Банковская система в странах Персидского Залива

ХАРАКТЕРИСТИКА БАНКОВСКОЙ СИСТЕМЫ В АРАБСКИХ СТРАНАХ ПЕРСИДСКОГО ЗАЛИВА
Последние явления в банковских системах аравийских стран-экспортеров нефти со всей очевидностью опровергают иногда встречающееся мнение о банковском секторе этих государств как об искусственном явлении, основывающемся только на мощных финансовых вливаниях правительства и лишенном соответствующих взаимосвязей с национальной экономикой. Другое дело, что сама специфика проведения грандиозной и во многом достаточно продуманной социально-экономической трансформации в странах Совета Сотрудничества Арабских Государств Персидского Залива (ССАГПЗ) предполагала как ключевое условие наличие адекватного системообразующего государственного хозяйственного механизма, охватывающего своим регулирующим воздействием всю сферу экономических отношений. Как отмечал в программном выступлении (еще в 1972г. на ХХУI-й ежегодной конференции Института Ближнего Востока в Вашингтоне) саудовский министр Ямани: “Когда принцип управления природными ресурсами народом, который владеет этими ресурсами, нашел всемирное признание и когда начался процесс национализации, Саудовская Аравия вступила на путь поисков альтернативного решения, которое бы сохранило стабильность нефтяной промышленности и обеспечило ее дальнейший рост”. Единственной альтернативой национализации, которая, как отметил Ямани, противоречит экономической системе страны, являлся принцип участия государства, что позволяло обеспечить сбалансированность макроэкономических задач развития с интересами конкретных предпринимательских кругов и населения. [I, с.16].
Вытягивая за нефтяное звено всю национальную экономику, включая, соответственно, банковский сектор, государство в странах ССАГПЗ – Саудовской Аравии, Кувейте, Бахрейне, ОАЭ, Омане, Катаре, сохраняло за собой важнейшие функции в экономике, используя все возможности как для развития новых укладов, так и для смягчения и стабилизации негативных издержек ускоренной модернизации.
В 1970-1980-е годы эти страны создали достаточно современные работоспособные банковские системы, что было достигнуто, с одной стороны, благодаря мощной финансовой базе данных систем, а с другой, -за счет серьезного участия государственного капитала в кредитных учреждениях и многопланового государственного регулирования, удерживающего банки и кредит в рамках, соответствующих задачам конкретных этапов социально-экономического развития.
Заимствованная из мировой практики схема, при которой банковская система состоит из нескольких крупных банков, а все остальные представляют собой их филиалы и дочерние компании (эффективно функционирующая, например, в Западной Европе – Австрия, Скандинавские страны) успешно применялась в нефтяных монархиях Аравии и была рационально для переходной экономики дополнена весомым “огосударствленным” компонентом, когда держателями контрольных пакетов акции основных коммерческих банков, других кредитных учреждений выступали государственные органы и организации, специализированные госбанки. При этом рыночные принципы в главном сохранялись, коммерческие банки, страховые компании вели операции в любом выгодном для них секторе хозяйства, без жестких правительственных директив. Вместе с тем, определяющее контрольное воздействие оказывалось на политику банков в части качества активов и их обеспечения, удельного веса рисковых активов, непосредственного подбора заемщиков, что поддерживало стабильность банковской системы как стратегического звена экономики.
В развивающихся экономических системах налицо слабость банковских институтов с преобладанием частного капитала в кредитовании важнейших отраслей промышленности и сельского хозяйства, что вытекает из общего состояния экономики как базы движения ссудных капиталов. Когда механизмы межотраслевых связей еще не начали работать на достаточно эффективном уровне, нет и благоприятных условий для кругооборота капиталов, в том числе и ссудных (см. 2,3). Банки стремятся вкладывать средства в операции, имеющие максимально короткие сроки окупаемости. В 1970-е – 1980-е годы такое положение для стран ССАГПЗ характерно.
В Саудовской Аравии в 1978 г. из общих кредитов коммерческих банков 33,9% приходилось на торговлю, 4,9% на финансы и услуги, 21,9% на строительство, 21,1% на прочие, а на производство и переработку, сельское хозяйство и рыболовство, добывающую промышленность – соответственно 10,7%; 0,7%; 0,9%. В 1983 г. – соответственно 35,1%; 5,1%; 22,2%; 18,5% и 9,0; 1,0 и 0,4 (%). В Кувейте, в 1982 г. 24,5% всех кредитов этих банков приходилось на торговлю, 48,4% на финансы, недвижимость и услуги, 17,3% на строительство, 3,8% на прочие и 5,0% на промышленность и 1,1% на сельское хозяйство и рыболовство. В 1985 г. соответственно 22,2; 55,2%; 16,2%; 3,0% и 2,9% и 0,5%. В ОАЭ на развитие производственных отраслей приходилось не более 6-8% общей суммы кредитования коммерческих банков. В целом по аравийским монархиям на протяжении 1970-х и основной части 80-х гг. кредитование непроизводительного характера составляло у коммерческих банков от 90 до 96% [4, с.163-166].
