Талибан. Организационный анализ

ТАЛИБАН. ОРГАНИЗАЦИОННЫЙ АНАЛИЗ
Майор Шахид Афсар, Армия Пакистана;
Майор Крис Сэмплс, Армия США;
Майор Томас Вуд, Армия США.
Если ты хорошо знаешь своего врага и хорошо знаешь самого себя, ты можешь не бояться исхода даже тысячи битв. Если же ты знаешь себя, но не знаешь противника, то после каждой победы ты также будешь испытывать и поражения. Если же ты не знаешь ни себя, ни противника, то ты будешь проигрывать в каждой битве.
Сун Цзы
Статья отражает мнения авторов и не отражает официальную позицию Армии США или Армии Пакистана.
Майор Шахид Афсар-офицер пехоты Армии Пакистана, прошедший обучение в военно-морской аспирантуре в Монтерей, Калифорния. Майор Афсар служил в Федеральной Администрации Родовых провинций в поддержку операции Алмизан.
Майор Крис Сэмплс-офицер специального подразделения войск США, прошедший обучение в военно-морской аспирантуре в Монтерей, Калифорния. Майор Сэмплс 3 раза служил в Афганистане в поддержку операции Свобода.
Майор Томас Вуд-офицер Армии США, специализирующийся на психологических операциях, прошел обучение в военно-морской аспирантуре в Монтерей, Калифорния. Майор Вуд участвовал в операциях в Ираке в поддержку операции Свобода Ирака.
Одно из наиболее узнаваемых изображений на сегодняшний день-это самолеты, которые поразили Всемирный Торговый центр 11 сентября 2001 года. Террористическая организация Аль-Каеда и Талибан в Афганистане стали названиями, известными каждой семье во всем мире в тот роковой день. Средства массовой информации начали повествовать истории о жестокости Талибана, и мир открыл для себя новое чудовище.
Талибан не появился вдруг из ночной темноты, он был известен на Ближнем Востоке, в регионе, который больше всего пострадал после событий 9 сентября. После появления в 1994 году в медресе, Талибан добился удивительных побед над противниками и заполучил контроль над большей частью территории Афганистана . Талибы, которых одновременно приветствовали как спасителей и боялись как угнетателей, стали практически мифическим явлением, которое, казалось, воплотило в себя саму сущность культурных афганских верований, таких как наказание за неповиновение, гостеприимство по отношению к врагам и готовность умереть за честь. Талибан хорошо знаком с афганским народом и вплел себя в сложную афганскую сеть трайбализма, религии и этнической принадлежности.
Несмотря на стремительное свержение в 2002 году благодаря усилиям малочисленной коалиции Соединенных Штатов и антиталибских групп, Талибан все же не исчез. В действительности сегодня, несмотря на тысячи войск НАТО и США, растущую Афганскую национальную армию и избранное правительство, движение Талибан в Афганистане набирает свою мощь. Продолжаются мятежи и восстания, которые препятствуют тому, чтобы новое правительство установило законность в стране, а это в свою очередь способствует распространению массовых волнений в Пакистане. Безусловно, нам необходимо ознакомится более детально с этим архаичным врагом, который вызывает большие опасения.
История
• Современный Талибан был сформирован чередой условий и событий:
• Древняя воинская культура Афганистана.
• Вторжение советских войск в 1979 году и борьба моджахедов против них.
• Гражданская война и власть полевых командиров после ухода советских войск в 1989 году.
• Религиозная идеология медресе.
• Талибан как первоначальная надежда на мир для измученных войной людей.
• Падение режима Талибан в 2002 году.
• Продолжающийся мятеж .
Талибан состоит главным образом из пуштунских мусульман-суннитов. Исторически, эта многочисленная афганская этническая группа контролировала территорию от центра западного Афганистана до южной и восточной границы страны.
С этим регионом связана длинная история захватчиков, которые пытались безуспешно свергнуть пуштун.
Со времен Александра в 326 до н.э. множество иностранных вооруженных сил входило на территорию Афганистана, среди них были персы, скифы, кушанцы, саки, гунны, арабы, турки, монголы, британцы, русские, и совсем недавно – американцы и их союзники НАТО . Будучи отчаянно независимыми, пуштуны всегда яростно защищали свою родину от завоевателей. Никакая внешняя власть никогда не была в состоянии подчинить их себе полностью . Они побеждали множество потенциальных завоевателей или поглощали их в свои племена в течение столетий. Пуштуны, ознакомившись с военными стратегиями захватчиков, использовали их тактику и оборудование, чтобы вести борьбу между собой пока на горизонте не окажется новой внешней угрозы. Именно эта военная ориентация сформировала взгляд пуштунов и талибов: «Пуштуны никогда не пребывают в мире, кроме тех случаев, когда они в состоянии войны» . Пуштуны склонны не принимать какую-либо форму строгой власти, даже если это ведет к вражде и небезопасности . «Большая Игра» в XIX веке помогла сформировать нынешнюю расстановку политических сил . Именно она привела пуштунов к первым столкновениям с современной военной властью во время трех англо-афганских войн (1839, 1878, и 1919 гг.). После неудачных попыток получить контроль над Афганистаном, Россия и Великобритания согласились создать буфер между зонами своего влияния.
