Архаическая Греция

ХРЕСТОМАТИЯ ПО ИСТОРИИ ДРЕВНЕГО МИРА
ТОМ 2. ГРЕЦИЯ И ЭЛЛИНИЗМ
АРХАИЧЕСКАЯ ГРЕЦИЯ
Архаический период охватывает время становления рабовладельческого общества в древней Греции. Развивается индивидуальное рабовладельческое хозяйство, торговля, но при этом сохраняются значительные пережитки родового строя. Господство родовой аристократии, которая обособилась в правящую группу складывающегося класса рабовладельцев, вызывает недовольство крестьян и горожан. Тяжелое положение мелких рабовладельцев – недавних общинников – сказывается на их идеологии, представлявшей действительность в мрачных тонах (см. № 30). Рост имущественного неравенства, захват лучших земель аристократией, произвол последней вызывают обострение социальной борьбы, после того как «Различие между богатыми и бедными выступает наряду с различием между свободными и рабами, с новым разделением труда – новое разделение общества на классы». (Ф. Энгельс, Происхождение семьи, частной собственности и государства, Госполитиздат, 1949, стр. 169.)
За пределы родины выселяются различные категории свободных эллинов; бедняки и предприимчивые торговцы, а также политические изгнанники. Во многих греческих полисах происходят политические перевороты. На месте низвергнутых аристократических правительств в ряде случаев к власти приходят тираны. Их поддерживает предприимчивый рабовладельческий демос. Растет число рабов, усиливается их эксплоатация.
При выяснении причин греческой колонизации необходимо подробно остановиться на тяжелом положении крестьянства. Яркий, запоминающийся материал по этому вопросу дает поэма Гесиода «Дела и дни» (№ 31 – 32). В ней крестьянин рисуется уже не как общинник, а как мелкий собственник, в случае удачи – мелкий рабовладелец. Упорным трудом и бережливостью он борется с повседневно подстерегающим его разорением, ненавидя и боясь захвативших лучшие земли «пожирателей даров», «жирных басилеев», хищничество и произвол которых запечатлены в бессмертной басне о ястребе и соловье.
Гесиод рекомендует крестьянину иметь только одного сына, чтобы не дробить между наследниками земельный участок. Гесиод советует жить в мире и согласии с соседями, чтобы в случае необходимости быть уверенным в их помощи, так как на родственников, живущих далеко, рассчитывать не приходится. Крестьянин уже растерял своих родственников, которые ушли на чужбину в поисках лучшей доли. Отец самого Гесиода переселился в Беотию из малоазийской Ионии. Вместо патриарха – владыки большой патриархальной семьи, Гесиод рисует престарелого отца, живущего на содержании сына, который ругает его «нехорошей бранью». В таких условиях становится понятным первоначальный преимущественно земледельческий характер колоний. Тяжелые условия жизни на чужбине первых колонистов ярко изображают отрывки стихов Архилоха (№ 39). Общий очерк колонизации и развития хозяйственной жизни дает Фукидид (№ 34). Представление о том, как далеко уходили от своей родины греки, вытесняемые условиями социально – экономического развития, дает, например, надпись на статуе Рамсеса II в Нубии (№ 36). Читая и объясняя ее содержание, следует обратить внимание на трудности изучения старины и на тот факт, что в числе исторических источников в данном случае оказалась запись, появившаяся в результате того, что недисциплинированные греческие наемники фактически попортили статую, самовольно вырезав на ней свои имена. Но эта запись из – за отсутствия других сведений является теперь важным документом: подлинным свидетельством того, что греки в начале VI в. до н. э. были в Нубии.
Стихотворение Алкея повествуето службе греческого наемника в Вавилоне (№ 38). В рассказе Геродота (№ 35) о греках в войсках Псамметиха I и Амасиса II в связи с колонизацией важно упоминание о разбойничьих странствованиях по морю греков и карийцев, поступивших потом наемниками к египетскому фараону и получивших земельные участки. О том же говорит и Фукидид в отрывке о колонизации Сицилии, где переселенцы «поделили землю» (№ 40). Торговый характер колонии приобретали и несколько позже (№ 37). Основным предметом вывоза из колоний в Грецию наряду с рабами был хлеб. На это указывают особенно документы из XI раздела хрестоматии, так как вывоз хлеба в Грецию сделался основой торгового развития северных припонтийских греческих колоний. При изучении колонизации надо привлечь и №№ 154 – 156, 161, 162, 168 из раздела XI, в которых описываются скифы и греческая колонизация Северного Причерноморья.
Интересен документ № 41 – надпись, содержащая наказ греческим колонистам Навпакта, из которого видно, что колонии были независимыми полисами, но сохраняли близкие и многосторонние отношения с метрополией – городом – матерью, выселившей колонистов. О росте денежного хозяйства, упадке знати и экспроприации ее земель силами победоносного демоса свидетельствуют элегии Феогнида (№ 42). В них нашли яркое отражение и обострение классовой борьбы и бессильная злоба побежденного аристократа, который осознал, что «К гибели, к воронам все наше дело идет!»
Характер ранней тирании, ее неустойчивость из – за необходимости лавирования между богатыми и неимущими и конечная ориентировка на массу демоса отмечены Аристотелем (№ 43).
Последний документ раздела № 44, Гортинские законы, для проработки в средней школе труден.
(В настоящий раздел не включены источники по истории архаической Спарты, Аттики и греческих колоний северного Причерноморья, которые составляют особые V, VI и XI разделы хрестоматии.)
№ 29. ГЕОГРАФИЧЕСКИЙ ОЧЕРК ГРЕЦИИ
(Страбон, География, VIII, 1, 2 – 3)
Страбон, крупнейший древнегреческий географ, родился на севере Малой Азии в понтийском городе Амасии, около 63 г. до н. э. и умер около 20 г. н э. Он был высоко образованным человеком и очень много путешествовал. С 29 г. до н. э. Страбон неоднократно проживал в Риме и Италии. Происходя из местной греко – понтийской знати, он и в Риме был близок к правящим кругам и в 24 г. до н. э. в свите префекта Элия Галла побывал в Египте. Кроме почти полностью дошедшей до нашего времени «Географии» в 17 книгах, Страбон написал еще большой исторический труд, продолжавший «Всеобщую историю» Полибия, но последний, к сожалению, утрачен. «География» Страбона основана на большей частью не дошедших до нашего времени трудах эллинистических географов и историков, которых Страбон пытался использовать критически, а также – на основании большого материала личных наблюдений и изысканий, произведенных им во время путешествий. Кроме того, он использовал сведения, полученные римлянами в результате их походов в отдаленные местности и сведения купцов путешествовавших с торговыми целями. В своем труде Страбон стремится к точности географических описаний, приводит исторические и бытовые справки о каждой местности и т. д. Кроме общегеографических и исторических задач, труд Страбона имел практическую цель – по возможности всесторонне ориентировать римских провинциальных чиновников в местных условиях. Его «География» является важным и незаменимым источником по целому ряду вопросов античной истории, так как содержит много ценных сведений о многих странах Европы, Азии и Африки.