Риск в коммерческой деятельности банков потенциально содержит угрозу нарастания просроченной задолженности, невозвратных ссуд и банкротств. В случае провала 40-50% банков под угрозой мог бы оказаться весь процесс социально-экономической модернизации в аравийских нефтяных монархиях. Без государственного вмешательства в развивающихся странах ввиду незавершенности капиталистической трансформации, заблокированности переливов капитала нередко происходит зыбкая монополизация за счет ускорения роста банковского капитала через внестоимостные механизмы, чисто спекулятивные способы накопления, чреватая одномоментным обвалом (см. 5).
Очевидно, что именно совокупность серьезных мероприятий государственного вмешательства в сферу кредита посредством системы участий и разнообразных методов регулирования рынка ссудных капиталов обеспечила стабилизацию банковской системы стран ССАГПЗ в условиях бурного развития в период нефтяного “бума”. В 1970-е – 1980-е годы экспансия банков там происходила рекордными темпами. С 1970 по 1985 гг. совокупные активы депозитных банков Саудовской Аравии возросли с 2,38 до 143 млрд. сауд. риалов, к 1989 г. достигли 203,9 млрд.; Кувейта – с 582,9 млн. до 7 612 млн. кув. динар, а к 1989 г. достигли 8 581,7 млн. кув. динар; ОАЭ с 3 512 до 94 522 млн. дирхам ОАЭ, а к 1989 г. достигли 121845 млн.; Бахрейна – с 53,2 до 1 331 млн. бахр. динар, а к 1989 г. достигли 1 834 млн. бахр. динар. Во второй половине 1980-х прирост активов стал меньшим и более равномерным. Если за 5 лет, с 1970 по 1975 гг. активы депозитных банков возросли в Саудовской Аравии, Кувейте, ОАЭ, Бахрейне на (в %): 539, 104,308 и 554 соответственно, то за 1985-1989 гг. – на 43, 12, 29 и 12. (Рассчитано по 7). Банки в странах Совета демонстрировали рентабельность, часто намного превышающую общемировые уровни. Например, в 1983 г. даже в среднем отдача активов саудовских коммерческих банков составила целых 2,56%, кувейтских -1,3%; в ОАЭ отдача активов составила 0,91% у “Нэшнл Бэнк оф Абу-Даби 3,12% у “Нэшнл Бэнк оф Дубай”, 3,49% у “Нэшнл Бэнк оф Шарджа”. Характерно, что практически ни один банк не провалился, когда в I-й половине 1980-х гг. вследствие спада цен на нефть и ухудшения хозяйственной конъюнктуры в странах ССАГПЗ имел место кризис сомнительной задолженности, затронувший в 1982-1983 гг. Кувейт, в 1984 г. Саудовскую Аравию, в 1985 г. ОАЭ. Кувейт, где более либерально относились к развитию кредита, испытал наибольшие сложности (особенно в связи с кредитованием банками спекулятивных операций с ценными бумагами на бирже). В Кувейте от 30 до 40% (от 5,2 до 7 млрд. долл.) задолженности частного сектора банкам пришлось в 1985 г. на “сомнительную”; в Саудовской Аравии от 20 до 25% (3,4 – 4,3 млрд. долл.) (См.4).
Широкий комплекс мероприятий по реорганизации задолженности, программы погашения, усложнение административного регулирования кредитования со стороны центральных банков; пределы на кредиты одному заемщику, обязательные нормативы обеспечения ссуд высоколиквидными активами в зависимости от сроков, введение в советы директоров банков представителей правительства, регламентация допуска компаний на биржу в зависимости от их кредитоспособности и многие другие мероприятия наряду с финансовой поддержкой правительства дали возможность банковским системам аравийских монархий сохранить устойчивость и преодолеть многие негативные явления 1980-х годов. В первой половине 90-х гг. банковский сектор аравийских стран-экспортеров нефти представлял собой современный кредитный рынок с развитой инфраструктурой, способный предоставлять самые разнообразные Формы и методы банковского обслуживания и обеспечивать соответствующие гарантии и страхование.
Практика развития капиталистических отношений говорит о Риск в коммерческой деятельности банков Первый этап, характеризующийся как экстенсивный, отличается увеличением числа банков, слабой конкуренцией, высоким процентом, преобладанием процессов концентрации (накопления) капитала. Второй, интенсивный, характеризуется резким обострением конкуренции, снижением ссудного процента, усилением процессов централизации банковского капитала (слияния и поглощения). Оба эти этапа в значительной степени переплетаются между собой.
Однако, если раньше все это происходило естественным путем со значительными издержками (например, крах в США в 1929-1933 гг. 8 тыс. неплатежеспособных банков с 5 млрд. долл. депозитов), то во второй половине века, в условиях “догоняющей” модернизации присущей большинству развивающихся стран и, в особенности, аравийским нефтеэкспортирующим, многие явления эволюции кредитных систем смягчаются и сокращаются во времени. Ограничивается экспансия экстенсивного этапа и стимулируются прогрессивные аспекты интенсивного.