Международная граница между британской Индией и Афганистаном 1893 г., так называемая «линия Дюранда», в силу положений о правилах пользования территорией не затрагивала афганцев, которые имели сильные этнические и семейные узы с пуштунами, живущими за границей. Британцы дали полуавтономный статус племенам на стороне британской Индии, создавая племенные союзы, который после обретения независимости преобразовались в пакистанскую территорию племен федерального управления (ТПФУ) .
Области, принадлежащие пуштунам, оставались относительно мирными до последней четверти XX столетия, когда закончилась (1973) относительная стабильность, которую Афганистан обрел при правлении Шаха Захира в течение четырех десятилетий. Нестабильное положение в стране послужило катализатором для коммунистической Народной демократической партии Афганистана и способствовало свержению правительства в 1978 г.
Сторонники консервативных религиозных взглядов в Афганистане во главе с моджахедами сопротивлялись радикальным реформам нового режима, который ввел новые налоги, изменения в положения о земельной собственности, обязательное образование для женщин и их участие в нетрадиционных общественных ролях . Советский Союз ввел свои войска в Афганистан в декабре 1979 г., чтобы помочь своему коммунистическому союзнику против исламистского ополчения и противостоять угрозе радикальных исламистов, набирающих силу в мусульманских республиках Центральной Азии, в так называемом «мягком подбрюшье» Советского Союза . Эти действия только усилили сопротивления моджахедов и привели к призывам к джихаду. В ответе на это советские вооруженные силы начали вести ожесточенную кампанию против партизан. В течение почти 10 лет оккупации советские силы вместе со своими афганскими коммунистическими союзниками убили, как сообщается, 1.3 миллиона афганцев, разрушили инфраструктуру в городских и сельских районах страны, и привели к тому, что 5,5 миллионов афганцев были вынуждены бежать в лагеря беженцев в Иране и Пакистане .
Несмотря на значительные человеческие и материальные инвестиции в кампанию, советская войска никогда не имели свободного доступа к сельской местности, особенно в области пуштун, куда через городские территории и правительственные центры, фактически под осадой моджахедов, только иногда удавалось проникать Советским войскам (и то только в массовых операциях) . В феврале 1989 г. Советские войска были выведены из Афганистана. За шесть месяцев до этого Советская сторона передала огромное количество оружия и боеприпасов правительственным силам. Советский Союз продолжал оказывать материальную поддержку в течение двух лет после вывода своих войск, но их уход фактически оставил правительство бороться один на один с мятежниками. Последовавшая за этим гражданская война привела к тому, что коммунистическое правительство вынуждено было уйти в апреле 1992 г. После этого начались конфликты между различными группами моджахедов. У каждой фракции был свой лидер или военачальник, который стремился прийти к власти. Вспыхнувшая борьба привела к мародерству и грабежу. Напряженность между полевыми командирами и измученным войной населением привела к тому, что радикальные идеи Талибан стали популярными . Основная группа движения Талибан появилась из пуштунских лагерей для беженцев, главным образом в Пакистане, где измененная и интерпретированная версия ваххабистского ислама подтолкнула многих студентов медресе (талибов) к принятию ультраконсервативного подхода к социальным и политическим вопросам . Студенты-теологи, борющиеся за явные права и свободы, не являются новым феноменом в истории религий, и эти «талибы», которые стали официально называть себя «Талибан», позиционировали себя справедливыми религиозными студентами на марше мира . Требования талибов нашли отклик среди пуштунов, и их популярность быстро возрастала. В ноябре 1994 г. Талибан захватил контроль над Кандагаром в южном Афганистане. Они получили де-факто легитимную религиозную власть среди сельского населения пуштунов, когда их лидер, мулла Мухаммад Омар, надев священный плащ Пророка Мухаммеда на народном собрании, объявил себя «лидером правоверных» (Амир-уль-Моминин) . Это событие, возможно, было самой важной вехой в истории Талибана. Оно позволило Омару заявить права на то, чтобы «возглавить не только всех афганцев, но и всех мусульман» . А движение в свою очередь обрело харизматичного лидера, сумевшего использовать мистицизм, который является неотъемлемой частью пуштунской культуры .