Не говоря уже о славе и могуществе населивших ее племен, самое топографическое положение Эллады благоприятствует ее преобладанию, ибо множеством заливов, мысов, служащих прекрасными маяками, она раздробляется на несколько полуостровов, из которых один соединяется с другим. Первый из полуостровов – Пелопоннес , замыкаемый перешейком в 40 стадиев , второй полуостров обнимает первый, перешеек его тянется от Паг Мегарских до Нисеи , мегарской корабельной верфи, на расстоянии 120 стадиев от моря до моря. Третий полуостров обнимает предыдущий; перешеек его от углубления Крисейского залива тянется до Фермопил.
Подразумеваемая при этом прямая линия, имеющая длины около 508 стадиев, обнимает всю Беотию и отрезает Фокиду и гипокнемидян . Четвертый полуостров простирается между Ампракийским заливом через Эту и Трахинею от Малийского залива и Фермопил. Перешеек его имеет около 800 стадиев. Больше 1 000 стадиев имеет тот перешеек, который простирается от того же Ампракийского залива через области фессалийцев и македонцев до Фермейского залива.
(«Древний мир в памятниках его письменности», ч. 2 – я, из № 1.)
№ 30. ПЕРИОДЫ ИСТОРИИ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА ПО ГЕСИОДУ
(Гесиод, Дела и дни, стр. 109 – 201)
Гесиод, представитель дидактического эпоса, жил в конце VIII, начале VII вв. до н. э. Его поэма повествует о жизни и хозяйстве беотийского крестьянина, мелкого сельского хозяина – рабовладельца. Ее сюжет – наставления автора своему недобросовестному брату Персу, который, подкупив судей, присвоил земельный участок Гесиода при дележе отцовского наследства. Тяжелое положение крестьянина в условиях раннего рабовладельческого общества приводит Гесиода к пессимистическому заключению о постепенном ухудшении человеческой природы и условий жизни людей от счастливого золотого века в далеком прошлом к печальному железному.
109. Создали прежде всего поколенье людей золотое
110. Вечноживущие боги, владельцы жилищ олимпийских .
Был еще Крон – повелитель в то время владыкою неба.
Жили те люди, как боги, с спокойной и ясной душою,
Горя не зная, не зная трудов. И печальная старость
К ним приближаться не смела. Всегда одинаково сильны
115. Были их руки и ноги. В пирах они жизнь проводили,
А умирали, как будто объятые сном. Недостаток
Был им ни в чем неизвестен. Большой урожай и обильный
Сами давали собой хлебородные земли. Они же,
Сколько хотелось, трудились, спокойно сбирая богатства, –
120. Стад обладатели многих, любезные сердцу блаженных.
После того как земля поколенье это покрыла,
В благостных демонов все превратились они надземельных
Волей великого Зевса: людей на земле охраняют,
Зорко на правые наши дела и неправые смотрят.
125. Тьмою туманной одевшись, обходят всю землю, давая
Людям богатство. Такая им царская почесть досталась.
После того поколенье другое, уж много похуже,
Из серебра сотворили великие боги Олимпа.
Было несхоже оно с золотым ни обличьем, ни мыслью.
130. Сотню годов возрастал человек неразумным ребенком,
Дома близ матери доброй забавами детскими тешась.
А, наконец, возмужавши и зрелости полной достигнув,
Жили лишь малое время, на беды себя обрекая
Собственной глупостью: ибо от гордости дикой не в силах
135. Были они воздержаться, бессмертным служить не желали,
Не приносили и жертв на святых алтарях олимпийцам,
Как по обычаю людям положено. Их под землею
Зевс – громовержец сокрыл, негодуя, что почестей люди
Не воздавали блаженным богам, на Олимпе живущим.
140. После того как земля поколенье и это покрыла,
Дали им люди названье подземных смертных блаженных.
Хоть и на месте втором, но в почете у смертных и эти.
Третье родитель – Кронид поколенье людей говорящих
Медное создал, ни в чем с поколеньем несхожее с прежним.
145. С копьями. Были те люди могучи и страшны. Любили
Грозное дело Арея , насильщину. Хлеба не ели.
Крепче железа был дух их могучий. Никто приближаться
К ним не решался: великою силой они обладали,
И необорные руки росли на плечах многомощных.
150. Были из меди доспехи у них и из меди жилища,
Медью работы свершали: о черном железе не знали.
Сила ужасная собственных рук принесла им погибель.
В затхлую область они леденящего душу Аида
Все низошли безымянно; и, как ни страшны они были,
155. Черная смерть их взяла и лишила сияния солнца.
После того как земля поколенье и это покрыла,
Снова еще поколенье, четвертое, создал Кронион
На многодарной земле, справедливее прежних и лучше –
Славных героев божественный род. Называют их люди –
160. Полубогами: они на земле обитали пред нами.
Грозная их погубила война и ужасная битва.
В Кадмовой области славной одни свою жизнь положили,
Из – за эдиповых стад подвизаясь у Фив семивратных;
В Трое другие погибли, на черных судах переплывши
165. Ради прекрасноволосой Елены чрез бездны морские
Прочим отец Зевс – Кронид пропитанье, а также жилище
Определил на краю земли от людей всех отдельно
И в далеке от бессмертных. Кронос у них воцарился.
170. Сердцем ни дум, ни заботы не зная, они безмятежно
Близ океанских пучин острова населяют блаженных.
Трижды в году хлебодарная почва героям счастливым
Сладостью равные меду плоды в изобилье приносит.
Если бы мог я не жить с поколением пятого века!
175. Раньше его умереть я хотел бы иль позже родиться.
Землю теперь населяют железные люди. Не будет
Им передышки ни ночью, ни днем от труда и от горя,
И от несчастий. Заботы тяжелые боги дадут им.
(Все же ко всем этим бедам примешаны будут и блага.
180. Зевс поколенье людей говорящих погубит и это,
После того как на свет они станут рождаться седыми.)
Дети – с отцами, с детьми – их отцы сговориться не смогут.
Чуждыми станут товарищ товарищу, гостю – хозяин.
Больше не будет меж братьев любви, как бывало когда – то»
185. Старых родителей скоро совсем почитать перестанут;
Будут их яро и зло поносить нечестивые дети
Тяжкою бранью, не зная возмездья богов; не захочет
Больше никто доставлять пропитанья родителям старым –
Правду заменит кулак. Города друг у друга разграбят
190. И не возбудит ни в ком уваженья ни клятвохранитель,
Ни справедливый, ни добрый. Скорей наглецу и злодею
Станет почет воздаваться. Где сила, там будет и право.