В современной ситуации основными доминантами процесса выступают: во-первых, достижение рубежей, определяющих выполнение целей, поставленных программами перестройки хозяйственно-отраслевой и социальной структуры общества и планами социально-экономического развития, проводимыми в жизнь правящими кругами государства; во-вторых, увеличение, либо сокращение финансовых источников, обеспечивающих проведение процесса модернизации и структурной перестройки. Эти доминанты, с одной стороны, создают условия и возможности для вступления банковского дела в новый, более современный этап функционирования – в случае, если происходит реализация задач развития и формируется приемлемый инвестиционный климат; с другой стороны, ограничивают базу для экстенсивного роста банков, если по мере выполнения, либо по другим причинам снижаются масштабы новых планов и программ и ассигнования по ним.
В принципе уникальные возможности грандиозного преобразования отсталых социально-экономических систем, полученные нефтеэкспортирующими странами Аравийского полуострова в 1960-е – 1970-e годы, и первой половине 80-х в связи с высокими ценами на нефть и уникально большими доходами от экспорта были использованы достаточно продуктивно, так как достигнут значительный прогресс в развитии производительных сил. Создана передовая промышленная и социальная инфраструктура, современные отрасли промышленности – не только нефтепереработка и нефтехимия, но и энергетика, черная и цветная металлургия, целый ряд других производств, включая машиностроение, производство стройматериалов, легкую и пищевую промышленность, возникло значительное количество частнокапиталистических предприятий. До весьма высокого уровня были подтянуты социальная сфера, банковская инфраструктура, сфера обслуживания.
В конце 80-х – начале 90-х годов для стран ССАГПЗ начался новый этап их экономического развития, поскольку цены на нефть и доходы от экспорта значительно снизились, вследствие чего (а отчасти и связи с завершением) происходит определенное естественное сокращение ассигнований по планам и программам развития, а в определенной части используются валютные резервы и привлекаются внешние займы. Эти факторы в настоящее время обусловливают насущную необходимость переориентации на пути развития, “на которых частный сектор сможет поддерживать собственный, внутренне генерируемый рост, при минимальной помощи со стороны правительства”, что провозглашалось правящими кругами аравийских монархий как важнейшая цель на 1990-е годы. [8, с.23]. В планах и программах развития аравийских нефтяных монархий на 90-е годы поставлена задача сбалансирования инвестиций между материальным производством, производственной инфраструктурой и сферой обращения. Центры тяжести перемещаются на развитие всего спектра обрабатывающих производств, усиление частнопредпринимательской активности в производственной сфере [23, с. 11]. Для кредитно-банковских систем стран ССАГПЗ, в особенности для банков с преобладанием частного капитала, эти факторы в значительной степени выступают как ограничительные для экстенсивного этапа развития, обусловливая необходимость перехода к интенсивному этапу. Система должна разворачиваться в сторону реального инвестиционного процесса в производстве и сельском хозяйстве. В этой связи актуальным становится вопрос о наличии в странах ССАГП3, в свою очередь, тех конкретных факторов и условий, которые могут рассматриваться как база для вступления кредитных систем в этап интенсивного развития и о том, насколько весомо такие факторы и условия способствуют качественному прогрессу данных систем.
Представляется очевидным, что исходя из нынешней ситуации в аравийских странах – экспортерах нефти, можно выделить несколько главных факторов подобного типа.
1. Стабильность и устойчивость экономического развития стран ССАГПЗ в 1990-е годы при сохранении ими прочно занимаемой ниши в международном разделении труда и постепенной диверсификации экспорта, расширении взаимосвязанных производств и замещении импорта. Этот фактор способствует поддержанию уверенности контрагентов функционирующих на национальном кредитном рынке, что является важнейшим условием сохранения нормальной конъюнктуры. В I-й половине 90-х гг. относительно стабилизировались показатели экономического развития. В Саудовской Аравии ВВП (в текущих ценах) составил в 1989, 1990, 1991 и 1992 гг. соответственно 310,8; 392,0; 431,9; 455,1 млрд. сауд. риалов; в Кувейте, с учетом последствий войны в Заливе соответственно 7 14З; 5 307; 3 130; 5 518 млн. кув. динар ( а в 1993 г. – 7 344 млн.); в ОАЭ – 101,0; 123,6; 124,5; 128,4 млрд. дирхам ОАЭ; в Омане – 3 231; 4 051; 3 917 и 4 417 млн. оманских риалов (7, 1994). Предпринимаются меры по сокращению бюджетных дефицитов, образовавшихся с конца 80-х гг. В Кувейте, например, по плану экономического развития общие доходы бюджета должны с 1994/95 по 1999/2000 финансовый год повыситься с 2 637 млн. кув. динар до 3 671 млн; доходы от нефти – с 2 235 до 2 801 млн., а дефицит сократиться с 1 503 до 155 млн. (9, с.5). Правительство Саудовской Аравии, несмотря на имеющийся бюджетный дефицит в мае 1995 г. погасило последний платеж по ссуде в 4,5 млрд. долл., предоставленной зарубежными банками на покрытие расходов по войне в Заливе.