Добившись значительных успехов в военном деле, Талибан контролировал 95 процентов территории страны к 1997 г . Несмотря на первичную эйфорию, движение постепенно теряло поддержку международного сообщества и афганских народных масс, потому что оно узаконивало свою экстремистскую версию мусульманского права. Талибан запретил телевидение, музыку и танцы; запретил женщинам посещать школу и работать вне дома; жестоко поступал с афганским населением, не принадлежащим к суннитам; и предположительно поддерживал воинственные секты суннитов в Пакистане. Мулла Омар сотрудничал с Усамой бен Ладеном, и Талибан принимал в контролируемые ими области тренировочные лагеря Аль-Каиды и их лидеров.
Отказ Омара выдать Усаму бен Ладена после событий 9 сентября инициировал операцию «Несокрушимая свобода» (ОНС), которая привела к краху движения Талибан и Аль-Каиды в Афганистане.
Много борцов Талибана ассимилировались в афганском обществе, в то время как лидеры были вынуждены уйти в подполье, чтобы появиться позже и возглавить центр мятежа. Неоправданные ожидания разоренного войной населения и преобладание непуштунского населения в правительстве в Кабуле дали новый повод и стимул для мятежа.
На территории племен федерального управления (ТПФУ) и Северо-Западной пограничной провинции пуштуны, симпатизирующие Талибану, имели разногласия с пакистанскими силами безопасности. Во время российской оккупации Афганистана, Пакистан и США использовали ТПФУ как стартовую площадку для финансирования моджахедов, делая территорию племен рассадником экстремизма.
Растущее количество медресе, изобилие современного вооружения, и приток афганских беженцев усложняли сложившуюся ситуацию. После ухода советских войск, много иностранных моджахедов (главным образом, арабы) заселились в ТПФУ и были приняты в племена через браки. Из-за этнических, религиозных, идеологических и культурных сходств, жители области положительно восприняли появление Талибана. После событий 11 сентября и ОНС, радикальные элементы в ТПФУ начали поддерживать Талибан и стали нападать на пакистанское правительство, так как оно поддержало операцию «Несокрушимая свобода».
Пакистан с тех пор развернул войска численностью более 100 000 человек в различных частях ТПФУ, чтобы противодействовать боевикам, которые имеют неясные связи с движением Талибан в Афганистане и действуют схожим с ним образом. Недавно лица, симпатизирующие движению Талибан в Пакистане, объединились и сформировали организацию под названием «Пакистанское движение Талибан» (Техрик-и-Талибан Пакистан). Байтулла Мехсуд был назначен лидером этой организации .
Культура
Культура, вероятно, является самым важным фактором в борьбе против мятежа в Афганистане. «Войны», – полагал Майкл Ховард, – «это не просто большие тактические упражнения… Войны … – это конфликты обществ, и полностью их можно понять только если разобраться в природе воюющих обществ» . Присутствие Талибана наиболее очевидно на пуштунских территориях. Согласно Томасу Джонсону, директору Программы исследований культуры и конфликтов Военно-морской школы последипломного образования, «в то время как было бы неправильным относиться к мятежу Талибана или к его возрождению как к просто пуштунскому вопросу, все же этот взгляд будет недалеким от истины» .
Кодекс чести Пуштунвали занимает особое место в культуре пуштунов .
Каждый пуштун «должен придерживаться кодекса, чтобы не запятнать свою честь и оставаться настоящим пуштуном» . Тем, кто нарушит кодекс чести, приговор выносит джирга . Ниже приведены некоторые наиболее важные аспекты кодекса:
Нанг (честь). Соплеменник обязан использовать любые средства, чтобы оградить и защитить свою честь и честь своей семьи. Честь пуштуна основывается на своде правил и обычаев. В случае нарушения этих правил, необходимо восстановление чести, даже если ценой этому будет чья-то жизнь.
Бадал (месть). Если кто-то убивает члена семьи или оскорбляет честь женщины в семье, месть неизбежна и необходима для восстановления чести. Месть часто приводит к убийству. Месть может быть осуществлена немедленно либо поколениями позже, если семья, честь которой была нарушена, слаба. Талибан ловко использует понятие «месть» для вербовки новых борцов, особенно после смертельных случаев среди гражданского населения, в результате бомбежек коалиции и «операций твердого удара» .
Мелмастиа (гостеприимство). Гостеприимство и защита должны быть предложены любому гостю, без ожидания вознаграждения взамен. Любой пуштун, придя в дом к другому пуштуну, может попросить убежища, независимо от отношений, которые были раньше между этими двумя сторонами . Талибан использует понятие «гостеприимство», чтобы получить пищу и убежище, когда они находятся в пределах территории пуштун.
