Азбука православного вероучения (Знаменский)

Г.А. ЗНАМЕНСКИЙ. АЗБУКА ПРАВОСЛАВНОГО ВЕРОУЧЕНИЯ
По материалам статей проф. Г. А. Знаменского, опубликованных в православной периодике в 60-х годах, Джорданвилль, Нью-Йорк.
О БОГЕ В САМОМ СЕБЕ, КАК ЕДИНОМ ПО СУЩЕСТВУ
Обращаясь к разбору первого догмата о Боге в Самом Себе, скажем несколько слов о границах или степени, возможного для человека познания Бога.
Послушаем, что сама Церковь говорит о границах нашего познания Бога.
Полное познание Бога невозможно. Частичное же познание Бога постольку, поскольку Он Сам Себя открыл человеку, не только возможно, но и должно. Да оно и понятно. Если мы не можем понять вполне совершенно близкого человека, то как же мы можем охватить своим малым, ограниченным умом Бесконечное, Абсолютное Начало, то есть Бога в Самом Себе, в Его исключительной Божественной Сущности?
Истина непостижимости Сущности Божества во всей полноте подтверждается многочисленнейшими свидетельствами Слова Божия. Через весь Ветхий и Новый Завет, золотою нитью проходит предупреждение горделивому уму человеческому, что полное познание Бога только у Самого Бога, ибо Бог «во свете живый неприступнем, Егоже никтоже видел есть от человек, ниже видети может», – как говорит ал. Павел в 1-м послании к Тимофею (6:16).
Отцы Церкви на основании здравого смысла доказывали непостижимость Божественной Сущности. Как глаза наши не могут выдержать солнечного света, так и ум наш не может узреть Лицо Божие и живым остаться. Наше ограниченное духовное око, да еще омраченное грехом, не может вполне воспринимать лучи Божественного Света, исходящего от Его Божественной Сущности. Да если бы Бог был постигнут конечным существом, то Он уже не был бы Бесконечным, и человеческий ум устремился бы вдаль, ища Бесконечное, Абсолютное, которое только и есть Истинное Божество. Отсюда отцы Церкви и называют Бога неизглаголанным, неизреченным, неописуемым, а Св. Писание дает Ему разные имена: Иегова (Сущий), Елогим (Сильный), Аданаи (Владыка), Шадан (Крепкий, Всемогущий). Ни в одном, самом богатейшем языке мира нет такого слова, чтобы им, одним этим словом, можно бы было определить Сущность Божества, Его Божественную Природу. И вот эта-то безыменность Бога и служит причиной многоименности Бога.
Однако если бы частичное познание Бога было бы для нас невозможно, то суетна была бы и проповедь Евангельская, и для нас открывался бы путь к безбожию. «Для нашего блага и спасения довольно того, если мы знаем Бога Единого, Сущего, Вечного», – говорит Св. Кирилл Иерусалимский. Удивительно точное определение границ познания Бога человеком дает апостол Павел.
Невидимого Бога мы видим «якоже зерцалом в гадании». Что это значит? Бога мы видим, как в зеркале, то есть Его отражение в зеркале созданного Им мира, а не лицом к лицу, как мы видим другие предметы. Но в зеркале все-таки можно узнать предмет, а Бога мы видим хотя и в зеркале, но в «гадании», то есть неясно, в виде загадки, которую надо еще разгадывать. Отсюда, говорит ал. Павел, наше познание Бога частичное, несовершенное. В познании Бога мы «верою ходим, а не видением» (1Кор. 13:12 и 2Кор. 5:7).
Непостижимый по Существу Своему Бог Сам благоволил открыть Себя в созданном Им мире, в котором так ярко отражена «присносущная сила Его и Божество» (Рим. 1:20).
Особенно же ясно открыл Себя Бог в сверхъестественном Откровении Ветхого и Нового Завета. Едва ли не самым кратким выражением сути познания Бога в Самом Себе являются слова св. Афанасия Великого: «Вера кафолическая (Вселенская) сия есть: да Единаго Бога в Троице и Троицу в Единице почитаем, ниже сливающе Ипостаси, ниже Существо разделяюще». Или короче, как сказано в «Православном исповедании»: «Бог есть Един в Существе и Троичен в Лицах».
Таким образом, учение о Боге в Самом Себе распадается на два частных догмата:
1) О Боге, Едином в Существе,
2) о Боге, Троичном в Лицах.
Сосредоточимся же в этой статье на учении о Единстве Божием.
Бог Един, но не в том смысле, как каждая вещь в ряду других вещей одного рода; Ведь в таком смысле каждый языческий бог мог бы быть назван единым. Единство же Истинного Бога точнее означает Единственность!
Когда мы говорим, что Восточная Церковь верует во Единого Бога, Отца, Вседержителя, то надобно разуметь здесь, что Он именуется Единым не по числу, но всецело: Unum non numero dici, sed Universitate, – как говорит св. Климент Александрийский. Нет другого Бога: ни равного, ни высшего, ни низшего, а есть – Единственный Бог.
И если на заре человечества, в младенческий период развития ума человеческого, люди считали приемлемым для себя верить во многих богов, то в сверхъестественном учении уже Ветхого Завета ярко подчеркивалось Единство Божие. Когда евреи впадали в идолопоклонство, Бог а напоминал им о Своем Единстве: «Кроме Меня, нетъ Бога».
Даже закоренелые многобожники-язычники, сами того не замечая, сохранили в своих верованиях мысль о Едином Высшем Существе, считая всех своих богов низшими и подчиняя их Высшему Неведомому Богу.
Св. ал. Павел свою знаменитую речь в афинском ареопаге начал повествованием о том, как он, проходя по городу, среди многочисленных идолов заметил жертвенник Неведомому Богу. «Сего то. Которого вы, не зная, чтите я проповедую вам» (Деян. 17:23).
Рассматривая видимый мир, отцы церкви и в самом устройстве мира видели отражение Единого Творца, ибо мир тоже един. В устройстве всех его частей, больших и малых, замечается единство и гармония, где все течет по определенным законам, стремится к определенным целям, одно поддерживается другим и все содействует благу и порядку целого, а это и свидетельствует о Единстве его Строителя и Управителя.
В наши дни сознание и разум истинно культурного человека настолько развиты, что Первопричину всего существующего, т. е. Бога мы представляем не иначе, как только Единым или, точнее, Единственным.