На банковском секторе региона положительно сказалось повышение доходов от экспорта нефти (Саудовской Аравией над плановым уровнем в 1995 г.- более чем на 4 млрд. долл.). Возросло финансирование экономики, правительственных контрактов и подрядов, понижались процентные ставки по кредитам. Вместе с тем, доходы банков в монархиях в 90-е годы растут уже намного плавнее, чем во времена нефтяного “бума”. Так, за 1994 год общие активы 12-ти саудовских коммерческих банков возросли только на 3,8% (с 319,4 млрд. сауд. риалов в 1993 г. до 331,6 млрд. в 1994 г.), а общая прибыль за тот же период – с 4,6 млрд. до 4,8 млрд. сауд. риалов. Спрос на ссуды и авансы вырос на 10%. Это свидетельствовало об осторожной политике как со стороны банков, так и клиентов. Депозиты саудовских банков возросли за тот же период на 2,2%, с 214,9 до 219,8 млрд. сауд. риалов. Некоторые банки понесли убытки (в 1994 г., например, Саудовский “Банк Аль-Джазира”, “Коммершл Бэнк оф Кувейт” в Кувейте).
Один из наиболее устойчивых саудовских коммерческих банков – “Сауди Америкен Бэнк”, отметивший 15-ю годовщину работы в 1995 г., сообщил о 3-х процентном падении чистой прибыли за первую половину 1995 г. до 134,8 млн. долл. по сравнению со 139,3 млн. долл. за аналогичный период 1994 г. Другой саудовский банк “Сауди Френч Бэнк” к середине 1995 г. достиг прибыли в 180,03 млн. сауд. риалов по сравнению с 175,6 млн. риалов в первой половине 1994г.
В Кувейте активы национальных коммерческих банков в апреле 1995 г. возросли на 0,3%. Несмотря на хороший рост прибылей у Национального Банка Кувейта (на 16%) и у банка “Галф Бэнк” (на 13%) в первой половине 1995 г., другие банки страны в 1995 г. добились более скромных результатов, так как в Кувейте все еще сказываются последствия кризисов просроченной задолженности, вызванных в 80-е годы чрезмерной экспансией кредитования коммерческой сферы.
На Бахрейне один из крупнейших мультинациональных банков (МНБ) стран Персидского залива “Араб Бэнкинг Корпорейшн” в 1994-1995 годах продолжал функционировать с устойчиво стабильными результатами. В ОАЭ, в 1994 году прибыли 47 банков, функционирующих в стране, возросли на 17,8% – до 629 млн. долл. по сравнению с 534 млн. долл. в 1993 г., при этом увеличился объем кредитов для торговли и, в частности, экспорта. Депозиты банков ОАЭ возросли с 21,1 млрд. долл. в 1993 г. до 21,85 млрд. долл. в 1994 г. [10, с. 23-25]. Это повысило стабильность банков Эмиратов, которые значительную часть своих активов размещают на депозиты в зарубежных банках. Банковские круги в Дубае и Абу-Даби уверенно смотрят в будущее в связи с прогнозируемым устойчивым экономическим ростом. Открываются новые возможности вложений в недвижимость, торговлю, возможности проектного финансирования.
Хорошие показатели работы банковского сектора стран Залива за первую половину 1996 года свидетельствовали о продолжающемся его оздоровлении. Семь саудовских банков показали в отчетности существенное увеличение чистой прибыли за этот период, составившее в среднем 13%. Это не касается банка “Бэнк Аль-Джазира”, который имел прибыли в первой половине 1996г., но потери во второй и “Сауди Америкен Бэнк”, где 6-ти процентное снижение чистой прибыли за период объяснялось увеличением резервов. В 1996г. все саудовские банки увеличили резервы. “Нэшнл Коммершл Бэнк” за первую половину 1996г. показал чистую прибыль в 119,5 млн. долл., активы остались на уровне 95-го года – 20 395 млн. “Рияд Бэнк” увеличил чистую прибыль на 1,1% по сравнению с аналогичным периодом 95 г., она составила 127,7 млн. долл., хотя активы сократились на 6,6% – до 13 499 млн. “Сауди Френч Бэнк” увеличил чистую прибыль на 1,8% – до 48,9 млн. долл., “Сауди–Холланди Бэнк” – на 26%, до 20,3 млн. (по сравнению с тем же периодом). Оба эти банка несколько увеличили свои активы.