Нанаватай (просить прощения). Кодекс чести позволяет пуштунам просить прощении у тех, кого они когда-то обидели. Виновная сторона приходит в дом своего врага, чтобы попросить прощения и попытаться наладить мирные отношения. Нанаватай – единственная альтернатива «мести». Талибан не поощряет Нанаватай; наоборот Талибан призывает потерпевшую сторону присоединиться к мятежу, для того чтобы восстановить честь или отомстить за смерть членов семьи.
Хамсайа («тот, кто разделяет ту же самую тень»). Хамсайа – отработка в обмен на защиту со стороны более сильных племен или снабжение некоторыми товарами. Например, земля в обмен за военную службу. Именно этот факт объясняет, почему племена незамедлительно следуют за наиболее сильной стороной. Этим и объясняется то, почему в 1990-ые годы Талибан смог так быстро прийти к власти . Несмотря на внутренние конфликты, племена пуштунов объединяются против врагов, если чувствуют приближение угрозы извне. Они политически хорошо осведомлены и будут использовать союзы и антисоюзы для своей выгоды – например, как в нынешней войне. Газета Крисчиан Сайнс Монитор отметила, «правила этой войны далеки от простых лозунгов вроде «Кто не с нами, тот против нас». Действительно, история пуштун полна героями, которые могли играть на обе стороны в пользу племени, семьи, и чести» .
Религия
Талибан использует религию как способ влияния на афганское население, 99 процентов которого – мусульмане (80-процентов – сунниты, 19 процентов – шииты) . В афганских исламских традициях основная религия объединена с предисламскими верованиями и племенными обычаями Пуштунвали . Талибан преобразовал эту традицию ультраконсервативной интерпретацией Ислама. Отличия его религиозной идеологии выросли в медресе во время советско-афганской войны. При поддержке Саудовской Аравии много школ перешли к ортодоксальной ветви Ислама, той, которая следует за эгалитарной моделью Салафитов и требует полного повиновения . По словам Ахмед Рашида: «Талибан не представляет никого, кроме них самих, и они не признают никаких видов Ислама, кроме собственного» .. Большинство афганцев не хотело следовать за этой новой версией Ислама, но давление со стороны Талибан не оставило им выбора.
Этническая принадлежность
В Афганистане 42% населения составляют пуштуны, 27% – таджики, 9% – хазарийцы, 9% – узбеки, 4% – аймаки, 3% туркмены, 2% – белужди, и 4% – другие этнические группы . В Пакистане больше пуштунов, чем в самом Афганистане, и большинство из них живут в приграничных районах ТПФУ и Северо-Западной пограничной провинции. Несмотря на то, что мифы и фольклор, исторические союзы и конфликты затрудняют задачу четко провести линию между различными племенами, выделяются 5 основных племенных групп: дурани, гилзай, карланри, сарбани и гургушт. Наиболее влиятельные из них – это дурани и гилзай .
Дурани
Племенная конфедерация дурани, главным образом занимающая территорию юго-восточного Афганистана, традиционно контролировала области пуштун, с момента как Ахмад Шах Дурани основал монархию в 1747 г. Афганцы считают Ахмад Шаха основателем современного Афганистана, так как он сумел объединить фракционные племена. Нынешний президент Афганистана, Хамид Карзай, родом из племени дурани.
Гилзаи
Племенная группа гилзай проживает главным образом в восточном Афганистане и исторически была главным соперником дурани. Некоторые из главных лидеров Талибана сегодня, включая Муллу Омара, родом из Гилзай . Гилзаи – это часть загадочной племенной конфедерации, известной как Битани .
Карланри
Карланри, или «племена холмов», являются третьей по многочисленности группой пуштун . Они занимают территорию между пограничными областями Пакистана и Афганистана в Вазиристане, Кураме, Пешаваре, Хосте, Пактии и Пактике .
Сарбани
Две основных группы составляют Сарбани, несмотря на географическую отдаленность. Большая группа, расположенная к северу от Пешавара, включает в себя такие племена, как мохманд, юсуфзаи и шинвари, в то время как меньший сегмент состоит из шерани и тарин, расположенных на севере Белуджистана . Эта фракция включает традиционную аристократию пуштун.
Гургушт
Главная последняя племенная группа – гургушт. Они занимают главным образом территорию северного Белуджистана и включают в себя такие племена, как какар, мандохел, панар и мусса хел. Некоторые из подплеменных групп, такие как гадун и сафи, могут также встретиться в Северо-Западной пограничной провинции .
Средства, ресурсы
Талибан имеет доступ к полному диапазону ресурсов, начиная с рабочей силы и заканчивая техникой. Важнейшие виды ресурсов, описанные здесь, включают в себя религиозных союзников, человеческий ландшафт и торговлю опиумом .
