ибрагим, Хайхароев Ахмет, 1905 г. р[ождения] и Гучигов Хусейн, 1892 г. рождения]. На хуторе Веселом Бамутского сельсовета помощником Завильева является некто Мошмаев Ахьяд, 1925 г. р[ождения], без определенных занятий, брат которого работает учителем Бамутской начальной школы. Руководимые Магомаевым сборища посещают 30-35 мюридов. В феврале 1960 г. на отчетно-выборном собрании колхозников сельхозартели «Восход» с. Аршта Сунженского района группа мюридов братства «Кунта-Хаджи» активно выступала против намеченного райкомом КПСС нового состава правления колхоза. Пользуясь численным превосходством, кунтахаджинцы «протащили» в состав вновь избранного правления колхоза активных мюридов Хабиляева Асо Хатиевича и Махаура Хизира Душевича, а председателем колхоза был избран активный мюрид братства Исаев Идрис Умеханович, который к моменту выборов даже не являлся членом колхоза. Характерно отметить, что вечером 9 марта 1960 г. в доме гр[ажданки]ки Махаури Каси Джакалаевны, проживающей в с. Аршты, состоялось очередное сборище мюридов, которое возглавлялось тамадствующим Темуркаевым Терсболтом. В числе присутствующих (всего было около 40 чел.) были вновь избранные председатель ревкомиссии Исаев Идрис и члены правления колхоза Хабиляев Асо и Махаури Хизир, а также учитель начальной школы Адбаков Магомед Цогиевич, 1910 г. р[ождения] совместно со своими братьями Джаби и Габисом.
Тамадствующий в с. Яндырке Евлов Хадит Садиевич, 1898 г. р[ождения], во время исполнения религиозных обрядов обращался к молодежи с призывом вступать в ряды кунтахаджинцев. Он дважды обманным путем приглашал на сборища члена ВЛКСМ Карсанова Асламбека, бывшего секретаря Яндырского сельсовета.
В ст. Агишбатой Веденского района религиозные обряды на похоронах, свадьбах и т. п. исполняет Тенсуркаев, 1927 г. рождения. Он же организует нелегальные сборища на моления, а в канун религиозного праздника «УразаБайрам» (28-31 марта с. г.) организовал и возглавил паломничество жителей села на могилу матери «Кунта-Хаджи», в котором участвовало около 50 человек, в числе которых было много молодежи.
О влиянии религиозных элементов на молодежь, в некоторых случаях даже и на комсомольцев, говорит такой случай: в феврале 1960 г. в с. Шалажи Ачхой-Мартановского района после лекции на атеистическую тему комсомольцы Эрзункаев Хамзат, учитель начальной школы, и Джабраилов Алха выступили с предложением передать помещение клуба (здание бывшей мечети) под мечеть, а под клуб построить другое здание. С аналогичным заявлением в с. Ачхой-Мартан выступил комсомолец Масаев Сауса. В последнее время появились сигналы об активизации верующих женщин-мусульманок, принадлежащих к братству «Кунта-Хаджи» в с. Сержень-Юрт Шалинского района.
В числе актива и как организаторы значатся Пайхаева Энисет, Эпендива Бакешу, Кагирова Секи, Саадулаева Даккал и Данабиева Амашат. В эту группу входит до 30 верующих человек, которые поочередно собираются на квартирах друг у друга, где проводят моления.
В с. Новые Атаж того же района действует женская группа братства Бамат-Гирей-Хаджи, которую возглавляет Межидова Кетират. Группа насчитывает до 25-30 человек, систематически посещающих нелегальные сборища.
Кроме кунтахаджинцев, на территории республики имеются и другие религиозные течения мусульманского толка. К ним относятся:
братство «Бамат-Гирей-Хаджи» (или, как еще называют эту секту, алимитаевцы) – 10 групп, объединяющих более 800 чел.;
братство «Дени-шейха» – 6 групп более 300 чел.;
братство «Батал-Хаджи» – 3 группы – около 100 чел.;
братство «Чин Мирзы» – 6 групп около 130 чел.;
братство «Доку Шейха» – 3 группы около 100 чел.;
братство «Кошкельцы-Хаджи» – 2 группы около 130 чел.;
братство «Албасит-Хаджи» – 2 группы около 40 чел.;
братство «Ахматуко-Хаджи» – 1 группа около 50 чел.;
братство «Сугани-Муллы» – 1 группа около 80 чел.
Эти братства в противоположность кунтахаджинцам систематически коллективных сборищ не проводят, ограничиваясь сборищами в дни религиозных праздников, а также проведением праздника «мавлюда» на квартирах друг у друга.
Эти братства также пытаются вести активную реакционную деятельность, вовлекая в свои ряды неустойчивую прослойку молодежи.
В селениях Шаами-Юрт и частично Катер-Юрта Ачхой-Мартановского района большинство верующих принадлежит к братству «Ахматука-Хаджи». На кладбище близ с. Шаами-Юрт в 1958 г. по инициативе руководителя группы Алчагарова Магомета выстроен зиарат шейху Ахматука-Хаджи, который в дни религиозных праздников посещается паломниками из других районов республики, главным образом, Гудермесского. Этот же Алчагоров в религиозные праздники проводит у себя на квартире моления, которые посещают до 10-15 чел. последователей Ахматука Хаджи.