Два крупнейших кувейтских банка также показали большое увеличение чистой прибыли за первую половину 1996г. “Нэшнл Бэнк оф Кувейт – на 14%, “Галф Бэнк” – на 24% (по сравнению с первой половиной 1995г.), другие национальные банки не успели опубликовать результаты. У “НБК”, отмеченного первым, активы возросли на 6%, до 12740 млн. долл., доход на акцию – на 15%, у ” Галф Бэнк” – на 1,7 %, до 4656 млн. долл., а чистый банковский доход возрос на 18% [9, с. 6-7].
В ОАЭ по итогам за весь 1995г. наблюдалось продолжающееся оживление банковского сектора. “Нэшнл Бэнж оф Абу-Даби” за 1995г. получил чистую прибыль в 215 млн. дирхам ОАЭ по сравнению со 166 млн. в 1994г., при том, что его активы уменьшились на 4 млрд. дирхам, ввиду снятия депозитов правительства. “Абу-Даби Коммершл Бэнк” увеличил чистую прибыль на 36% (за аналогичный период) до 300 млн. дирхам (81,6 млн. долл.) и приступил к возврату полученного у правительства кредита в 326,4 млн. долл. “Араб Бэнк фор Инвестмент энд Форин Трейд” увеличил чистую прибыль на 30% до 143 млн. дирхам (39 млн. долл.) и удвоил депозиты. В Дубае ссуды и авансы четырех банков – “Нэшнл Бэнк оф Дубай”, “Эмирэйтс Бэнк Интернэшнл”, “Машрек Бэнк” и “Коммершл Бэнк оф Дубай” возросли в сумме на 42% до 5 779 млн. долл., а чистая прибыль, в среднем, – на 25% – до 304 млн. долл. “Бэнк оф Шарджа” увеличил прибыли с 20 до 25 млн. дирхам и активы с 875 до 964 млн. “Нэшнл Бэнк оф Шарджа” – прибыли с 22 до 28 млн., активы – с 646 до 775 млн. дирхам (за 1995г. по сравнению с 1994г.) [11, с.7-13].
2. Вторым фактором, создающим среду для развития банков в странах ССАГПЗ остается роль государства, проявляемая в создании возможностей для развития инвестиционной активности частного капитала. Участие частного капитала в простом перераспределении ренты относится именно к сфере торговли, услуг, чью гипертрофированную роль в настоящее время предполагается снизить. В области же реального инвестиционного процесса основополагающим условием является проведение в жизнь правительственными органами и государственными компаниями наибольшей части промышленных и инфраструктурных проектов, прочего строительства, во многих случаях и совместно с частным капиталом, предоставление подрядов. Эта деятельность формирует высокодоходную и безопасную область для банковского кредитования.
Так, в Саудовской Аравии самым надежным и доходным способом долгосрочного инвестирования через рынок ценных бумаг по-прежнему является вложение средств в акции и облигации крупнейших национальных, по большей части капитала государственных, компаний, таких как “САБИК” (“Сауди Бэйсик Индастриз Корпорейшн”) и т.п. [12, с.28]. В Кувейте в 1995г. новый масштабный государственный акционерный нефтехимический проект обеспечивает возможности для инвестиций на 100 млн. долл, Вводимый на Бахрейне новый карбамидный комплекс – на 110 млн. долл.
В Катаре в 1996r. началось строительство двух новых газоперерабатывающих комплексов, а в Омане строительство электростанции в Барке, в финансировании которых правительства отводят большое место частным инвесторам [13, с.7].
Для банков ОАЭ ключевым источником бизнеса в l994-97rr. становится масштабная 5-летняя инвестиционная программа национальной компании “АДНОК” (“Абу-Даби Нэшнл Ойл Компани”) по расширению нефтепереработки в Рувайсе, новый нефтехимических и газоперерабатывающий заводы; а также программа создания свободной экономической и торговой зоны на острове Садият, которая предполагает инвестиции на сумму 3 млрд. долл и др. [11, с. 22-23].
С другой стороны, налицо боязнь коммерческих банков в странах ССАГПЗ в отношении кредитования мелких частных предприятий. Центр по финансам и инвестициям в Эр-Рияде сообщает, что в 1995г. на 10 крупнейших промышленных компаний Саудовской Аравии приходилось 64% всех срочных кредитов, предоставленных коммерческими банками страны и Саудовским фондом промышленного развития [10]. Помощь же частному сектору спецгосбанков хотя и номинально снижается, но сохраняет за собой системообразующую роль.
Вследствие этого банки функционируют в несколько искусственном климате, что не способствует интенсификации банковской деятельности. Однако в первой половине 90-х гг. в странах ССАГПЗ серьезный импульс получает процесс приватизации, который проводится в жизнь постепенно и осторожно, но в принципе ведет к тому, что появляются новые предприятия и компании с новыми потребностями в кредите и постепенно увеличиваются инвестиционные возможности на национальном рынке ссудных капиталов. Например в Кувейте, где с наибольшей активностью занимаются проблемой приватизации, с середины 1994г. по 1995г. в ходе приватизации уже потребовались кредиты на 1 073 млрд. долл. [10, с.26]. Наблюдается определенный прогресс в области участия частного капитала в финансировании производственной сферы.