Религиозные союзники
Среди несметного числа трансконтинентальных террористов, Аль-Каида особенно поддерживает религиозную идею Талибана и придает ему некоторую легитимность, помогает усиливать информационную войну Талибана и обеспечивает передвижение денежных средств, персонала (иностранные борцы), технологий (передовые самодельные взрывные устройства – СВУ – вещества и средства связи), и оказывает тактическую учебную поддержку.
Техрик-и-Нифаз-и-шариат-и-Мухаммади, группа в ТПФУ и областях удара Северо-Западной пограничной провинций, является еще одной группой, симпатизирующей Талибану. Также оказывают поддержку или, по крайней мере, координируют действия с Талибаном, центрально-азиатское Исламское Движение Узбекистана (ИДУ), Хизб-и-Ислами Гулабуддина, Исламское движение Восточного Туркестана и много других мелких вооруженных банд.
В некоторых медресе в областях пуштун изучают искаженную версию исламской идеологии, в которой смешиваются этнические и религиозные чувства. Эти школы способствуют пополнению рядов Талибана. Эксперт Мохаммед Али Сиддики объясняет это явление как «исторический инцидент»: «Лидерство исламского движения перешло к пуштунам, поскольку они успешно оказывали сопротивление советской оккупации Афганистана. Затем Талибан пуштунов одержал победу [в Афганистане]… Так как медресе играли видную роль в антисоветском джихаде, они приобрели репутацию как баз для пополнения рядов моджахедов, так и центров изучения Ислама .
Человеческий ландшафт
Этот фактор крайне важен, так как может привести либо к успеху, либо к провалу мятежа талибов. Проще говоря, без поддержки людей не может быть и восстания. Пуштуны, ослабленные недостаточным, по их мнению, влиянием в кабульском правительстве, в последнее время проявляют всё большую симпатию по отношению к Талибану. Более того, «подозрения пуштунов и недоверие к правительству еще больше усилились, так как Афганская Переходная Администрация не смогла защитить пуштунов от ряда нарушений прав человека, совершенных повстанцами и полевыми командирами после падения режима Талибан . Таким образом, около 28 миллионов пуштунов в Афганистане и Пакистане пополняют ряды Талибана, поддерживают кадровые, финансовые, оружейные и разведывательной сети его мятежной деятельности . Они также проводят превосходную разведку в режиме реального времени относительно большинства передвижений войск, позволяя борцам Талибана уходить в безопасные места, когда противник превосходит их численностью, или устанавливать самодельные взрывчатые устройства и организовывать засады, когда их шансы на успех повышаются.
Имея призывников среди более двух поколений жителей, закаленных войной, Талибан пополняет ряды опытными борцами, которые знают ландшафт и смогут выжить в самых суровых условиях. Дополнительный бонус – это вооружение, припрятанное моджахедами про запас на территории страны во время афганско-советской войны, последующей гражданской войны и консолидации власти Талибана.
Доход от продажи наркотиков
Последний из ключевых ресурсов Талибана – незаконная торговля наркотиками, которая приносит доход и дает иные преимущества. Благодаря улучшенной системе ирригации и большему количеству осадков, Афганистан фактически стал наркогосударством . Рекордный урожай 2006 г. стоил более 3 миллиардов долларов . А оценки относительно 2007 г. были еще выше. В настоящее время Афганистан производит почти 93 процента опиума в мире, а доход от его торговли составляет половину валового внутреннего продукта Афганистана .. Сколько именно Талибан получает благодаря торговле наркотиками – неизвестно, но они облагают налогом фермеров, землевладельцев и торговцев наркотиками. Первоначально движение Талибан поклялось прекратить производство опиума, но теперь они считают, что опиум это необходимое зло: мало того, что доходы от продажи наркотиков спонсируют организацию мятежей, но они еще и «отравляют» Запад, особенно Европу, в которую 90 процентов героина импортируется из Афганистана. Торговцы наркотиками и Талибан помогают друг другу поставкой оружия, персоналом и деньгами – всем тем, что способствует дестабилизации ситуации в Исламской Республике Афганистан.
Ландшафт
Ландшафт, на котором проводят операции Талибан, симпатизирующие им группы и силы коалиции, достаточно суров. Афганистан и территории племен федерального управления составляют более чем 250 000 квадратных миль, 70 процентов которых – перемежающиеся засушливые горные плато, поросшие густым лесом горы и скалистые долины . Только 12 процентов земли пригодно для пахоты. Южный и Западный Афганистан – это главным образом пустыня, за исключением района реки Гильменд .