О БОГЕ, ТРОИЧНОМ В ЛИЦАХ
Христианское учение о Боге в Самом Себе далеко не исчерпывается учением о Боге, Едином по Существу. До понимания Единственности Бога доходили выдающиеся мыслители глубокой, дохристианской древности; в Единого Бога веруют иудеи, магометане, многие философские системы и все инословные, а не только православные, христиане. Из Сверхъестественного Откровения мы более подробно узнаем о жизни Бога в Самом Себе. Нам открывается совершенно не постижимый нашей логикой догмат о Пресвятой Животворящей и Нераздельной Троице. Исключить догмат христианского учения о Боге, Троичном в Лицах, это все равно что выкачать всю кровь из человеческого организма и превратить его в бездыханное тело. Учение о Троичности Лиц в Боге – это самый коренной догмат подлинного и полноценного Вселенского Христианства. Тайна Пресвятой Троицы – это сердце всей христианской догматики; это основа домостроительства спасения рода человеческого. Если догматы о Воплощении Сына Божия ал. Павел называет великой тайной (1Тим. 3:16), то догматы о Троичности Лиц в Боге есть таинство из всех таинств. И страшно становится за тех, кто, считая себя христианами, отрицают догматы о Троичности Лиц в Боге, а нас, верующих, называют идолопоклонниками.
Учение о Пресвятой Троице – это исключительно христианский догмат, додуматься до которого никогда не могла ни одна философская система, ни одна религия в мире. Не служит ли это неоспоримым доказательством, что христианская религия не есть результат собственного философского мышления. Это религия сверхъестественного происхождения. Только Сам Бог мог открыть эту непостижимую, но действительную, истину о Себе Самом в Его исключительной Божественной жизни. В самом деле, разве человек мог выдумать то, что он не может обнять своим разумом: что в Одном Боге Три Лица. Причем каждое Лицо есть Бог: и Отец есть Бог, и Сын есть Бог, и Дух Святой есть Бог. Однако не три Бога, но Един. Много усилий было сделано горделивым умом человека, чтобы проникнуть в постижение тайны Пресвятой Троицы, но все эти попытки, по словам Блаженного Августина, напоминают наивную попытку ребенка, захотевшего однажды «банкой вычерпать море и вылить его на сушу». Нет, не вычерпать тебе, гордый человек, своим ограниченным умом бездну неисчерпаемой Премудрости Божией!
Мы не удивляемся, когда этот догмат отрицают рационалисты и вольнодумцы, базирующиеся только на своем естественном логическом мышлении, не признавая при этом никакого Божественного авторитета в Священником Писании. Но нам совершенно непонятно, почему некоторые инославные христиане, признающие Богооткровенное происхождение Библии, отрицают догмат Троичности Лиц в Боге, несмотря на многочисленные свидетельства Слова Божия о тайне Пресвятой Троицы?
Правда, учение о Троичности Лиц Божества, открытое со всей ясностью и определенностью в Новом Завете, несколько прикровенно открыто в Ветхом Завете. Не имея права проникать в тайны Бога и планы Его бесконечной Премудрости, отцы церкви высказывали свои предположения о возможных причинах такой прикровенности. Господь, говорят св. отцы, постепенно подготовлял ограниченный, поврежденный грехом ум человеческий к посильному познанию Бога в Самом Себе. Открытое учение о Троичности Лиц в Боге могло быть истолковано в пользу многобожия, к которому были склонны не только язычники, но и иудеи, не раз впадавшие в идолопоклонство даже при всей ясности открытого им учения о Единстве Бога. «Небезопасно было, прежде нежели было исповедано Божество Отца, ясно проповедовать Сына, и прежде нежели признан Сын (выражаясь смело) отягчать нас проповедью о Духе Святом», – рассуждал Григорий Богослов. Весьма знаменательно, что в самые важные моменты Библейской истории мы находим и в Ветхом Завете ясное указание на Троичность Лиц в Едином по Существу Боге. Пред сотворением человека происходит совет во Святой Троице: «И сказал Бог: сотворим (множ. число) человека по образу Нашему и по подобию Нашему», «и сотворил (ед. число) Бог человека по образу Своему» (Быт. 1:26-27).
Перед смешением языков и рассеянием людей после столпотворения Вавилонского, читаем: «сойдем же и смешаем там язык их», а дальше читаем: «смешал Господь язык всей земли» (Быт. 11:7-8). Таким образом, к Кому относится сотворим, смешаем, к Тому относится сотворил и смешал. «Видите ли, – спрашивает Блаженный Августин, – Авраам увидел трех, а поклоняется Единому? Узрев трех, он уразумел таинство Св. Троицы, а поклоняясь Единому, он (Авраам) исповедал Единого Бога в Трех Лицах».
Уже в Ветхом Завете говорится и о Личных свойствах Пресвятой Троицы: «Господь рече ко Мне: Сын Мой еси Ты, Аз днесь родих Тя» (Пс. 2:7); «Рече Господь Господеви моему: седи одесную Мене» (Пс. 109:1); «И почиет на Нем (Мессии) Дух Господень, дух премудрости и разума» (Ис. 11:2-3).
Что же касается Нового Завета, то в нем дано такое множество свидетельств о Троичности Лиц в Боге, что одно только перечисление цитат далеко выйдет за пределы этой статьи. Спаситель отправляет на проповедь Своих учеников, чтобы они научили «все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святаго Духа» (Мф. 28:19). Св. Иоанн Богослов со всей ясностью подчеркивает троичность Лиц Божества при Единстве их Сущности: «Ибо три свидетельствуют на небе: Отец, Слово и Святый Дух; и сии три суть едино» (1Ин. 5:7).
Глубоко заблуждаются вольнодумцы, дерзающие утверждать, будто древняя Церковь Христова до четвертого века не знала догмата о Троичности Лиц в Боге. Плохо знают они историю Церкви! Учение о Троичности Лиц в Боге единогласно подтверждается отцами и учителями первого века (апостолы, Климент Римский, Игнатий Богоносец), второго века (Иустиниан Мученик, Афинагор), конца второго и начала третьего века (Климент Александрийский) и третьего века (Ориген). Кроме того, в сохранившихся актах мучеников запечатлено их предсмертное исповедание Пресвятой Троицы.
В древнейших символах веры (Иерусалимском, Римском, Кесарийском), в символах Афанасия Великого мы находим точнейшее изложение этого труднейшего догмата Церкви о Троичности Лиц в Боге.