Вице-президент финансового Агентства Саудовской Аравии Ахмед Аль-Малик в своем недавнем выступлении отметил возросшую роль коммерческих банков в развитии страны, так как “они через широкую сеть филиалов и отделений мобилизуют значительные сбережения, направляя их в инвестиции в промышленность и другие сферы экономики”. Общие активы этих банков в королевстве составили в 1995 г. около 90 млрд. долл., это 75% ВВП, и 63 млрд. долл. из этой суммы было направлено на финансирование частного сектора [15, с. 30-31]. В ОАЭ кредиты местных банков правительству, включая госпредприятия, с 1994 по 1995гг. возросли на 1,2%, с 15 856 до 16 144 млн. дирхам ОАЭ, а кредиты частному сектору, в основном ссуды, авансы и овердрафты – на 12,3%, с 44 340 до 50 279 млн. (II, с.7).
3. В устойчивый и все более заметный фактор создающий действия тельную основу для здорового роста операций банковского сектора превращается в 90-е годы экономическая интеграция стран ССАГПЗ, в целом весьма близких по типу своей социально-экономической структуры. Этот процесс включает углубляющуюся кооперацию между Саудовской Аравией, Кувейтом, ОАЭ, Бахрейном, Катаром, Оманом в различных областях – не только нефтедобыче, нефтепереработке и нефтехимии, но и металлургии, строительстве, энергетике, транспорте, связи и других. Часть национальных предприятий и проектов строится и осуществляется по плану в расчете на кооперацию с промышленными мощностями других стран Совета. Примеров здесь множество: это и переработка на Бахрейне саудовской нефти, поставка алюминия с Бахрейна в страны ССАГПЗ, участие компаний Кувейта, Бахрейна, ОАЭ в саудовских промышленных проектах и т.п.
Явления экономической интеграции и фактическое становление общего экономического пространства нефтеэкспортирующих стран Аравийского полуострова в 90-е годы уже приобретает характер реального фактора, нивелирующего ограниченность национальных рынков данных государств. Создаются устойчивые хозяйственные взаимосвязи, преодолевающие границы отдельных эмиратов.
Составной частью этого процесса становится формирующаяся на его основе интеграция в кредитно-финансовой сфере стран ССАГПЗ, которая осуществляется как в рамках односторонних, так и двух и многосторонних образований. Возникают мощные консорциумы с участием и частного, и государственного капитала стран Залива, двух и многосторонние многонациональные банки (МНБ), куда вовлекается и иностранный капитал, образуются консорциумы и между частными банками одной либо нескольких стран ССАГПЗ. Эти структуры способны как проводить огромные по масштабам операции, связанные с кредитованием капиталоемких производственных проектов в самых разных отраслях, так и конкурировать с международными банковскими монополиями.
Так “Галф Инвестмент Корпорейшн” (ГИК), инвестиционная группа, созданная шестью странами ССАГПЗ для содействия экономическому росту, поддержки конкурентоспособной среды и развития частных предприятии производственной сферы в регионе Залива к концу 1995 г. увеличила свои активы до 10,2 млрд. долл. (на 11% по сравнению с 1994г.). На августовской Ассамблее ССАГПЗ в Кувейте сообщалось, что ГИК получила в 1995г. прибыль в 115,9 млн. долл., увеличила дивиденты на 40%, до 52,5 млн. долл., что сделало корпорацию еще одним важнейшим многонациональным институтом стран Совета [14,с.31].
“Исламик Девелопмент Бэнк” – исламский МНБ с участием Саудовской Аравии, Кувейта, ОАЭ и др. в 1996г. принял решение предоставить новые кредиты на 168,5 млн. долл., включая и финансирование более слабых государств – Ливии, Марокко, Судана [16, с.4]. “Араб Иншуранс Груп” (Кувейт, ОАЭ, Ливия) в первой половине 96-го увеличила чистую прибыль на 18%, общие активы – на 13% (до 869,3 млн. долл., в 1995г. чистая прибыль возросла на 82%) и выходит с публичной подпиской на акции на биржу Бахрейна имея уже оплаченный капитал и резервы в сумме более 300 млн. долл. [17, с.4-5].
Группа из девяти саудовских и региональных банков подписала соглашение с “Сауди Бинладин Груп” по обеспечению 194 миллионного финансирования (в долл.) работ по сооружению электростанции “ПП-9″ в Эр-Рияде. Сюда вошли “Сауди Америкен Бэнк”, “Нэшнл Коммершл Бэнк” (как главные менеджеры) и “Араб Нэшнл Бэнк”, “Бэнк Аль-Джазира”, “Сауди Каиро Бэнк”, “Сауди Инвестмент Бэнк”, МНБ Залива “Галф Интернэшнл Бэнк”, “Эмирэйтс Бэнк Интернэшнл” и “Машрек Бэнк” (ОАЭ).