Стыд пропадет. Человеку хорошему люди худые
Лживыми станут вредить показаньями, ложно кляняся.
195. Следом за каждым из смертных бессчастных пойдет неотвязно
Зависть злорадная и злоязычная, с ликом ужасным,
Скорбно с широкодорожной земли на Олимп многоглавый,
Крепко плащом белоснежным закутав прекрасное тело,
К вечным богам вознесутся тогда, отлетевши от смертных,
Совесть и Стыд. Лишь одни жесточайшие, тяжкие беды
200. Людям останутся в жизни. От зла избавленья не будет.
Пер. В. В. Вересаева.
№ 31. БАСНЯ О ЯСТРЕБЕ И СОЛОВЬЕ
(Гесиод, Дела и дни, 202 – 212)
В басне под ястребом разумеется знать, угнетающая массу рядовых свободных, положение которых представлено в образе соловья.
202. Басню теперь расскажу я царям , как они ни разумны.
Вот что однажды сказал соловью пестроглазому ястреб,
Когти вонзивши в него и неся его в тучах высоких.
205. Жалко пищал соловей, пронзенный кривыми когтями,
Тот же властительно с речью такою к нему обратился:
«Что ты, несчастный, пищишь? Ведь намного тебя я сильнее,
Как ты ни пой, а тебя унесу я, куда мне угодно.
И пообедать могу я тобой, и пустить на свободу.
210. Разума тот не имеет, кто меряться хочет с сильнейшим:
Не победит он его, – к униженью лишь горе прибавит».
Вот что стремительный ястреб сказал, длиннокрылая птица.
Пер. В. В. Вересаева.
№ 32. ИНДИВИДУАЛЬНОЕ ХОЗЯЙСТВО ГЕСИОДА
(Гесиод, Дела и дни, стр. 298 – 332, 405 – 408, 436 – 438, 441 – 445, 458 – 460, 469 – 471)
В настоящем отрывке описывается хозяйство мелкого собственника – крестьянина, тяжким трудом и бережливостью поддерживающего свое существование. Однако он уже рабовладелец с типичной психологией рабовладельца, стремящегося извлечь выгоду из раба. Начальный период развития рабовладельческого общества выражен в том, что Гесиод полон уважения к труду, без которого невозможно благосостояние человека, а также в том, что хозяин и раб совместно трудятся и выполняют почти одну и ту же работу.
298. Помни всегда о завете моем и усердно работай,
Перс , о потомок бегов, – чтобы голод тебя ненавидел,
300. Чтобы Деметра в прекрасном венке неизменно любила
И наполняла амбары тебе всевозможным припасом.
Голод, тебе говорю я, всегдашний товарищ ленивца.
Боги и люди по праву на тех негодуют, кто праздно
Жизнь проживает, подобно безжалыюму трутню, который,
305. Сам не трудясь, работой питается пчел хлопотливых.
Так полюби же дела свои во – время делать и с рвеньем.
Будут ломиться тогда у тебя от запасов амбары,
Труд человеку стада добывает и всякий достаток.
Если трудиться ты любишь, то будешь гораздо милее
310. Вечным богам, как и людям; бездельники всякому мерзки!
Нет никакого позора в работе: позорно безделье.
Если ты трудишься, – скоро богатым, на зависть ленивцам,
Станешь. А вслед за богатством идут добродетель с почетом.
Хочешь бывалое счастье вернуть, так уж лучше работай,
315. Сердцем к чужому добру перестань безрассудно тянуться
И, как советую я, о своем пропитанье подумай.
Страх нехороший повсюду сопутствует бедному мужу, –
Страх, от которого людям так много вреда, но и пользы.
Страх – удел бедняка, а взоры богатого смелы.
320. Лучше добром благоданным владеть, чем захваченным силой.
Если богатство великое кто иль насильем добудет,
Или разбойным своим языком, – как бывает нередко
С теми людьми, у которых стремлением жадным к корысти
Ум отуманен, и вытеснен стыд из сердца бесстыдством.
325. Боги легко человека такого унизят, разрушат
Дом, – и лишь краткое время он тешиться будет богатством.
То же случится и с тем, кто обидит просящих защиты
Иль чужестранцев, кто к брату на ложе взойдет, чтобы тайно
Совокупиться с женою его, – что весьма непристойно.
330. Кто легкомысленно против сирот погрешит малолетних,
Кто нехорошею бранью отца своего обругает, –
Старца, на грустном пороге стоящего старости тяжкой,
Истинно, вызовет гнев самого он Кропила, и кара
Тяжкая рано иль поздно постигнет его за нечестье.
335. Этого ты избегай безрассудной своею душою!
Жертвы бессмертным богам приноси, сообразно достатку,
Свято и чисто сжигай перед ними блестящие бедра.
Кроме того, возлиянья богам совершай и куренья,
Спать ли идешь, появленье ль священного света встречаешь,
Чтоб к тебе относились они с благосклонной душою,
Чтоб покупал ты участки других, а не твой бы – другие.
Друга зови на пирушку, врага обходи приглашеньем!
Тех, кто с тобою живет по соседству, зови непременно:
Если несчастье случится, – когда еше пояс подвяжет
Свойственник твой. А сосед и без пояса явится тотчас.
Истая язва – сосед нехороший; хороший – находка.
В жизни хороший сосед приятнее почестей всяких.
Если бы не был сосед твой дурен, то и бык не погиб бы!
Точно отмерив, бери у соседа взаймы; отдавая,
350. Меряй такою же мерой, а можешь, – так даже и больше,
Чтобы наверно и впредь получить, коль нужда приключится.
Выгод нечистых беги: нечистая выгода – гибель.
Тех, кто любит, – люби; если кто нападет, – защищайся!
Только дающим давай; ничего не давай не дающим.
355. Всякий дающему даст, не дающему всякий откажет.
Дать – хорошо; но насильно берущего смерть ожидает.
Тот, кто охотно дает, если даже дает он и много, –
Чувствует радость давая, и сердцем своим веселится.
Если же кто своевольно берет, повинуясь бесстыдству, –
360. Пусть и немного он взял, – но печалит нас милое сердце.
Если и малое даже прикладывать к малому будешь,
Скоро большим оно станет; прикладывай только почаще:
Жгучего голода тот избежит, кто копить приучился.
Если что заперто дома, об этом заботы немного.
365. Дома полезнее быть, оставаться снаружи опасно.
Брать – хорошо из того, что имеешь. Но гибель для духа
Рваться к тому, чего нет. Хорошенько подумай об этом!
Пей себе вволю, когда начата иль кончается бочка.
Будь на середке умерен; у дна же смешна бережливость!
370. Другу всегда обеспечена будь договорная плата.