Преклоняясь пред непостижимым, но ясно открытым человеку догматом Троичности Лиц в Боге, мы позволяем себе думать, но не утверждать, что Богу угодно было открыть человеку этот догмат, дабы помочь ему иметь хотя бы самое слабое представление о жизни Бога в Самом Себе. В этом догмате, мы узнаем, что у Личного, Сознательного и Любвеобильного Бога есть Своя, исключительно Божественная жизнь вне отношения Его к созданному миру. Неведомая для нас вся полнота внутренней жизни Бога в Его триипостасном Существе постигается нами в этом догмате как совершенная, неисчерпаемая Божественная Любовь, проявляющаяся в вечном рождении Сына от Отца и в вечном исхождении Духа Святого от Отца. Через тайну Троичности становится нам более понятной и тайна воплощения Сына Божия и сошествия Св. Духа на апостолов. Получается законченное, стройное мировоззрение, какового не найти ни в одной религии. Тайна Троичности как бы говорит человеку, что Бог – это не бездушный, безличный и равнодушный слепой; не «некто в сером», как утверждают некоторые умники, то есть не холодное начало, равнодушно смотрящее на мир и с каменным спокойствием произносящее: «Тише, человек родился». И с тем же равнодушием: «Тише, человек умер» («Жизнь Человека» Л. Андреева). Нет и нет, заблуждаетесь вы, положившиеся всецело на свой горделивый ум и дошедшие до геркулесовых столбов в своем умствовании!
Через тайну Троичности раскрывается, что Бог есть Любовь. Эта Любовь Божия проявилась не только в творении и промышлении о Мире: но в своей совершеннейшей, безграничной полноте она вечно пребывает в самом лоне Божества. В Боге от вечности была жизнь неисчерпаемой любви, вечное общение святой любви Отца, Сына и Св. Духа. Только тайна Св. Троичности, не посвящая нас во всю глубину необъятного для человеческого ума Существа Божия, никогда не оставалась без проявления, никогда не была себялюбием, указывая на вечное Божественное общение Лиц Св. Троицы».
О, как мы должны радоваться, что Господь открыл нам этот догмат! Какой ослепительной красотой и мудрым проникновением в эту тайну Троичности звучат поэтические слова песнопения: «Светлеется Троическим Единством Священнотайне!»
Христианский Бог Един, точнее, Единственный во Вселенной; но не одинок! 0тца и Сына и Святого Духа, Троицу Единосущную и Нераздельную прославляет Вселенская Христова Церковь! Крепко держись за эту нерушимую скалу, за это сокровище отцов твоих, указующее Тебе, родной изгнанник, путь не только личного спасения, но и духовного воскресения распятой Родины! Не обольщайся ложью! Видехом Свет истинный, прияхом Духа Небеснаго, обретохом веру истинную, Нераздельной Троице покланяемся: Та бо спасла историческую Русь, спасет и нас.
О ТВОРЕНИИ НЕВИДИМОГО ИЛИ АНГЕЛЬСКОГО МИРА
Единый Триипостасный Бог, обладая абсолютной полнотой всех совершенных качеств для вечной славы и блаженства в Своей исключительно Божественной жизни, мог и не создавать мир и человека. Но, будучи бесконечно благим и любвеобильным, Бог по Своему свободному изволению восхотел вызвать из небытия в бытие всю Вселенную, то есть силою Своего всемогущего слова (да будет!) создал из ничего мир и человека и с тех пор непрестанно промышляет о Своем творении.
Прежде всего Своей Божественной мыслью Бог создал из ничего мир невидимый, силы небесные, постоянных песнопевцев Его Божественной славы. Этот, так называемый, умный мир, ангельский, по данной ему благодати всегда и во всем предан Божественной воле. Самое имя – ангел – по учению Церкви – указывает не на природу, а на должность этих посланников Божиих, а посему в этом смысле имя ангела в Св. Писании усвояется не только ангелами в точном и собственном смысле этого слова, но и разными посланниками Иеговы из людей. Сам Мессия иногда называется Ангелом Завета. В Новом Завете Иоанн Предтеча называется ангелом. Но в строгом смысле ангелы суть разумные, духовные существа, отличные от Бога и от человека и при том существа действительные, а не воображаемые. По природе своей ангелы суть духи, но ограниченные. Существовало частное мнение среди учителей Древней Церкви (Иустин Мученик, Ориген), что у ангелов есть тело – особое, тончайшее, эфирное или огненное; но это мнение не было принято всей Церковью. Если ангелы и являются иногда в чувственных или телесных образах людям, то этот образ принимают они для явления человеку. То же самое можно сказать и о языке (речи) небесных посланников, то есть не приличествует понимать грубо, буквально и вещественно. В этом смысле понимает Св. Церковь и слова ал. Павла: «Аще языки человеческими глаголю и ангельскими» (1Кор. 13:1). Бесплотный мир ангельский представляется в Св. Писании необычайно великим по числу. Ветхозаветный Тайнозритель созерцал, как «тысяща тысящ» служила Сидящему на престоле и как «тьмы тем предстояли Ему» (Дан. 7:10). Новозаветный Тайнозритель видел окрест Престола Божия «тьмы тем и тысячи тысяч» (Апок. 5:11). Однако в этом многочисленном мире ангельском существуют подразделения или степени. Деление ангелов на девять ликов Св. Церковь основывает на том, что все эти имена упоминаются в Св. Писании. И у св. Дионисия Ареопагита, и в постановлениях апостольских, и у св. отцов Церкви (Игнатия Богоносца, Григория Богослова, Иоанна Златоустого), и в Св. Писании св. Церковь находит основание разделять весь невидимый или Умный мир на девять ликов, с подразделением их на три чина, по три лика в каждом, а именно: первый чин, как самый близкий к Богу: престолы, херувимы, серафимы; второй чин: власти, господства, силы; третий чин: архангелы, ангелы, начала.
Сотворив мир невидимый, Господь из ничего создал потом мир видимый или вещественный и, наконец, человека. Этот венец творения, как состоящий из невидимой разумной души и вещественного тела, часто называемый малым миром, носит в себе образ видимого и невидимого мира.