В 250 миллионной (в долл.) синдицированной семилетней ссуде по “ЛИБОР” для государства Катар объединились “Дж. П. Морган и Ко” как главный менеджер, “Катар Нэшнл Бэнк” как ко–менеджер и главный консультант, а также а также “Нэшнл Вестминстер Бэнк”, “Банкью Парибас”, МНБ ССАГПЗ “Араб Бэнкинг Корпорейшн”, “Сумимото Бэнк”, “Бритиш Бэнк оф зе Мидл Ист” [18, с. 21-22.]. В результате осуществляется создание современного диверсифицированного рынка ссудных капиталов на базе банковских систем аравийских нефтеэкс-портирующих государств, призванного стать питательной средой для обеспечения финансовых интересов аравийских национальных финансовых и финансово-промышленных кругов.
4. Другим важнейшим фактором, обеспечивающим мощный импульс для прогресса кредитных систем и рынка ссудных капиталов нефтеэкспортирующих стран Аравийского полуострова становится во многом вытекающее из ранее отмеченных явлений, приобретение регионом роли стабильного финансового центра международного значения (МФЦ). Этот фактор серьезно воздействует на приближение банковских систем стран региона к высшему современному мировому уровню.
Бахрейн в настоящее время представляет собой МФЦ, на котором размещены около 90 коммерческих банков, офшорных банковских учреждений, более 50 представительств банков, денежные и валютные дилеры и около 60 местных и иностранных страховых компаний. Роль Бахрейна как МФЦ вытекает не только из финансовой мощи нефтяных стран Залива, но и из стратегически удобного местоположения, позволяющего вести операции одновременно с Азией и Америкой в течении полного рабочего дня, хорошо отлаженной законодательной базы.
В ОАЭ, где действует 19 местных и 28 иностранных банков, также держат курс на специализацию эмиратов в качестве МФЦ. Новой чертой банковского дела в Персидском заливе становится конкуренция между Бахрейном и ОАЭ за роль ведущего международного Финансового центра. В Дyбae насущной задачей провозгласили сделать его крупнейшим МФЦ в регионе. Банкиры этого эмирата заявили, что они постараются достигнуть удовлетворения потребительских стандартов XXI века в банковской сфере в ближайшем будущем и обеспечить лучший сервис по лучшим ценам. Для этого потребуется ускоренная работа по совершенствованию финансовой инфраструктуры эмирата как минимум до уровня Бахрейна, совершенствование законодательства и т.п. В Дубае предполагают занять нишу финансового центра в основном в области торговли и инвестиций, в то время как роль Бахрейна как финансового центра останется сосредоточенной на процентных и валютных операциях и размещении временно свободных капиталов.
В Кувейте, в основном преодолевшем последствия кризиса рынка ценных бумаг 1982г., складывается второй по величине и важнейший по активности фондовый рынок, общая капитализация на котором (стоимость ценных бумаг, включая проценты по ним) достигла в 1996г. 13 млрд. долл.
В Саудовской Аравии на фондовых рынок с капитализацией в 50 млрд. долл. допускаются в основном местные компании, а также компании стран ССАГПЗ. Здесь консервативные правила, сделки ведутся из уполномоченных банков, при отсутствии центрального биржевого зала. Представитель Саудовского инвестиционного банка Сауд Аль-Салех отметил: “Для нас торговля ради торговли представляет непривычное явление, а большинство акций приобретается долгосрочными инвесторами”. После войны в Заливе индекс рынка ценных бумаг стран ССАГПЗ за 18 месяцев возрос на 140%, что объяснялось значительным притоком иностранного капитала. [См. 10, с. 25-28; 12, с. 28].
5. Еще одним фактором, положительно влияющим на эволюцию кредитных систем аравийских стран в сторону их совершенствования является экспансия исламского банковского дела. Возродившееся с 60-х годов по инициативе нефтяных монархий Персидского Залива и Египта, оно набрало достаточную силу и агрессивно осуществляет экспансию во многие регионы. Инвестиции по исламскому механизму во всем мире уже достигли 60 млрд. долларов. Наступает время, когда исламские банки начинают все жестче конкурировать не только между собой, но и с обычными банками разных стран. Даже западные банки вынуждены открывать отделы, функционирующие по исламской системе. В 1995г. американский “Ситибанк” на Бахрейне открыл там свой дочерний банк, работающий полностью по исламскому методу. Это вынудило одного из директоров аравийского банка “Фейсал Исламик Бэнк оф Бахрейн” Набил Насифа призвать аравийские исламские банковские институты к сплочению для совместного противостояния уже западной конкуренции в ранее исконно арабском исламском банковском деле [19, с.18].
Западные банки все чаще входят в синдикаты с арабскими исламскими банками. Так, в июле 1995 г. “Стандарт Чартеред Бэнк” принял участие в 25-миллионной (в долл.) исламской синдицированной ссуде по принципу “Мудараба” вместе с бахрейнской Исламской инвестиционной компанией. В исламском финансировании стали принимать участие “Клиентворт Бенсон”, “АНС Интернэшнл Бэнк” и многие другие, вместе с арабскими исламскими банками. Таким образом исламские методы финансирования получают международное признание [20, 21].