С братом, – и с тем, как бы в шутку, дела при свидетелях делай.
Как подозрительность, так и доверчивость гибель приносит.
Женщин беги вертихвосток, манящих речей их не слушай.
Ум тебе женщина вскружит и живо амбары очистит.
375. Верит, поистине, вору ночному, кто женщине верит!
Единородным да будет твой сын. Тогда сохранится
В целости отческий дом и умножится всяким богатством.
Пусть он умрет стариком, и опять одного лишь оставит.
Впрочем, Крониду легко осчастливить богатством и многих.
380. Больше о многих заботы, однако, и выгоды больше.
Если к богатству в груди твоей сердце стремится, то действуй.
Как говорю я, свершая работу одну за другою…
405. В первую очередь – дом и вол работящий для пашни,
Женщина, чтобы волов подгонять: не жена, – покупная!
Все же орудия в доме да будут в исправности полной,
Чтоб не просить у другого; откажет он, – как обернешься?…
436. Быков же
Девятилетних себе покупай ты, вполне возмужалых:
Сила таких не мала, и всего они лучше в работе…
441. Сорокалетний за ними да следует крепкий работник,
Съевший к обеду четыре куска восьмидольного хлеба,
Чтобы работал усердно и борозду гнал бы прямую,
Вбок на приятелей глаз не косил бы, но душу в работу
445. Вкладывал…
458. Только что время для смертных придет приниматься за вспашку,
Ревностно все за работу берись, – батраки и хозяин
Влажная ль почва, сухая ль, паши, передышки не зная.
469………..Сзади, с мотыгой
Мальчик – невольник пускай затруднение птицам готовит,
Семя землей засыпая.
Пер. В. В. Вересаева.
№ 33. ПЕРВОЕ МАССОВОЕ ПРИМЕНЕНИЕ ТРУДА РАБОВ НА ОСТРОВЕ ХИОСЕ
(Афиней, VI, 265)
Афиней – уроженец г. Навкратиса в Египте – жил в конце II – начале III в. н. э. Автор обширного сочинения «Обед софистов», в котором описывается трапеза у богатого римлянина и разговоры на разные темы во время пиршества. Оно дошло до нас почти полностью, кроме первых книг, которые сохранились в извлечении позднего грамматика. Обладая большой начитанностью, Афиней собрал громадный и ценный материал, преимущественно из несохранившейся до нашего времени литературы. Этим определяется теперь важность его произведения.
Я знаю, что хиосцы первые у эллинов начали пользоваться купленными рабами, как о том рассказывает Феопомп в XVII книге «Историй»: «Хиосцы первые из эллинов (после фессалийцев и лакедемонян) начали пользоваться рабами. Однако способ приобретения рабов был у них не тот, что у тех… Ибо лакедемоняне и фессалийцы обратили в рабство эллинов, раньше населявших страну, которой они теперь обладают, – лакедемоняне ахейцев, фессалийцы перребов и магнетов – и назвали их: первые – илотами, вторые пенестами . Хиосцы же приобретали себе рабов варваров за плату…» Я думаю, что из – за этого на хиосцев разгневалось божество, ибо позднее они вели между собою войны из – за рабов.
(«Античный способ производства в источниках», № 6.)
№ 34. КОЛОНИЗАЦИЯ И РАЗВИТИЕ ХОЗЯЙСТВЕННОЙ ЖИЗНИ
(Фукидид, 1, 124 – 14/1).
Лишь много времени спустя, и то с трудом, Эллада прочно успокоилась, в ней не было больше передвижений, и зллины стали выселять колонии: афиняне заселили тогда Ионию и большинство островов, пелопоннесцы – большую часть Италии , Сицилии и некоторые местности в остальной Элладе. Все эти места были заселены после Троянской войны.
В то время как Эллада становилась могущественнее, богатела еще больше прежнего, в государствах вследствие увеличения их материального достатка большею частью стали возникать тирании (раньше там была наследственная царская власть с определенными привилегиями), эллины начали снаряжать флоты и больше прежнего стремились к обладанию морем. Говорят, коринфяне первые усвоили морское дело ближе всего к теперешнему его образцу, и первые в Элладе триеры сооружены были в Коринфе. Невидимому, и для самосцев коринфский кораблестроитель Аминокл сколотил четыре судна; с того времени как он прибыл к самосцам, до окончания этой войны прешло по меньшей мере триста лет. Древнейшая морская битва, насколько мы знаем, была у коринфян с коркирянами; от этой битвы до того же времени прошло не менее двухсот шестидесяти лет. Коринф расположен на перешейке, и потому с древнейших времен там находился рынок. А так как в старину эллины, жившие в Пелопоннесе и за его пределами, сносились друг с другом больше сухим путем, нежели морем, и сношения эти совершались через Коринф, то коринфяне разбогатели, что видно из древних поэтов: они прозвали Коринф богатым. Когда эллины стали ходить по морям больше, коринфяне, заведя флот, обратились к уничтожению морских разбоев и, представляя для эллинов рынок, усилили свой город притоком богатств в него по обеим путям.
У ионийцев флот появляется гораздо позже, в царствование Кира, первого царя персов, и сына его Камбиса. В войну с Киром ионийиы некоторое время были господами на своем море . Тиран Самоса в царствование Камбиса Поликрат также имел сильный флот, подчинил своей власти различные острова, между прочим, завладел Ренеей , которую посвятил Аполлону Делосскому. Наконец, фокейцы, населяющие Массалию , побеждали в морских сражениях карфагенян. Таковы были наиболее значительные морские силы. Хотя флоты эти oбразовались много поколений спустя после Троянской войны, однако, как и в то время, они заключали в себе, повидимому, мало триер, состоя все из пентеконтер и длинных судов . Незадолго до Персидских войн и смерти Дария, который был царем персов после Камбиса, появилось очень много триер у сицилийских тиранов и у коркирян.
Пер. Ф. Г. Мищенко – С. А. Жебелева.
№ 35. ГРЕКИ В ЕГИПТЕ В ВОЙСКАХ ПСАММЕТИХА I И АМАСИСА II
(Геродот, II, 151 – 154 с пропусками)
Отрывок содержит легенду об объединении Египта под властью Псамметиха I (665 – 611 гг. до н.э.) – первого фараона 26 – й Саисской династии.