Инфраструктура коммуникаций либо слаборазвита, либо фактически не существует. Дороги идут по бассейнам рек и долинам и проходят через глубокие ущелья, которые в течение многих столетий использовались для засад местными воинами. Дома построены на господствующих высотах и обычно хорошо укреплены. На таком ландшафте чрезвычайно трудно контролировать маршруты доступа к городам, деревням и населению. Многие недоступные районы, управляемые по племенным законам предоставляют отличную свободу для маневра для боевиков, превращая обычные военные операции в неэффективные и дорогостоящие кампании с точки зрения войск и ресурсов. Проще говоря, сам ландшафт располагает к повстанческим действиям . Как и культура, регионы, труднопроходимая территория остается фактически незатронутой временем. Афганистан – «место, где земля меняет людей, а не место, где люди, меняют землю» .
Стратегия
Согласно Томасу Джонсону, «Талибан стремится вернуть себе статус, который был у него до событий 11 сентября». Талибан ведом двумя стремлениями: желанием повторно завоевать Афганистан и желанием восстановить халифат. Первая идея более пуштуно-центричная, вторая внушена Аль-Каидой» .
Основная стратегия борьбы Талибан основана на терпении. Они ведут классическую «войну блохи», нацеленную на то, чтобы заставить врага почувствовать себя в незавидной роли «собаки»: слишком много того, что нужно защищать; слишком маленький, вездесущий и проворный враг, чтобы сражаться с ним. Если война будет продолжаться достаточно долго, … собака умрет от истощения…» . Часто используемая аксиома Талибана – «У американцев есть часы, а у нас есть время» .
Их план состоит из четырех фаз или четырех задач:
• Мобилизовать религиозную общественность в Афганистане и Пакистане.
• Сплотить племена пуштун при помощи Кодекса чести пуштунов «Пуштунвали» и религиозной идеологии, и подчеркнуть факт покорения пуштун, так как в Кабуле правит главным образом непуштунское правительство.
• Внушить веру в непоколебимость организации, одновременно ставя под сомнения легитимность Исламской Республики Афганистан, сил коалиции и правительства Пакистана .
• Как только западные «крестоносцы» будут изгнаны из страны или же уйдут по собственной воле из-за отсутствия политической воли, Талибан захватит власть в восточных и южных регионах Афганистана и затем распространит свое влияние в западном Пакистане и установит свою версию исламского государства .
Структура
В системе Талибан существует несколько видов организаций на различных уровнях иерархии. До событий 11 сентября движение функционировало согласно традиционной, централизованной манере управления на высших и средних уровнях. Однако, во время мятежа организация предоставляет возможность местным командирам свободу действий, чтобы они могли приспособиться к окружающим условиям и имели преимущество рассредоточения сил в маленькие группы .
Специализированные отделы на высшем и среднем уровне организации Талибана включают группы смертников, информационные агентства, такие как студия Уммат и Радио-Шариат, и специализированные учебные подразделения, обучающие техническим навыкам по созданию самодельных взрывчатых устройств. Организация Талибана – это сеть франшиз и договоренностей, которая хорошо соответствует племенным традициям. Небольшая группа бойцов начинает называть себя «местным Талибаном». В обмен на поддержку и сотрудничество, эта группа получает некоторое признание со стороны центральной иерархии Талибан. Новая ячейка поддерживает основную стратегию Талибана, но в тоже время сохраняет свободу действий на местах. Этот принцип работы помогает сохранить преданность племени и территориальные границы.
В типичной деревенской ячейке Талибана около 10 и 50 частично занятых борцов, небольшое количество мотивированных идеологией людей и наемников из других областей. Каждая ячейка имеет свою собственную систему разведки, логистики и контроля населения при поддержке и координации других ячеек. Конфигурация ячеек варьируется в зависимости от окружающих условий. Выполняя большинство заданий независимо, каждая ячейка взаимодействует с другими ячейками по принципу взаимности: поддержка операций и разведывательной деятельности; создание коридоров для передачи информации и передвижения курьеров; поставка оборудования, а иногда и финансовая поддержка. Существует также общая взаимозависимость с вышестоящими структурами в сферах операций со СМИ, создания самодельных взрывчатых устройств, сбора технических разведывательных данных, специализированного обучения и дополнительной финансовой поддержки.
Лидерство
Мулла Омар был признан лидером Талибана. Харизматичного Омара поддерживает Верховная Шура Талибана, совет правителей по версии Талибана . Например, у муллы Дадуллы были военные обязанности в дополнение к тому, что он был членом шуры. По сообщениям, первыми членами Шуры (2003) были Джалалуддин Хаггани, Сайфур Рахман Мансур, мулла Дадалла (впоследствии замененный муллой Бахтом) , Ахтар Мохаммед Османи, мулла Обайдулла, Хафиз Абдул Маджид, мулла Мохаммед Расул, мулла Бародар и мулла Абдур Раззаг Ахутдзада . Большинство из них являются также региональными военными начальниками или военными советниками.