Фактор исламского банковского дела по всей видимости ведет к диверсификации путей развития кредитных систем нефтяных монархий Аравии за счет использования исламских методов финансирования и вовлечения широкого круга сбережений из регионов с исламским вероисповеданием в инвестиционный процесс.
Судя по всему, такие факторы, как стабилизация экономической ситуации, интеграция экономических систем стран ССАГПЗ, равно как и интеграция в кредитно-финансовой сфере с образованием общего кредитно-инвестиционного рынка, закрепление за регионом роли международного финансового центра создают прочную базу для ускорения поступательного движения кредитно-банковских систем аравийских монархий на путях повышения устойчивости и расширения сферы обслуживаемых предприятий и компаний.
Вместе с тем, чрезмерная зависимость от государственных программ и ассигнований, подрядов и контрактов, особенно той части банковского сектора, где преобладает частный капитал, будет обуславливать сохранение во многом искусственных “тепличных” условий для аравийских банков, что в общем плане должно обусловливать определенное отставание от банков промышленно развитых государств.
Следует, однако, принимать во внимание, что за банками промышленно развитых государств стоит мощь финансового капитала этих государств, базирующаяся на соответствующей экономической основе, возникшей в ходе длительной эволюции.
При конкуренции с подобными банковскими учреждениями банковские институты арабских государств в обозримом будущем не обойдутся без государственной поддержки и продолжат функционировать в условиях оптимального воздействия со стороны государства в создании подходящего экономического климата для полноценного выполнения банками своих функций. Так или иначе в любой экономической системе одновременно взаимодействуют два механизма – как саморегуляция, так и государственное регулирование в пропорциях, обусловленных экономической стратегией государства и комбинацией показателей хозяйственного развития. Возможности резкой либерализации рынка ссудных капиталов в странах ССАГПЗ достаточно ограничены.
Несмотря на это, весьма сильный импульс развитию банковского сектора стран ССАГПЗ, выводящий его на особое место среди кредитных систем “третьего мира” сообщает особое положение региона в системе международного разделения труда, в том числе и в финансовой сфере, его роль в целом как стабильного и прибыльного инвестиционного рынка и международного финансового центра.
В настоящее время на банки Кувейта, ОАЭ, Бахрейна приходится соответственно 13,0; 11,5 и 10,1% от всего капитала 100 крупнейших арабских банков. На банки Саудовской Аравии – 29,4%. В целом вместе с банками Катара и Омана на банки шести государств ССАГПЗ приходится более 67,4% от совокупного капитала арабских банков и 57% от совокупного капитала 100 крупнейших арабских банков (22, с. 67).
В этом срезе конкуренция аравийских и международных и западных банков, укрепление многонациональных банков стран Залива, активно формирует среду для усложнения и диверсификации кредитно-банковских операций аравийских кредитных институтов, снижения их производственных издержек, расширения географического и функционального диапазона обслуживания, повышения оперативности деятельности, возрастания роли информационных и коммуникативных услуг.
Уже сейчас характерными чертами развития кредитно-банковских систем в аравийских странах-экспортерах нефти становятся возросшая конкуренция, сложная и требовательная клиентура, ускоренное внедрение новых современных банковских услуг, новых технологий, включая банковское обслуживание на дому, по телесвязи, через цифровые компьютерные терминалы, централизованный автоматический учет сделок и автоматический клиринг чеков и т.п. [10, 22].
Список источников и литературы
1. А. Яковлев. Король Фейсал. “Азия и Африка сегодня.” М., №12, 1994, с. 40-46.
2. А. Яковлев. Аравийские реформы и российская вестернизация. “Азия и Африка сегодня”, М., №7, 1994, с. 2-6.
3. В.В. Гусаров. Экономическая независимость арабских стран. М., 1993.
4. Г.Л. Гукасян. Кредитно-банковская система в развивающихся странах Аравийского полуострова, диссертация на соискан. уч. степ. к. э. н. М., 1994.
5. Е.В. Котова. Процессы монополизации в экономике стран Востока. М., 1990.
6. Wilson R. The Impact of Oil Revenues on Arab Gulf Development. L., 1984.
7. International Financial Statiatics Yearbook. Wash.
8. Middle Eаst Economic Digest (MEED). L. V. 31, № 14, Apr.1987.
9. MEED, V. 40, №30, July 1996.
10.”Gulf Banking Poised for Growth”. Special Survey. The Middle East. L., №248, Sept.1996, pp.23-28.
Размещено на

Did you enjoy this post? Why not leave a comment below and continue the conversation, or subscribe to my feed and get articles like this delivered automatically to your feed reader.

Comments

Еще нет комментариев.

Извините, комментирование на данный момент закрыто.