151. Двенадцать царей управляли страною (Египтом) справедливо. Однажды при совершении жертвы в храме Гефеста , когда в последний день праздника они должны были совершить возлияние, первосвященник вынес им золотые чаши, из которых обыкновенно совершалось возлияние царями, но ошибся и вынес одиннадцать чаш для двенадцати царей. Таким образом, один из царей, Псамметих, стоявший с краю, не получил чаши; тогда он снял с головы своей медный шлем и подставил его для того, чтобы совершить из него возлияние. Все прочие цари также носили шлемы и тогда были в шлемах. Псамметих подставил свой шлем без всякого злого умысла, но прочие цари обратили внимание на поступок Псамметиха и нашли его отвечающим тому изречению оракула, что тот из них будет единственным царем Египта, который совершит возлияние из медной чаши. Но, припомнивши предсказание оракула, они не нашли нужным лишать жизни Псамметиха, так как по исследовании убедились, что поступок совершен был без всякого умысла. Поэтому они порешили лишить его значительной доли власти и сослать в болота, с воспрещением отлучаться оттуда или вступать в сношения с остальным Египтом.
152. …считая поступок их крайней для себя обидой, Псамметих задумал отмстить своим гонителям. С этой целью он послал в город Буто, где находится правдивейшее египетское прорицалище, спросить оракула Латоны : в ответ получено было изречение, что месть наступит с моря, когда появятся медные люди; он совсем не поверил тому, будто получит помощь от медных людей. Между тем немного спустя ионийцы и карийцы во время разбойнических странствований по морю занесены были в Египет. Они высадились на сушу в медных доспехах, о чем какой – то египтянин, пришедший в болото, и дал знать Псамметиху; никогда раньше он не видел людей в медном вооружении и потому сообщал теперь, что с моря явились медные люди и опустошают равнину. Изгнанник усмотрел в этом исполнение прорицания, оказал ионийцам и карийцам радушный прием и щедрыми обещаниями склонил их остаться у него на службе, а потом при их содействии и вместе с охотниками из египтян свергнул царей с престола.
153. Псамметих таким образом овладел всем Египтом…
154. Пособникам своим, ионийцам и карийцам, Псамметих отвел для поселения земли, лежащие одна против другой и разделенные Нилом, эти участки земли получили название Лагерей. Кроме земли, царь дал им все, что обещал… Ионийцы и карийцы занимали эти земли долгое время; лежат они подле моря немного ниже города Бубастиса, на так называемом Пелусийском устье Нила. Впоследствии царь Амасис переселил их отсюда в Мемфис, образовавши из них стражу для себя против египтян. Благодаря поселению этих отрядов в Египте и сношения с ними эллинов, мы знаем достоверно всё, что делается в Египте со времени царя Псамметиха и позже; это были первые иноязычные поселенцы в Египте. На покинутых местах жительства еще в мое время были следы корабельных стоянок и обломки домов.
Пер. Ф. Г. Мищенко.
№ 36. НАДПИСЬ НА ЛЕВОЙ НОГЕ КОЛОССА РАМСЕСА II В НУБИИ В АБУ – СИМБЕЛЕ
(Michel, № 1315)
Надпись вырезали греческие наемники, которые служили в войсках Псамметиха II во время его похода в Элефантину в начале VI в. до н. э.
Когда царь Псамметих пришел в Элефантину, это написали те, которые плыли с Псамметихом сыном Феокла. Они продвинулись выше Керкия, насколько позволяла река. Иноязычными командовал Потасимто, египтянами – Амасис. Запись о нас сделали Архон сын Амебихо и Пелек сын Худамо.
Пер. А. Я. Гуревича.

№ 37. О ГРЕЧЕСКОЙ КОЛОНИИ НАВКРАТИС
(Геродот, II, 178 – 179)
Амасис любил эллинов, некоторым из них сделал много добра, а переезжающим в Египет отвел для поселения город Навкратис. Если кто из них не думал поселяться в Египте и приезжал туда только по торговым делам, для тех отводились участки земли, где они могли бы поставить жертвенники и храмы своим богам… В древности один только Навкратис был местом торговли для иноземцев, никакого другого порта в Египте не было. Если кто – нибудь заходил в другое из устьев Нила, то он должен был поклясться, что зашел туда невольно и, давши клятву, отплыть на том же самом корабле в Канопское устье; если противные ветры мешали плаванию, то следовало перевезти груз на лодках вокруг Дельты до Навкратиса. Таковы были привилегии Навкратиса.
Пер. Ф. Г. Мищенко.
№ 38. СЛУЖБА ГРЕЧЕСКОГО НАЕМНИКА В ВАВИЛОНЕ
(Алкей, Послание брату)
Алкей жил в первой половине VI в. до н. э. Поэт – аристократ, уроженец о. Лесбоса. Представитель мелической песенной лирики. Отнесен его сохранились лишь отрывки. Стихотворение свое он посвятил брату – наемнику. Отрывок указывает на связи греков даже с Вавилоном, куда пошел служить, очевидно, изгнанный из родного о. Лесбоса, в результате свержения там власти аристократии, брат Алкея.
Из стран далеких
меч ты принес домой,
А рукоять то
кости слоновой вся
В златой оправе.
Знать вавилонянам
Служил ты храбро
с доблестью эллинской
Ты бился на смерть
единоборствуя;
Сразил из царских
телохранителей
Ты великана
чуть ли не в пять локтей.
Пер. В. С. Соколова.
№ 39. КОЛОНИЗАЦИЯ ГРЕКАМИ О. ФАСОСА И ФРАКИЙСКОГО ПОБЕРЕЖЬЯ
(Архилох, Отрывки стихотворений)
Архилох жил в середине VII в. до н. э. Уроженец о. Пароса. Крупнейший ионийский поэт. От произведений его сохранилось немного. Предлагаемые ниже отрывки стихотворений Архилоха рассказывают о начале колонизации о. Фасоса и фракийского побережья Эгейского моря. Классовое расслоение, нужда гонят греков в чужие земли, с жителями которых первые колонисты вступают в тяжелую борьбу.
ЖИЗНЬ КОЛОНИСТА
К вам, измученным нуждою, речь, о граждане, моя. (19)
В остром копье у меня замешан мой хлеб. И в копье же (2)
Из – под Исмара вино. Пью опершись на копье.
ПРЕВРАТНОСТИ БОРЬБЫ ЗА ФРАКИЙСКОЕ ПОБЕРЕЖЬЕ
Носит теперь горделиво саиец мой щит безупречный: (5)
Волей – неволей пришлось бросить его мне в кустах.
Сам я кончины за то избежал. И пускай пропадает
Щит мой. Не хуже ничуть новый смогу я добыть.
ОПИСАНИЕ О. ФАСОСА
… как осла хребет, (25)
Заросший диким лесом, он вздымается.
Невзрачный край, немилый и нерадостный,
Не то, что край, где плещут волны Сириса .
СУДЬБА КОЛОНИСТА – ГРЕКА, ПОПАВШЕГО В ПЛЕН К ФРАКИЙЦАМ (26)
…Бурной носимый волной.
Пускай близ Салмидесса ночью темною
Взяли б фракийцы его
Чубатые, – у них он настрадался бы,
Рабскую пищу едя! –
Пусть взяли бы его, – закоченевшего,
Голого, в травах морских,
А он зубами, как собака, ляскал бы,
Лежа без сил на песке
Ничком, среди прибоя волн бушующих.