Основанное на Божественном Откровении православное учение о происхождении всего, существующего вне Бога, из ничтожества или из совершенного небытия творческим актом Всемогущего Бога, трудно было понять мудрым мира сего. И древние, и новые мудрецы впадали в глубокие заблуждения в своем учении о происхождении мира. Одни из них (Гераклит, Ксенофан, Аристотель) признавали, что мир вечен, другие (индийские философы и неоплатоники) учили об истечении мира из Бога; третьи (Демокрит, Эпикур) верили, что мир образовался сам собой, в силу какого-то слепого случая, из вечного хаоса, т. е. из якобы вечно существующей массы атомов; четвертые (Анаксагор, Зенон, Платон, Сенека), утверждали, что Бог создал мир из совечной Ему материи. Никто из них не мог возвыситься до понятия о сотворении мира из ничего силой Всемогущего Бога, как Первопричины всего существующего. Появлялись и во времена христианские такие вольнодумцы, которые своими, более чем странными и невероятными, объяснениями происхождения мира даже перещеголяли древнеязыческих мудрецов. В своем мудрствовании лукавом некоторые (например, Керинф) договорились до того, что стали учить о сотворении вещественного или внешнего мира ангелами из вечной материи и без ведома Бога. Еретики манихеи и офиты додумались до сотворения мира злым началом – диаволом. В средние века павлиане и богомилы учили, что мир создан диаволом или сатанаилом. Учение о вечной материи, из которой произошел мир (пантеизм) и учение об истечении или развитии мира из Бога (эманация мира) были осуждены Православной Церковью на основании не только Божественного Откровения, но и здравого смысла.
Идеи вечности Бога и временности мира, сотворения мира из ничего или чистого творения истинно культурные люди в наши дни постигают не только чувством, но и логикой, на которую любят ссылаться мудрецы и премудрые мира сего. Именно эта логика вдумчивого размышления никак не позволяет нам объяснять происхождение мира силой слепого случая, без всякой причины. Все в мире имеет свою причину. Бесконечный и безначальный ряд причин немыслим, как немыслим поток без начала. Вот разум-то наш не слепо, не интуитивно только, а и логически, без всяких скачков, честно и до конца размышляя, и доходит до признания такой Первопричины мира, Которая, не будучи следствием другой причины, в Себе заключает и Свою причину всего существующего. Вот это-то Премирное, Высочайшее и Абсолютное Существо и есть Истинный Бог и Творец мира. Что легче для нас: приписать всю красоту, порядок и гармонию в мире Высшей Разумной Первопричине или же слепому случаю сцепления атомов? Что легче и успокоительнее допустить: вечность Разумной Первопричины, или вечность атомов, в силу какой-то неизвестной причины когда-то пришедших в движение? Конечно, о вкусах не спорят. Пусть сторонники Канто-Лапласовской теории утешают себя тем, что « уплотнившиеся центры от неизвестного толчка (слышите? от неизвестного!) пришли в вихреобразное вращение и… образовали мир». Пусть успокаивают они свою любознательность «вечно существующей раскаленной туманностью», откуда «пошла вся вселенная», а мы, преклоняясь пред Высшей Разумной Первопричиной всей вселенной, будем радостно прославлять Присносущную Силу Его и Божество.
Нет, нам не по дороге с теми, кто уподобляет всю вселенную большому кораблю, неизвестно куда плывущему без разумного кормчего. Нам понятны и дороги те философы и ученые, которые с незапамятных времен выстрадали долгими размышлениями, во смирении, а не в гордыне своей, логическую необходимость признания Разумно-Самобытной Первопричины всего существующего, независимо от того, как называть эту Первопричину: Премудрым Разумом, как учил в Vв. до Р. X. Анаксагор; Благим Разумом (Платон), Премудрым Архитектором (Аристотель), Верховным Законодателем совести и Судией (Кант); Высочайшим Разумом (Шеллинг), Премудрой Единой Волей (Лотце) и так далее без конца. Не закружилась голова от гордыни и у великих людей науки, ибо «гордость, – по словам Амиеля, – есть граница ума». В истинном же гении с умом уживается и смирение. Не отказались от Бога ни Галилей, ни Коперник, ни Ньютон.
Напрасно сомневающиеся в бытии Божием безбожники ждут, пока наука скажет им окончательно: есть Бог или Его нет. Науки естественные и прикладные не занимаются вопросами о Боге. Это не их специальность. В личной же своей жизни ученые так или иначе разрешают для себя этот вопрос, пользуясь здравым смыслом, красотами Божьего мира и теми выводами, которые были сделаны философами и богословами во дни расцвета богословской мысли и философии. Как известно, науки прикладные и естественные все внимание уделяют изучению уже существующего, окружающего нас мира и тех законов, которым этот мир и жизнь в нем подчиняется. Если нас, людей верующих, интересует вопрос, как образовался мир, то науку интересует как лучше назвать, определить первобытную мировую материю или энергию, каким законам подчиняется эта материя или энергия. Именно логика и только одна логика неумолимо требует и от ученых, когда они начинают углубляться в богословско-религиозные, далеко не чуждые им, размышления, что Первопричина мира есть Премудрое Начало, Личное и Сознательное. Только тогда все в мире становится понятным и объяснимым. Ошибаются пантеисты, хотя и признающие Первопричину (Бога) в мире, но утверждающие, что эта Первопричина творила бессознательно. К такому заключению пришли пантеисты-пессимисты – Гартман и Шопенгауэр. Эти и им подобные философы говорят, что Первопричина могла бессознательно проявлять целесообразные силы в устройстве вселенной так же, как животные бессознательно выполняют целый ряд целесообразных функций. Но для здравого смысла естественнее допустить, что природа потому и действует целесообразно, хотя и бессознательно, что своим устройством, с неумолимыми, вложенными в нее законами, она обязана Сознательной Сущности. Гораздо было бы логичней между Богом и природой провести ту же параллель, то же взаимоотношение, которое существует между человеком и созданной им бессознательной, но целесообразно работающей машиной. Если же разумно и логично признать существование личного Сознательного Бога, то вполне логично допустить и целесообразность Сверхъестественного Божественного Откровения и религии, как живого союза Личного Бога с разумно-свободным, созданным Им по Образу и Подобию Божию, человеком. Только в Божественном Откровении мы находим ответы на все вопросы пытливого ума человеческого, на которые не дает нам ответа ни наука, ни философия. Это из Откровения мы узнаем, что зло в мире – результат падения некоторых ангелов и первобытного человека, вышедших из рук Творца чистыми и невинными, но через гордыню и злоупотребление своей свободной волей нарушивших первоначальную мировую гармонию. Только из Откровения мы узнаем о жизни Творца и Вседержителя – совершенно непостижимый нашей логикой догмат о Пресвятой, Единосущной, Животворящей и Нераздельной Троице или о Троическом Единстве Бога в Самом Себе.