Наибольшую активность в религиозной деятельности группы проявляет так называемый кубовый мулла Берсанов Адам, 1924 г. р[ождения], уроженец и житель с. Шаами-Юрт, без определенных занятий. Этот Берсанов в дни религиозных праздников организует сборища верующих, презрительно относится к лицам, которые не соблюдают обрядов, и всегда участвует в молениях со стариками, устраиваемых на дому друг у друга.
Братство «Сугани-Муллы», наиболее распространенное в Шалинском районе, возглавляется сыном бывшего шейха Гайсумовым Аббасом, 1871 г. рождения, жителем с. Шали. Гайсумов организует моления у себя дома, а также в с. Белгашой и некоторых других населенных пунктах Веденского района, где проживает некоторая часть последователей указанного братства.
В с. Плиево Назрановского района проживает сын бывшего шейха братства «Хусейн-Хаджи» Горданов Балаудин Хусейн Хаджиевич, 1904 г. р[ождения]. В 1958 г. на месте захоронения отца мюридами братства построен зиарат, где последними каждую пятницу во главе с Гордановым Балаудином организуются моления.
Большой вред хозяйству республики приносят мусульманские праздники, во время которых производится массовый забой скота. Особенно этим отличаются праздники «Ураза-Байрам» и «Курбан-байрам».
Так, в 1959 г. в дни праздника «Курбан-байрам», по неполным данным, было забито 44 102 головы крупного и мелкого рогатого скота, тогда как в обычные месяцы, например, за январь-февраль этого года, было забито 29 826 голов скота.
Аналогичное явление имело место и в 1958 г. Особенно враждебно встречают религиозные «авторитеты» и прочие мусульманские шарлатаны появление на страницах районных и республиканских газет статей атеистического направления.
Так, авторов статьи «О святых ислама и их вреде» Хункаева и Цецоева религиозники проклинали на своих сборищах. Не менее враждебно они встречают и лекторов, читающих лекции на антирелигиозные темы, о чем рассказывают известные в республике лекторы тт. Керимов, Ахматханова, Саламов и др.
Некоторым из них религиозники направляют анонимные письма с угрозами или ходят к их близким родственникам и требуют, чтобы последние (лекторы) прекратили свои выступления. Так, проживающий в с. Альтиево Назрановского района мулла Мальсагов Бисултан Давтович после опубликованной статьи К. Дачаевой «Мюридизм – враг всего прогрессивного» заявил, что автор написал статью, которую не подобает писать мусульманину и что за такую статью надо убить или обрезать язык.
Следует отметить, что если в 1958 г. на имя уполномоченного Совета поступило несколько заявлений с просьбой об открытии мечетей (Советский, Саясановский, Назрановский районы), то уже в течение длительного времени таких заявлений не поступает, и в некоторых местах, как отмечено выше, религиозные фанатики самовольно или с молчаливого согласия и бесконтрольности местных органов власти незаконно построили мечети (небольшие сооружения из плетня, обмазанные глиной, типа жилого сельского дома размером 25-30 кв. м), которые продолжают оставаться без всякого использования под какие-либо другие цели, вызывая всякие ненужные кривотолки среди населения и активизацию мусульманского духовенства, а также верующих, которых насчитывается, как заявляют соответствующие органы, свыше 90 % к общему количеству населения чеченской и ингушской национальностей.
Верующие мусульмане выражают удивление, что здесь в ЧИАССР проводится научно-атеистическая пропаганда, т. к. в Казахстане, где они проживали после выселения, среди них такая работа не проводилась.
Чечено-Ингушский обком КПСС, добиваясь улучшения постановки научно-атеистической пропаганды, недавно проверял состояние этой работы в Назрановском и в Веденском районах. В материалах бригад обкома, выделенных для этой цели, с которыми мне удалось познакомиться, содержатся серьезные факты, характеризующие активизацию мусульманского духовенства, его влияние на население, в том числе и на молодежь, и слабость проведения атеистической пропаганды.