Рад бы я был, если б так
Обидчик, клятвы растоптавший, мне предстал, –
Он, мой товарищ былой!
Пер. В. В. Вересаева.
№ 40. КОЛОНИЗАЦИЯ СИЦИЛИИ
(Фукидид, VI, 3 – 5)
Сухой фактический рассказ Фукидида о греческой колонизации Сицилии рисует полную драматизма картину поселения все новых и новых колонистов из Греции: земледельцев, торговцев, политических изгнанников, их борьбу с местным населением и между собой.
Из эллинов первые халкидяне из Эвбеи, под начальством экиста Фукла, основали Накс и поставили алтарь Аполлону Предводителю, находящийся теперь за городом; всякий раз, когда из Сицилии отправляются теоры , они прежде всего приносят жертву на этом алтаре. В следующем году коринфянин Архий, из рода Гераклидов, основал Сиракузы, прежде всего вытеснивши сикулов с той части острова, которая уже не омывается морем со всех сторон и где теперь находится внутренний город; с течением времени и внешний город был обведен стеною, почему и население Сиракуз стало многолюдным. На пятом году после основания Сиракуз халкидяне, с Фуклом во главе, двинувшись из Накса, основали Леонтины, вытеснивши оттуда войною сикулов, а затем Катану; экистом катанцы выбрали из своей среды Еварха. Около того же времени прибывший в Сицилию во главе колонии Ламис из Мегары основал выше реки Пантакия небольшое поселение, по имени Тротил . Потом он вышел оттуда в Леонтины и вместе с халкидянами принимал короткое время участие в управлении Леонтинами: будучи изгнан халкидянами, Ламис основал Фапс и затем погиб, прочие же товарищи его изгнаны были из Фапса, и после того как царь сикулов Гиблон передал им свою область и сам стал во главе их, основали Мегары, прозванные Гиблейскими. Проживши здесь двести сорок пять лет, они были выгнаны из города и области его тираном сиракузским Гелоном. Но еще до изгнания, сто лет спустя после своего поселения в Мегарах, они отправили Паммила и основали Селинунт. Паммил, прибыв к ним из Мегар, их метрополии, принимал участие в основании города. На сорок пятом году по основании Сиракуз Антифем вывел колонистов из Родоса, а Энтим из Крита; общими силами они основали Гелу. Городу дано было название от реки Гелы, а местность, где теперь находится город и которая прежде всего окружена была стеною, называется Линдиями. Городу даны были дорийские установления. Около ста восьми лет спустя после основания своего города жители Гелы основали Акрагант, назвав город по имени реки Акраганта; экистами они назначили Аристоноя и Пистила и дали колонии гелойские установления. Занкла была первоначально основана морскими разбойниками, вышедшими из Кимы, халкидского города в Опикии; впоследствии явились сюда в большом числе поселенцы из Халкиды и остальной Эвбеи и сообща с прежними поселенцами поделили землю. Экистами были Периерес и Кратемен, первый от Кимы, второй от Халкиды. Сначала сикулы назвали город Занклою, потому что местность здесь имеет вид серпа, а серп сикулы называют занклос.
Впоследствии прежние халкидские поселенцы были изгнаны самосцами и другими ионийцами, которые, убегая от персов, пристали к Сицилии. Немного спустя после этого самосцев выгнал из Занклы тиран Регия, Анаксилай, поселив в городе смешанное население и переименовав его в Мессену, по имени своей первоначальной родины. Гимера была основана Занклою под предводительством Евклида, Сима и Сакона; большинство вышедших в колонию были халкидяне, но вместе с ними поселились также сиракузские изгнанники, побежденные противной им партией и именуемые Милетидами. Диалект колонистов был смешанный между халкидским и дорийским, но вошедшие в силу установления в городе были халкидские. Акры и Касмены основаны были сиракузянами, Акры семьдесят лет спустя после основания Сиракуз, а Касмены лет двадцать после Акр. Камарина первоначально основана была также сиракузянами спустя около ста тридцати пяти лет после основания Сиракуз. Экистами были Даскон и Менекол. Вследствие отпадения отсиракузян и возникшей войны камаринцы были изгнаны; впоследствии тиран Гелы Гиппократ взял в качестве выкупа за пленных сиракузских граждан землю камаринцев, сделался сам экистом и снова заселил Камарину. Но жители ее были снова изгнаны Гелоном, и город заселен был в третий раз гелийцами.
Пер. Ф. А. Мищенко – С. Г Жебелева.
№ 41. НАКАЗ ГРЕЧЕСКИМ КОЛОНИСТАМ НАВПАКТА
(Roehl Inscr.gr. ant. 321)
Надпись первой половины V в. до н. э. (ранее 456 г.) найдена в Эанфии (позднее Коркира). Наказ был составлен при отправлении в Навпакт группы жителей из Локров Гипокнемидских в качестве колонистов.
В Навпакт выводится колония на следующих условиях: Жителю Локров Гипокнемидских , ставшему гражданином Навпакта, при посещении им его прежнего города дозволяется пользоваться правом гостеприимства и участвовать в жертвоприношениях как всенародных, так и родовых, буде пожелает: буде пожелает, пусть совершает жертвоприношения и пользуется дарами от народа и от членов его общины, – сам и род его вовеки. Переселенцы из Локров Гипокнемидских пусть не платят подати в Локрах Гипокнемидских, пока снова не станут жителями Локров. Если кто желает вернуться, пусть разрешается ему беспошлинное возвращение, на условии оставления у домашнего очага взрослого сына или брата. Если Локры Гипокнемидские будут изгнаны из Навпакта силой, пусть будет дозволено вернуться каждому к месту его первоначального жительства беспошлинно. Пусть платит подать такую же, как и западные локры.