Лидерство может стать неоднозначным на региональном и местном уровнях, потому что лидеры соревнуются между собой за сферы влияния. Сообщается, что Талибан установил процедуру назначения регионального лидера и предоставляет ему детально разработанную систему координирования и управления операциями . Назначенные региональные командиры контролируют подкоманды и функциональные подразделения вдоль территориальных или племенных границ.
Принятие решений
Высшие руководители Талибана действуют в авторитарной манере, принимая решения на уровне политики, и даже мулла Омар, ранее известный своим микро-менеджментом, был вынужден использовать менее навязчивый метод руководства из-за сложившейся обстановки. Руководители среднего и нижнего звена Талибана привыкли действовать менее официально. Они полагаются на консенсус, принятий общими усилиями на джирге. Духовенство и племенные старшины обычно имеют право вето, чтобы заполучить поддержку народных масс.
Координация и коммуникации
На местах организованные Талибаном мятежи децентрализованы. Верховная Шура занимается стратегическим планированием, отдает указания региональным командующим и распространяет директивы для деревенских ячеек в форме фетв либо декретов. Деревенская ячейка действует в полуавтономной манере с минимальным контролем сверху. Следуя политике Высшей Шуры, лидеры ячеек планируют и проводят операции, исходя из региональной ситуации и принимая во внимания возможные опасности и преимущества для группы. Сфера влияния региональных или местных лидеров Талибана зависит напрямую от поставленных перед ними задач. Для выполнения обычных задач используется традиционная иерархическая пирамида, в которой информация проходит вертикально. Однако в скоординированной операции сеть играет особую роль, и Талибан передает информацию горизонтально, вертикально или по диагонали, очень быстро и эффективно, и даже уничтожение нескольких каналов коммуникации не повлияет на этот процесс. Талибан также успешно использовал тактику «роя» или «стаи», согласно которой маленькие группы собираются вместе для выполнения одной задачи, а затем рассеиваются . Для передачи ценных устных или письменных сообщений Талибан использует курьеров . Сеть курьеров основана на племенных связях и характеризуется быстротой и безопасностью передачи информации. Талибан использует радио с малым радиусом действия для тактических сообщений, а также использует обширную кодовую систему. Некоторые ячейки Талибана в Пакистане используют Интернет в целях пропаганды и для связи в заселенных местностях. Намех-и-шаб (ночные письма), обычно «декларации о намерениях» для контроля населения, являются еще одной формой коммуникации Талибана .
Вербовка и обучение
У Талибана нет официальной процедуры вербовки. Они привлекают новичков из числа студентов медресе и молодых людей из местных племен, мотивированных стремлением к славе, чувством мести, финансовой выгодой и религиозными верованиями. Местная ячейка – центр для пополнения рядов Талибана. В процессе вербовки используются семейные и клановые связи, племенное происхождение, личная дружба, социальные сети, круги выпускников медресе и общие интересы.
После того, как невинные афганцы становятся случайными жертвами военных операций коалиции, чувство «бадал» (мести) увеличивает приток рекрутов в ряды Талибана. Для усиления вербовки Талибан зачастую использует своих бойцов в качестве приманки, чтобы спровоцировать использовать более жестокий ответ со стороны США и НАТО .
Поскольку почти все мужчины в племенном обществе пуштунов вооружены, рекруты обычно обладают основными военными навыками. Они обучаются по месту работы и должны продемонстрировать свои военные умения путем оценки сверстниками, подобно системе, обычно используемой в пуштунских племенах. Храбрые, набожные и политически грамотные новички занимают хорошее положение в ячейке. В скором времени они либо становятся лидерами ячейки, либо покидают эту ячейку, чтобы сформировать собственную.
Мотивация
Талибан стремится найти согласованность между личными мотивами членов группы, интересами ячейки и целями организации. Сет Джонс описал два главных мотива мятежа Талибан: «Лидеры верхушки Талибана и ключевые командиры ведомы идеями интерпретированного радикального Ислама, они видят мятеж как борьбу с «неверными» с Запада и «марионеточным правительством» в Кабуле.
Нижнее звено организации – это тысячи местных бойцов и сеть поддержки. Талибан платит молодым людям из сельской местности за установку придорожных бомб и запуск ракет и мин против НАТО и афганских войск. Большинство из них идеологически не поддерживают джихад. Скорее, они мотивированы безработицей, разочарованием из-за отсутствия изменений с 2001 г. или возмущением вследствие того, что местный сельский житель был убит или ранен войсками США, НАТО или афганской армией» .