Вот данные из этих материалов, в которых дана следующая констатация: в Назрановском районе ни размах, ни уровень естественнонаучной и антирелигиозной пропаганды не отвечают возросшим задачам коммунистического воспитания трудящихся, поставленных XXI съездом КПСС. Совершенно недостаточное внимание уделяется на решение главного вопроса – на повышение качества научно-атеистической пропаганды (лекции читаются в основном по готовым текстам на темы: «Социальная сущность ислама», «Новая женщина», «Происхождение и сущность уразы, курбан-байрама», «Об отношении религии к женщине», «О происхождении и классовой сущности религии», «Моральный облик советского человека» и др.).
Культурно-просветительные учреждения района еще крайне мало уделяют внимания пропаганде научно-атеистических знаний. Многие школы систематически не ведут работы по научно-атеистическому воспитанию учащихся. Более того, зав. библиотекой с. Барсуки т. Харсиева заявила “”представителям обкома, что она верит в Аллаха* . Были случаи, когда учащиеся Назрановской средней иколы на уроках астрономии ставили под сомнение научное объяснение учителей о Вселенной. Во время приема в комсомол на бюро РК ВЛКСМ Назрановского р-на учащиеся ряда школ на вопрос: «Верят ли они в бога» – отвечали положительно.
Запущенность научно-атеистической пропаганды способствовала оживлению деятельности всякого рода религиозников. До последнего времени в большинстве сел района (Барсуки, Кантышево, Далаково, Али-Юрт) работали явочные мечети. В районе насчитывается около 40 мулл, привыкших жить и наживаться за счет слепо идущих за ними верующих людей.
Религиозники настолько активизировались, что ежегодно (в 1958гг.) во время празднования уразы на государственных машинах проезжают по улице мимо райкома партии и райисполкома с религиозными песнями.
Имеются сигналы и о религиозности отдельных коммунистов. Так, по заявлению зав. отделом пропаганды и агитации райкома партии т. Бокова, быв[ший] председатель райисполкома, ныне директор мелькомбината, коммунист т. Чопанов совершает намаз.
Отдельные председатели с[ель]с[оветов] пытаются скрыть истинное положение дел. Так, председатель Сурхахинского с[ель]с[овета] т. Богатырев заявил представителям обкома партии, что мечеть не работает, а когда члены бригады обкома партии попросили его поехать с ними и посмотреть мечеть, он отказался это сделать. Бригадой было установлено, что мечеть действует. Религиозные пережитки проявляются в жертвоприношениях, в соблюдении поста уразы, в паломничестве к т[ак] н[азываемым] святым местам, в уплате религиозного налога-закята, в кровной мести, в многоженстве и т. д.
Большой вред населению приносят бытующие шариатские суды, примирение религиозников и т. д.
Религиозники пытаются держать женщин в бесправном положении. Они выступают против того, чтобы девушки учились в школе, посещали культурно-просветительные учреждения, участвовали в общественной работе, всячески препятствуют их культурному росту.
Оживление религиозных обычаев, адатов, шариата дезорганизующе действуют на трудовую деятельность части населения, на осознание его неотложных практических задач развития экономики и культуры районов и республики, отрицательно сказываются на укреплении дружбы народов.
[...]
В районе широко распространены религиозные пережитки. Бракосочетания производятся не по советскому закону, а по мусульманским обычаям. Так, например, в селении Элистанжи за период с января 1960 г. по февраль 1960 г. имело место без регистрации 40 свадеб и 20 разводов, совершенных местным муллой. Молодые девушки лишаются возможности учиться из-за препятствий со стороны религиозных родителей. Так, в селении Ца-Ведено из 75 девушек, которые по своему возрасту должны учиться в 4-7 классах, только 4 девушки учатся в 4 классе, а в 7 классе нет ни одной. Из всего состава девушек селений Мехкиты и Киров-Юрт лишь одна учится в 8 классе.
[...]
Предложения:
1. Со стороны Совета усилить наблюдение и контроль за деятельностью уполномоченного Совета при Совете Министров ЧИАССР т. Алисова, требуя от него представления регулярных информаций по наиболее важным вопросам, оказывая ему при этом необходимую практическую помощь.
2. Вызвать т. Алисова в ноябре с. г. в Москву для заслушивания на заседании Совета его сообщения о своей работе .
При этом прилагаю краткую справку об исламе в Чечено-Ингушской АССР на 13 стр.
А. Задорожный

ГА РФ. Ф. P-6991. On. З.Д. 207. Л. 42-66. Подлинник.

Did you enjoy this post? Why not leave a comment below and continue the conversation, or subscribe to my feed and get articles like this delivered automatically to your feed reader.

Comments

Еще нет комментариев.

Извините, комментирование на данный момент закрыто.