1) Переселяющиеся в Навпакт пусть принесут клятву не отпадать по своей воле от опунтян ни в каком случае. Да будет дозволено, если пожелают, по истечении тридцати лет после этой присяги, ста гражданам Навпакта от опунтян, а также ста опунтянам от навпактян требовать новой присяги. 2) Всякий колонист, выехавший из Навпакта и не уплативший подати, теряет права гражданства в Локрах, пока не уплатит законного навпактянам. 3) Если в доме кого – нибудь из колонистов Локров Гипокнемидских в Навпакте нет потомка, имеющего право на наследство, наследство пусть получает ближайший родственник из Локров Гипокнемидских, откуда бы он ни был родом, под условием, чтобы он сам, будь он взрослый мужчина или мальчик, явился в Навпакт в течение трех месяцев; в противном же случае пусть вступят в силу навпактские законы. 4) Если кто из Навиакта возвращается на жительство в Локры Гипокнемидские, пусть объявит об этом на площади в Навпакте, а также в области Локров Гипокнемидских в том городе, откуда он родом. 5) Если кто из перкофарийцев или мисахейцев станет жителем Навпакта, то и лично, и в отношении имущества, находящегося в Навпакте, пусть подчиняется навпактским законам, как полагается у каждого в городе Локров Гипокнемидских. Если кто из числа перкофарийцев или мисахейцев отступит от законов колонистов, пусть руководствуется каждый законами своего города. 6) Если у переселившегося в Навпакт окажутся братья, то, согласно существующему в отдельных местах у Локров Гипокнемидских прав, в случае, если какой – либо из братьев умрет, пусть владеет переселившийся наследством, тою частью, которая ему приходится. 7) Колонисты, отправляющиеся в Навпакт, пусть пользуются правом на разбирательство дел в первую очередь у судей – вчинять иски и давать ответ в Опунте, в течение всего года, в тот же день. Из Локров Гипокнемидских пусть поставят покровителя – локра для колониста, а для локра – колониста из тех, кто в течение этого года состоит в должности. 8) Если кто оставит отца и свою долю имущества отцу, то по смерти отца пусть будет позволено взять ее колонисту, поселившемуся в Навпакте. 9) Если кто изменит эти постановления каким – либо образом, если только это не будет одобрено обеими сторонами, собранием тысячи опунтян и собранием колонистов навпактян, тот лишается гражданских прав, а имущество его пусть будет продано с публичного торга. Обвиненному должностное лицо пусть назначит разбирательство дела в течение тридцати дней, если тридцать дней ему еще остается до окончания должностного срока. Если не назначит разбирательства дела обвиненному, пусть будет лишен гражданских прав, и пусть будет продано с публичного торга его имущество, отцовское наследие и рабы. Пусть принесут присягу по закону: при голосовании пусть опускают камешки в урну. И пусть это постановление Локров Гипокнемидских имеет равным образом силу и относительно халеян, поселившихся там с Антифаном во главе .
(«Древний мир в памятниках его письменности», ч. 2 – я, № 17.)
№ 42. НАСТРОЕНИЯ ПРЕДСТАВИТЕЛЯ ПОТЕРПЕВШЕЙ ПОРАЖЕНИЕ АРИСТОКРАТИИ
(Феогнид, отрывки)
Феогнид из Мегары, поэт – аристократ VI в. до н. э. В результате поражений аристократии он был изгнан из родного города и потерял имущество. Он озлоблен, ненавидит демос и – сменившую господство аристократов раннюю тиранию. Отрывки стихов Феогнида отражают остроту социальной борьбы того времени.
БОЯЗНЬ ТИРАНИИ
39. Город беременен наш, но боюсь я, чтоб им порожденный,
Муж дерзновенный не стал грозных восстаний вождем.
Благоразумны пока еще граждане эти, но очень
Близки к тому их вожди, чтобы в разнузданность впасть.
ПОРАЖЕНИЕ АРИСТОКРАТИИ
833. К гибели, к воронам все наше дело идет! Но пред нами,
Кирн , из блаженных богов здесь не виновен никто:
В бедствия нас из великого счастья повергли – насилье,
Низкая жадность людей, гордость надменная их.
847. Крепко пятою топчи пустодушный народ, беспощадно
Острою палкой коли, тяжким ярмом придави!
Верно, народа с подобной любовью к тиранам ни разу
Не доводилось еще солнцу видать на земле.
53. Город наш все еще город, о, Кирн, но уж люди другие.
Кто ни законов досель, ни правосудья не знал,
Кто одевал себе тело изношенным мехом козлиным
И за стеной городской пасся, как дикий олень, –
Сделался знатным отныне. А люди, что знатными были,
Низкими стали. Ну, кто б все это вытерпеть мог?
Лжет гражданин гражданину, и все друг над другом смеются,
60. Знаться не хочет никто с мненьем ни добрых, ни злых.
Кирн, не завязывай искренней дружбы ни с кем из тех граждан,
Сколько бы выгод тебе этот союз ни сулил.
РОСТ ДЕНЕЖНОГО ХОЗЯЙСТВА. УПАДОК РОДОВОЙ ЗНАТИ
183. Кирн! Выбираем себе лошадей мы, ослов и баранов
Доброй породы, следим, чтоб давали приплод
Лучшие пары. А замуж ничуть не колеблется лучший
Низкую женщину брать, – только б с деньгами была!
Женщина также охотно выходит за низкого мужа –
Был бы богат! Для нее это важнее всего.
Деньги в почете всеобщем. Богатство смешало породы
190. Знатные, низкие, – все женятся между собой.
Полипаид, не дивись же тому, что порода сограждан
Все ухудшается: кровь перемешалася в ней.
Знает и сам, что из рода плохого она, и однако,
Льстясь на богатство ее, в дом ее вводит к себе, –
195. Низкую знатный. К тому принуждаются люди могучей
Необходимостью: дух всем усмиряет она.
1117. Всех ты божеств, о, Богатство, желаннее, всех ты прекрасней
Как бы кто ни был дурен, будет с тобою хорош!
ЗАХВАТ ЗЕМЕЛЬ ЗНАТИ
581. Мне ненавистны жена – непоседа и муж ненасытный,
Любящий плугом своим пашню чужую пахать.
289. Ныне несчастия добрых становятся благом для низких
Граждан: законы теперь странные всюду царят:
Совести в душах людей не ищи; лишь бесстыдство и наглость,
Правду победно поправ, всею владеют землей.
Пер. В. В. Вересаева.
№ 43. ХАРАКТЕР РАННЕЙ ТИРАНИИ
(Аристотель, Политика, V, 9, 19 – 22)
Так как в состав государства входят два элемента – класс людей неимущих и класс людей состоятельных, то тиран должен внушить и тем и другим, что их благополучие опирается на его власть и [устроить дело так], чтобы одни от других ни в чем не терпели обиды. А тех из них, которые окажутся сильнее, он преимущественно должен заинтересовать в поддержании его власти. И если тирану удастся достигнуть этого, ему не придется ни отпускать рабов на волю, ни разоружать граждан: привлечение одного из упомянутых классов на сторону власти [тирана] достаточно, чтобы всякого рода покушения на нее потерпели неудачу. Было бы излишне распространяться детально обо всем этом. Цель всех этих мероприятий ясна: тиран в глазах своих подданных должен быть не тираном, а домоправителем и царем, не узурпатором, но опекуном; тиран должен вести скромный образ жизни, не позволять себе излишеств, знатных привлекать на свою сторону своим обхождением, а большинством руководить при помощи демагогических приемов.