Бог есть не только Творец, но Вседержитель и Промыслитель. Он печется о всех существах мира, а это заключается в сохранении тварей, содействии им и управлении ими. Сохранение – это такое действие Промысла Божия, когда Всемогущий содержит в бытии весь мир и все частные существа, в нем находящиеся, с их силами, законами и деятельностью. Содействие-это такое действие, которое Всеблагий проявляет по отношению к свободно-разумным тварям, помогая им, когда они свободно избирают и творят доброе. Когда же творят злое – то только попускает. Управление – это такое действие, которым Промыслитель направляет жизнь тварей к предназначенным целям, обращая иногда самые их дела к добрым последствиям. Промысл Божий, по точному смыслу Слова Божия и учению отцов Церкви, разделяется на общий, обо всем мире, и частный, о каждом частном существе. «Как может не радеть о Своей твари Тот, Кто по Своей бесконечной благости создал мир?», – говорит Блаженный Феодорит. Как Всемогущему и Вездесущему, Богу не стоит ни малейшего труда промышлять о Своем творении. Без Промысла Божия не было бы изумительного порядка, и мир, носимый случаем, как вихрем корабль, должен был бы превратиться в первобытный хаос и неустройство. Будучи вызван из ничтожества, он (мир) не мог бы существовать сам собою, говорят Афанасий Великий и Кирилл Александрийский. Кто отвергает Промысл Божий, тот отвергает и Самого Бога, говорят св. отцы. Хотя промысел Божий объемлет все в мире, однако свобода духовных и разумных существ этим не нарушается и разные виды зла не делают нарекания на Мироправителя. Вот почему так называемый Деизм (философское направление, признающее Бога-Творца, но отрицающее Промысл Божий в мире), совершенно отвергается Церковью.

О ТВОРЕНИИ МИРА ВЕЩЕСТВЕННОГО И ЧЕЛОВЕКА
Во всем Св. Писании только Бог называется вечным, а мир нигде не называется Ему совечным. «Все существа, – говорит Иоанн Дамаскин, – или сотворены или не сотворены. Если же сотворены, то изменяемы. Кто же не согласится с тем, что все в мире подлежит переменам?»
«Что было бы великого, – спрашивает Блаженный Феофилакт, – если бы Бог создал мир из готового материала? У нас и художники, получая готовое вещество, образуют из него, что им угодно».
Православная Церковь, как чадолюбивая Мать, желая оградить верных чад своих от разного рода умствований, ведущих к ложному пониманию происхождения мира, на основании Слова Божия поучает нас, что в творении мира вещественного нужно различать два периода: творение в собственном смысле слова, то есть творение самого первобытного мирового вещества и преобразование этого готового, но не устроенного, вещества в стройную систему мироздания.
Православная Церковь верует, что бытописатель Моисей повествует о творении всей вселенной, а не одной только нашей планеты. Моисей изображает не только геогению (образование земли), но и космогению (образование вселенной).
Говоря о происхождении неба и земли, Моисей как бы мимоходом, поскольку это имеет отношение к земле, касается неба, а затем переходит к подобному повествованию об устроении земли со всеми ее обитателями, во главе с венцом творения – человеком.
Всемогущий и Всеблагий Создатель участвует Сам не только в первом творении самого вещества, но и в создании всего мира.
Веруя, что Всемогущий Бог Своею сверхъестественной силой мог бы сотворить вселенную не только в шесть дней, но и в одно мгновение, Моисей под именем шести дней творения разумеет обыкновенные дни, определяя их начало и конец: «И был вечер, и было утро: день один» (Быт. 1:5). Изображая шестодневное творение мира не по законам естественного развития или эволюции, а сверхъестественной силой Творца, Моисей о всех высоких действиях Премудрого Творца говорит применительно к общечеловеческому пониманию, просто повествуя о разных предметах физического мира так, как они являются пред глазами наблюдателя, а не как они известны ученым. Моисей рассказывает о творении мира не как ученый естественник, а как мудрый учитель веры. Для него важна принципиальная сторона событий, а не детали, которыми не только могут, но обязаны интересоваться естественные науки. У Моисея нет научных терминов. Для него важно знать и сказать для назидания всем верующим, что мир сотворен из ничего, что все вызвано из небытия к бытию силою Всемогущего Бога. И да будет всем известно, что большинство величайших ученых считали и считают, что Природа и Библия – две книги, написанные Богом и предложенные для чтения человеку, как произведения одного Автора. В вопросе о происхождении мира между Библией и наукой нет принципиального противоречия. Так рассуждали великие представители науки (Ньютон, Кеплер, Коперник, Галилей, Фехнер, Либих, Ломоносов, Паскаль, Пастер, Рентген, Менделеев и далее, без конца). Русский ученый зоолог и антрополог Бэр и американский естествоиспытатель Даусон авторитетно заявляют, что от древних времен нам не завещано ничего более возвышенного, чем Библейское учение о творении мира. Если великие ученые находят возможным совмещать веру и знание, если к Библии они всегда относились с уважением, как к рассказу изумительному не только в смысле религиозном, но и чисто научном, то не свидетельствует ли это о том, что противоречия в принципиально-кардинальных вопросах о происхождении мира по Библии и по науке возникают, очевидно, лишь у тех, кто не знает ни науки, ни Библии? Чтобы успокоить однобоких поклонников науки и показать им, что по мере развития знаний мнимая пропасть противоречий между библией и наукой не увеличивается, а сглаживается, попытаемся сравнить эти два источника познания о происхождении мира.
Все научные гипотезы о происхождении мира, повествуют, что газообразные, раскаленные туманности при постоянном движении и вследствие большого удельного веса некоторых частиц, притягивающих к себе легкие частицы, образовали центры; от неизвестного толчка эти центры пришли в вихреобразное вращение; из уплотнившейся туманности, вследствие центростремительной силы, образовалось ядро, ставшее солнцем; оторвавшиеся от центрального ядра раскаленные шары превратились в планеты; газообразное вещество потом превратилось в огненно-жидкое, а затем в твердое и тогда постепенно стала зарождаться жизнь… Спрашивается, противоречат ли по существу эти стройные, красивые теории и гипотезы библейскому рассказу о происхождении мира?
Конечно, нет. Библия говорит: мир во всей его настоящей красоте и порядке произошел не сразу, не в один миг, а в шесть дней. И наука говорит, что мир образовался не сразу. Для успокоения же тех, кто хотел бы под днями творения разуметь периоды, а не обыкновенные наши дни, некоторые богословы допускают мысль, что, быть может, дни творения и не следует понимать буквально, ибо пред очами Бога тысяча лет, как мгновение.
Нет никакого противоречия между Библией и наукой и в другом кардинальном вопросе: о зарождении живых организмов на земле. И по Библии, и согласно науке сначала появились менее совершенные организмы, а затем более совершенные и, наконец, человек.
Что же касается древности мира то это вопрос больше научный, чем религиозный. Предоставим науке заниматься вычислениями. Для нас важно и отрадно знать, что развитие естественных наук не углубило, а сгладило мнимые противоречия между Библией и наукой. Верующему человеку, быть может, любопытно знакомиться с этими вычислениями, но не важно. Нам важно знать, что мир не вечен, что он вызван из небытия к бытию творческой силой Превечного Разума или Самобытной Первопричины.
Подробное повествование Моисея о творении человека, издревле называемого малым миром во вселенной, Св. Церковь понимает в смысле историческом, а не так, как многие вольнодумцы, низводя описание этого величайшего Божественного акта творения на степень какого-то мифа. Повествование Моисея о сотворении сначала Адама, а потом Евы подтверждается в Новом Завете. Апостол Павел в 1-ом послании к Коринфянам (11:8) говорит: «не муж от жены, но жена от мужа». В этом же послании (15:45, 47) апостол говорит: «первый человек Адам стал душею живущею; а последний Адам (Христос) есть Дух животворящий. Первый человек из земли – перстный; второй человек – Господь с Неба».
Но с другой стороны, эту историчность изложения о сотворении человека нельзя понимать буквально. Бытописатель в своем повествовании приспосабливается к пониманию людей. «Некоторые, слыша слова: – вдунул душу, – говорит св. Иоанн Златоуст, – утверждают происхождение человека из существа Божия. Что может быть хуже такого недоразумения? Если уста, то тут приписывайте и руки!. . »
Православная Церковь на основании Слова Божия учит, что весь род человеческий произошел от Адама и Евы. Однако существуют враги такого учения. Одни из них – преадамиты – утверждают, что Адам не есть праотец человечества, но что до него существовали люди. Другие – коадамиты заявляют, что вместе с Адамом было несколько родоначальников, а поэтому люди произошли не от одного корня.
Весьма замечательно отметить, что в преданиях всех народов род человеческий производится от одной четы и прародители нередко называются почти теми же самыми именами, как у Моисея. Священное Писание ясно подчеркивает происхождение рода человеческого от Адама и Евы. По словам Моисея, когда Господь Бог творил мир и создал землю и небо, то не было еще человека для возделывания Земли. Св. евангелист Лука, подробно излагая родословную Иисуса Христа по человечеству, доходит до Адама как прародителя и первого человека, который вышел из рук Самого Творца. Отсюда и Христос по человечеству: Еносов, Сифов, Адамов, Божий. В Деяниях святых апостолов мы читаем, что от одной крови Он (Бог) произвел весь род человеческий для обитания по всему лицу земли, а св. апостол Павел в Послании к римлянам говорит, что как одним человеком грех вошел в мир, и грехом (вошла) смерть, так и смерть перешла во всех человеков, потому что в нем (общем нашем прародителе) все согрешили.
Ссылка преадамитов на то, что Моисей в первой главе Бытия будто бы изображает происхождение первозданной четы иначе, чем во второй главе, неосновательна для утверждения о двух разных творениях человека. Моисей в первой главе говорит вообще о творении мужа и жены. Во второй же главе он подробно рассказывает, как Бог создал Адама. Справедливость нашего православного утверждения вполне согласуется и подтверждается словами самого Моисея: «Вот родословие Адама: когда Бог сотворил человека, по подобию Божию создал его, мужчину и женщину сотворил их» (Быт. 5:1-2). Что же касается ссылки коадамитов на физиологию, на резкое различие людей по цвету, лицевому углу, то по свидетельству науки различия эти происходят от климатических условий, и образа жизни.
Согласно Библейскому учению человек состоит из души и тела. Создав из праха земного тело Адама, Бог «вдунул в лице его дыхание жизни, и стал человек душею живою» (Быт. 2:7). О двухсоставной природе человека говорит и евангелист Матфей (10:28), предупреждая нас: «не бойтесь убивающих тело, души же не могущих убить; а бойтесь более Того, Кто может и душу и тело погубить в геенне». Апостол Павел, обращаясь к христианам (1Кор. 6:20), поучает их: «прославляйте Бога и в телах ваших и в душах ваших, которые суть Божий».
Правда, есть в Св. Писании такие места, где как будто говорится о трехсоставной природе человека (духа, души и тела). Так, например, в первом послании к солунянам или фессалоникийцам (5:23) апостол Павел говорит: «Сам же Бог мира да освятит вас во всей полноте, и ваш дух и душа и тело во всей целости да сохранится без порока в пришествие Господа нашего Иисуса Христа». Однако Св. Церковь, признавая не трехсоставную, а двухсоставную природу человека, поучает нас так: когда апостол Павел говорит о душе и духе, то здесь он различает две стороны или силы одной и той же духовной природы человека, гармонически сопоставляя эти две силы духовной природы с двумя силами или сторонами тела – членами и мозгами. Так он говорит в Послании к евреям (4:12): «Ибо слово Божие живо и действенно и острее всякого меча обоюдоострого: оно проникает до разделения души и духа, составов и мозгов, и судит помышления и намерения сердечные».