Неизбежным следствием этого является не только то, что правление тирана будет более прекрасным и завидным, что он будет властвовать над лучшими, а не угнетаемыми, что он не будет никогда возбуждать ненависти и вселять страха, но и то, что власть тирана станет долговечнее и, наконец, что сам тиран, в своем нравственном облике, предстанет или человеком абсолютно склонным к добродетели, или стоящим на полдороге к ней, человеком не негодным, а негодным только наполовину.
И все – таки олигархия и тирания более кратковременные формы государственного строя . Дольше всего продолжалась тирания в Сикионе , тирания самого Орфагора и его потомков, именно сто лет. Объясняется это тем, что сикионские тираны обращались с подданными кротко, во многом рабски следовали постановлениям законов, далее тем, что к Клисфену , оказавшемуся человеком воинственным, не относились с презрением и, наконец тем, что тираны сикионские своими заботами о народе во многих отношениях расположили его в свою пользу. По преданию, Клисфен увенчал венком того судью, который отказался признать его победителем на состязании, а некоторые прибавляют даже, будто на сикионской площади стояла статуя этого судьи, изображавшая его сидящим… На втором месте по продолжительности стоит тирания Кипселидов в Коринфе: она продолжалась 73 года 6 месяцев. Кипсел был тираном 30 лет, Периандр 40 1/2, Псамметих , сын Торга, 3 года. Те же самые причины повели к продолжительной тирании и Кипселидов, что и Орфагоридов. Кипсел в сущности был демагог, прожил все свое правление без стражи, Периандр же, хотя и был настоящим тираном, но зато человеком воинственным.
Пер. С. А. Жебелева
№ 44. ГОРТИНСКИЕ ЗАКОНЫ
Большая надпись, найденная в 1884 – 1885 гг. на месте древнего города Гортины на острове Крите, состоит из 12 столбцов и содержит до 17 тыс. букв. Она была высечена на внутренней стене круглого здания, где, вероятно, происходили заседания суда. Это самый большой древнегреческий законодательный текст, сохранившийся до нашего времени. В своей основной части надпись относится к VI – V вв. до н. э., но включает законы гораздо более раннего времени. Законодательство отражает архаический быт Гортины: сравнительно примитивный уровень рабовладельческих отношений, значительные пережитки родового строя. Полезно сопоставить социальные отношения Гортины со спартанскими. Ниже приводится текст законов с небольшими пропусками.
ПРАВО НАД ЛИЧНОСТЬЮ ЧЕЛОВЕКА
(I, I – II, 2)
Боги! Кто возымеет намерение спорить из – за владения свободным или рабом, пусть до суда не уводит; а ежели уведет, пусть судья присудит его засвободного к уплате 10 статеров , за раба – 5 статеров, за то, что уводит, и пусть присудит, чтобы освободил в течение 3 дней. Если же не освободит, пусть присудит за свободного к штрафу в статер, за раба в драхму за каждый день, пока не освободит; относительно же срока пусть решает судья, принимая присягу.
А если он станет отрицать, что увел, пусть судья, принимая присягу, разбирает дело в случае, если не даст показаний свидетель. Если же один будет спорить, что это свободный, а другой что это раб, тогда пусть преимущество будет за теми, которые будут утверждать, что это свободный. Если же станут спорить из – за раба двое, утверждая каждый, что это его раб, и если даст показания свидетель, то судить согласно с показанием свидетеля; когда же или за обоих будут показывать свидетели, или ни за того, ни за другого, тогда пусть судит судья под присягой. Если же проиграет дело тот, кто владеет, пусть свободного отпустит в течение 5 дней, а раба передаст из рук в руки. Если же не отпустит или не отдаст, пусть присудит судья, чтобы он уплатил за свободного 50 статеров и по статеру за каждый день, пока не отпустит, а за раба 10 статеров и по драхме за каждый день, пока не отдаст его в руки. Если же судья присудит, то взыскать в течение года тройную стоимость или менее, но не больше; относительно срока пусть решает судья под присягой. Если же раб, из – за которого он проиграет дело, воспользуется правом убежища в храме, то пусть он (ответчик) призывает его в присутствии двух свидетелей – совершеннолетних свободных людей и объявит перед храмом, где он будет укрываться, или сам, или вместо него кто – нибудь другой. Если же не позовет или не объявит, пусть внесет вышеозначенную сумму. Если же и самого его не отдаст в течение года, то пусть, кроме того, внесет полную стоимость его. Если же раб умрет во время процесса, то ответчик внесет полную стоимость его. Если же уведет лицо, состоящее в должности косма , или кто другой у косма, пусть вчинят иск, когда он сложит с себя полномочия, и если он проиграет дело, пусть внесет вышеозначенную сумму с того дня, как увел.
А кто уведет осужденного и отданного под залог, тот пусть остается безнаказанным.
РАЗДЕЛ ИМУЩЕСТВА В СЛУЧАЕ РАЗВОДА ИЛИ СМЕРТИ ОДНОГО ИЗ СУПРУГОВ
(II, 45 – III, 44)
Если муж и жена станут разводиться, то пусть она владеет своим имуществом, с которым пришла к мужу, и половиной дохода, если таковой будет с ее собственного имущества, и половиной всего, что она напрядет, что бы это ни было, и пятью статерами, если муж будет повинен в ее одиночестве. Если же муж станет утверждать, что он не виновен в этом, то пусть судья решает, принимая присягу.
Если же она унесет что – нибудь другое у мужа, она уплатит 5 статеров, а также пусть возвратит и самую вещь, которую унесет или похитит. А если в чем она станет упираться, пусть определит судья, чтобы жена поклялась Артемидой, что у Амикл , призывая богиню, носящую лук. Если же кто похитит для нее что – нибудь после принесения ею клятвы, пусть уплатит 5 статеров и возвратит самую вещь. Если же кто – нибудь посторонний будет помогать унести, он уплатит 10 статеров, а самую вещь вдвойне, буде судья под клятвой признает, что он помог унести ее.
Если муж умрет, оставив детей, то жена, если пожелает, пусть выходит замуж, взяв свое собственное имущество и то, что подарит ей муж, согласно с предписаниями закона перед тремя свидетелями совершеннолетними и свободными. Если же она унесет что – нибудь из имущества детей, то пусть подлежит суду.
А если жена умрет бездетной, пусть отдадут ее собственное имущество законным наследникам и половину того, что она напряла, и половину дохода, если таковой будет с ее собственного имущества.
Если жена деревенского раба , живущего своим домом, разойдется с ним при жизни его или овдовеет вследствие его смерти, пусть она возьмет свое собственное имущество. Если же унесет что – нибудь другое, пусть подлежит суду.

Pages: 1 2

Did you enjoy this post? Why not leave a comment below and continue the conversation, or subscribe to my feed and get articles like this delivered automatically to your feed reader.

Comments

Еще нет комментариев.

Извините, комментирование на данный момент закрыто.