НАЗНАЧЕНИЕ, ПЕРВОБЫТНОЕ СОСТОЯНИЕ И ГРЕХОПАДЕНИЕ ЧЕЛОВЕКА
Если все развитие неорганического и органического мира было дано как бы во мгновение ока всемогущими словами Творца (да будет!), то сотворение человека отличалось от создания всех других тварей. Пред сотворением человека, выражаясь нашим ограниченным человеческим языком, происходит как бы совет во Святой Троице: «сотворим человека по образу Нашему и по подобию Нашему» (Быт. 1:26). Самый процесс творения человека совершался так: из праха земного Бог создал тело человека; в тело человека Господь вдунул дыхание жизни; указав на высокое назначение человека – быть царем природы, то есть обладать землею и владычествовать над всеми тварями. Бог создал подобную первому человеку помощницу – жену.
Отмеченное еще Моисеем совершенное отличие души от тела подтверждается многочисленными свидетельствами Ветхого и Нового Завета. По учению премудрого Екклезиаста: «И возвратится прах в землю, чем он и был; а дух возвратится к Богу, Который дал его»(12:7). Псаломщик Давид в поэтическом религиозном восторге высказывает свое упование, что Господь не оставит души его во аде и не даст плоти его увидеть тление (15:10).
Избиваемый камнями, Первомученик Стефан просил Господа принять дух его (Деян. 7:59). Св. евангелист Матфей предостерег, что мы должны особенно бояться тех, кто может и душу и тело наше погубить в геенне(10:28).
Вместе с ясными свидетельствами полного отличия души от тела в Св. Писании подробно описываются и все свойства души человеческой. Душа не только проста и невещественна, но она и свободна. Раз человеку даются заповеди, значит требуется и повиновение. Значит может быть и неповиновение. Кроме того, за исполнение заповедей обещается награда. Если хочешь войти в жизнь вечную, соблюди заповеди, – так ответил Господь богатому юноше на вопрос: Что сделать мне доброго, чтобы иметь жизнь вечную? Только будучи свободными, мы можем угодить Богу, ибо Бог, как Существо Всесвятое и Всесовершенное, не насилует свободной воли человека. Без свободы, по учению отцов Церкви, не может быть ни религии, ни нравственного закона, ни заслуг перед Господом.
Душа человека бессмертна. По разлучении с телом, душа возвращается к Богу, Который дал ее человеку, говорит и Екклезиаст (12:7). Когда земной наш дом, эта хижина (храмина тела) разорится, мы имеем от Бога жилище на небесах, дом нерукотворенный, вечный, – говорит апостол Павел (2Кор. 5:1). По словам того же апостола, не имея здесь, на земле, постоянного града, мы ищем будущего (вечного) (Евр. 13:14).
Для православного человека необходимо также знать, в чем же различие образа и подобия Божия в душе человеческой.
Отцы Церкви это различие объясняют так: образ Божий дан в самой природе нашей души, в ее уме, вечно стремящемся к истине, в ее свободной воле, бессмертии и стремлении к добру, а подобие Божие в надлежащем развитии и усовершенствовании этих душевных качеств и сил человека, в делании добра и в святости. Образ Божий мы получаем вместе с бытием нашей души, а подобие Божие мы должны приобретать сами, получив к тому от Бога все данные и полную возможность. Это различие между образом и подобием Божиим указывается и в Св. Писании. Бытописатель Моисей в книге Бытия (1:26) говорит: «И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему и по подобию Нашему», а в 27 стихе той же главы он говорит: «И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их». «Почему не сказано во втором случае: и сотворил по образу и по подобию Своему?» – спрашивает св. Григорий Нисский. Что же, обессилел Отец? Нечестиво так думать. Переменил намерение совета во Святой Троице? Нечестиво и так думать. О подобии не говорится во втором случае потому, что это подобие мы сами должны в себе приобретать. Уподобляться Богу нам только дана возможность, но насилия для уподобления Ему Бог не творит, ибо это противно Его Божественной Святости и Совершенству.
Превознесши человека над всеми земнородными, даровав ему разум, свободу, украсив его Своим Образом и всеми качествами для свободного уподобления Ему, Творец предуказал человеку особо высокое назначение во вселенной, а именно:
1. По отношению к Богу человек должен хранить верность завету или союзу Бога с человеком, постоянно стремиться к своему Первообразу и прославлять Бога в телесех своих и в душах своих, якоже суть Божия (1Кор. 6:20). Обращаясь к человеку, как к сосуду благоустроенному для прославления своего Творца, св. Василий Великий говорит, что для того человек и создан, чтобы быть достойным орудием славы Божией. Весь мир для человека, как бы живая книга, которая проповедует славу Божию и возвещает имеющему разум о сокровенном величии Творца. «Надлежало, – говорит Григорий Богослов, – чтобы поклонение Богу не ограничивалось бы одними горними или небесными ангельскими силами; но были бы и долу некоторые поклонники и все исполнилось славы Божией, потому что все Божие и для сего создан человек, почтенный рукотворением и образом Божиим».
2. По отношению к самому себе человек должен развивать и упражнять свои нравственные силы и все более и более уподобляться своему Первообразу, памятуя слова Св. Писания: «Будьте святы, ибо Я свят» (Лев. 11:44) и «будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный» (Мф. 5:48), прославляя Его своими добрыми делами.
3. По отношению к окружающей природе назначение человека определяется тем, что его, как царя природы, Бог создал последним. «Для него, как царя природы, – говорит Григорий Богослов, – надлежало приготовить обитель и потом уже ввести в нее царя в присутствии всех тварей». К таковому царственному назначению человек был сотворен со всеми необходимыми качествами. Из рук Творца вышел он добрым, свободным, невинным. Первые люди, замечает Бытописатель Моисей, «оба были наги и не стыдястася». Св. Иоанн Дамаскин объясняет этот верх бесстрастия полным равновесием духовного и телесного «я» в блаженном состоянии первых людей.
Но как бы совершенны ни были естественные силы человека, он, как ограниченное существо, не имел жизни в самом себе; он нуждался в постоянном подкреплении от Бога, и Бог проявлял Свое особое содействие в достижении человеком его высокого назначения. Рай в Эдеме (что значит – «наслаждение»), благоухавший вечно цветущими цветами, превосходил всякое представление высшего чувства красоты. Это была истинно божественная страна.
«Рай, – говорил св. Иоанн Дамаскин, – некоторые представляют чувственно, а другие – духовно, а мне кажется, что для человека, как духовно-телесного существа, рай был священнейшим храмом его бытия и чувственного и духовного. Телом человек водворялся в Божественной прекрасной стране, а душою первый человек жил в несравненно высшем месте, где имел своим домом и светлой ризою наслаждение сладчайшее – созерцание Бога. Бог Сам беседовал с ним».
Для упражнения воли в добре Бог даровал Свою благодать, которая, по свидетельству отцов Церкви, служила небесной одеждой и через нее Адам находился в общении с Богом. Для постоянного подкрепления и освящения телесных сил первозданного человека Бог насадил древо жизни. Для упражнения и развития телесных сил заповедал Адаму «делати рай» и Сам привел к Адаму всех животных. Для укрепления же в добре и послушании Господь Бог заповедал человеку, говоря: «от всякого дерева в саду ты будешь есть, а от дерева познания добра и зла не ешь от него, ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрешь» (Быт. 2:16-17).
Почему была необходима эта заповедь, спрашивают св. отцы и рассуждают так, отвечая на этот вопрос: свобода человеческая укрепляется не иначе, как действием согласно одному определенному правилу. Хотя в совести человека находится весь нравственный закон, но исполнение его возможно не иначе, как если представится к тому частный случай. Отсюда нужда в заповедях положительных. Кроме того через свободное исполнение заповедей человек некоторым образом заслуживал себе блаженное состояние. Подчинение воле Божественной предохраняло его от опасности возмечтать о себе высоко и пасть великим грехом гордыни. Правда, данная заповедь кажется не слишком важною. Но в ней выражен весь нравственный закон нашего отношения к Богу и ближнему.
Этой заповедью, – говорит Иоанн Златоуст, – Бог хотел показать человеку Свое над ним владычество. (По отношению к природе человек – царь, но по отношению к Богу – он только разумно управляющий на земле). Если бы Адам и Ева любили Господа, то они не нарушили бы Его заповеди. Если бы они любили ближнего, то есть друг друга, то не поверили бы убеждению змееву; не совершили бы убийства над собой, потеряв свое бессмертие; не совершили бы кражи, вкусив тайно от запрещенного плода; не сделались бы причастными лжесвидетельству диавола».
Хотя змей, в котором был диавол, и был первой причиной прародительского греха, однако главной причиной в собственном смысле слова, были сами прародители.
Уже по ложному обращению змея, в котором сидел отец лжи – диавол, спросивший Еву: «Подлинно ли сказал Бог: не ешьте ни от какого дерева в раю», – Ева должна была уразуметь, что здесь кроется лукавство и отвернуться от змея; но Ева даже рассказала заповедь Божию змею. И вот тогда-то искуситель с еще большей дерзостью начал лгать и утверждать совершенно противоположное тому, что говорил Господь.
Таким образом, Ева пала не по необходимости, а совершенно свободно, поверив змею, а за ней и Адам, злоупотребив свободной волей, тоже согрешил. Создав человека свободным, Господь дал ему для упражнения в добре и послушании самую легкую заповедь, выраженную со всей ясностью и огражденную страшной угрозой за нарушение, дав при этом все средства к исполнению этой заповеди. Значит, вся вина падения лежит на самих прародителях.
Важность греха прародителей заключалась не во внешности, а в нарушении духовной сущности и смысла самой заповеди; в нарушении безусловного послушания Богу. «Повиновение, – говорит Блаженный Августин, – есть мать и блюститель всех добродетелей. Прародители своим неповиновением нарушили весь нравственный закон».
«Что могло быть легче этой заповеди, данной для упражнения свободной воли человека? – спрашивает Иоанн Златоуст. – Какое нерадение обнаружили прародители к этой заповеди! Вместо бесконечной и постоянной благодарности и смирения перед творцом, человек ответил страшной гордыней и величайшей неблагодарностью». «Здесь, – говорит Блаженный Августин, – не только гордыня, потому что человек захотел находиться во власти своей, а не Божией; но здесь совершилось и человекоубийство, потому что свободно предал себя человек духовной и телесной смерти; здесь и любодеяние духа, ибо непорочность, девственность души человеческой нарушена убеждениями змея; здесь совершилась и кража плодов запрещенных; здесь и любостяжание, ибо возжелали большего, поддавшись на удочку дьявольской горделивой приманки «будете как боги, знающие добро и зло». По учению Тертуллиана, здесь нарушено было все десятословие – все десять заповедей Божиих.
Великое грехопадение сопровождалось и великими погибельными следствиями. Первобытный союз Бога с человеком был расторгнут, благодать общения с Богом потеряна, наступила смерть духовная. Помрачение разума было так велико, что первые люди вздумали даже скрыться от Вездесущего. С потерей невинности и с наклонностью ко злу первые люди почувствовали себя более животными, чем духовными, существами и хотели спрятаться от себя, как животного существа, при нарушенной гармонии между духовным и телесным «я», чего они раньше не замечали. Увлекая душу в страшные пожелания, грех исказил всю красоту образа Божия в человеке. Как монета с испорченным образом царя на ней теряет цену и золота, из которого она сделана, так и с искажением образа Божия в себе человек утратил в глазах Божиих свою прежнюю ценность и свое особое назначение вечного блаженства, бессмертия и бесконечного участия в Божественной славе Творца. Возжелав быть Богом, человек потерял и то, чтобы быть образом Божиим, – говорит св. Макарий Великий.
Следствия падения отразились и на теле: болезни, скорби, изнеможение, смерть, а с изгнанием из рая – уменьшение или потеря власти над животными, которые раньше были рабами Адаму, а теперь все звери «не знали его и возненавидели, как чужого» (Иоанн Златоуст). Созданная для наслаждения человека, а теперь проклятая в деле согрешившего человека, земля стала действовать во вред благоденствию и спокойствию человека.
Откуда ж взялось зло на земле, когда по словам Библии: «И увидел Бог все, что Он создал, и вот хорошо весьма» (Быт. 1:31)? Откуда взялся диавол, нарушивший блаженную и детски счастливую жизнь наших прародителей?
Грехопадению прародителей, – отвечает Св. Православная Церковь, – предшествовало грехопадение в мире горнем или ангельском.
И не будь грехопадения там, быть может, никогда не свершился бы и скорбный акт грехопадения наших прародителей.
О НАРУШЕНИИ ГАРМОНИИ ВО ВСЕЛЕННОЙ

Pages: 1 2 3

Did you enjoy this post? Why not leave a comment below and continue the conversation, or subscribe to my feed and get articles like this delivered automatically to your feed reader.

Comments

Еще нет комментариев.

Извините, комментирование на данный момент закрыто.