Талибан убеждает своих новичков действовать в соответствии с интересами организации, предлагая денежное вознаграждение людям, которые гонятся за деньгами; статус – людям, ищущим власть, и чувство славы тем, кто хочет прославиться в племенном обществе. Они также наказывают провинившихся, отказывая в деньгах, принижая их статус в организации, подвергая их самих или их семью физическому насилию, или отдаляют их от племенного сообщества. Бойцы и командиры также должны следовать нечеткому кодексу поведения Талибана. В декабре 2007 г. Талибан выпустил кодекс поведения (лайеха), чтобы поведать членам организации о ее правилах . Центральное руководство может отречься от любого члена группы или командира, если тот нарушит любое из правил. Например, в январе 2008 г. они исключили муллу Мансура Дадуллу за то, что он «не следовал правилам Исламского эмирата» .
Талибан и его будущее
Талибан распределяет своих ресурсы и структуру для достижения своих стратегических целей. Он воздействует на окружение, обеспечивая развитие в трех основных категориях:
Способность к принуждению – действия, в которых угроза или использование силы напрямую влияют на обстановку таким образом, чтобы улучшить положение Талибана и обеспечить его ресурсами.
Внутриполитическое влияние – ненасильственные меры влияния на обстановку, например создание теневого государства.
Внешнеполитическое влияние – усилия, направленные на изоляцию Афганистана и его соседей от международной помощи, распространение идеологии Талибана в соседних государствах, в частности в Пакистане, чтобы контролировать ресурсы и продолжать расширяться.

Способность к принуждению
Выбранная Талибаном партизанская тактика «войны блохи», вынудила силы коалиции воевать на очень большой территории и бороться с Талибаном, используя непропорциональное количество войск. В результате этого становится больше жертв среди гражданского населения по сравнению с потерями среди повстанцев . Сегодняшняя партизанская стратегия отражает изменение в операциях Талибана. Афганцы знали муллу Омара как Робин Гуда как защитника людей во времена зарождения Талибана . Теперь Талибан использует в своих интересах принцип кодекса Пуштунвали, чтобы иметь доступ к убежищу в различных населенных пунктах. Командующий Талибана в провинции Гильменд заявил, «Люди на нашей стороне. Они дают нам пищу, они дают нам убежище» . Конечно, люди могут предлагать убежище не по своей воле, а по принуждению, согласно сообщениям из провинции Газни: «Люди ждут и хотят поговорить с их любимым представителем… Один – школьный учитель, другой – член муниципального совета. Они даже не смеют назвать свои имена из страха перед потенциальными репрессиями» . Согласно сообщениям из Карабаха: «Люди, симпатизирующие Талибану, ездили по улицам шести окружных деревень Карабаха с громкоговорителями, угрожая смертью любому, кто будет сотрудничать с афганским правительством. Теперь они стали еще смелее, так как теперь они не скрывают своих лиц во время таких визитов».
Но все же никто их за это не наказывает. Почему? В прошлый раз сельские жители указали, на тех, кто был ответственен за нападение. А в скором времени преступники были освобождены на свободу после дачи взятки районному начальнику полиции» .
Количество жертв среди гражданского населения увеличивается в результате столкновений войск Талибана и коалиции. По сообщениям Хьюман Райтс Вотч, в 2006 г. в результате атак Талибана было зарегистрировано 699 жертв среди гражданского населения . НПО в Афганистане подготовило данные о преднамеренных и случайных жертвах среди гражданского населения в первом полугодии 2007 года .
Кампания Талибана вбила клин между силами коалиции и людьми, которых силы коалиции считают фактическими сторонниками Талибана. Со своей стороны люди полагают, что силы коалиции нечувствительны к местной культуре, их действия приводят к многочисленным ненужным жертвам среди гражданского населения, и они не могут предложить соответствующую компенсацию. Люди прибегают к мести (бадал), все больше оказывают пассивную поддержку Талибану и создают основу для набора новых бойцов.
Кампания принуждения Талибана также разжигает недовольство людей правительством. Офис безопасности НПО сообщил, что за первые шесть месяцев 2007 было зафиксировано 50-процентное увеличение контактов между населением, с одной стороны, и Талибаном и другими мятежными группами, с другой . Большинство таких случаев были не смертельны, но 60 процентов составили похищения или угрозы. Сорок процентов составили нападения с использованием оружия (обстрел гранатами и стрелковым оружием), нападения, использование самодельных взрывчатых устройств и поджоги .
К тому же разъедающие действия Талибана препятствуют тому, чтобы рабочие и материал были доставлены в отдаленные районы Афганистана. Как сказал европейский чиновник службы безопасности: «Люди обеспокоены тем, что уровень жизни не улучшается, и в этом состоит вызов мятежа: воспрепятствовать правительству в достижении результатов, поддерживая нестабильность в определенных регионах» . В результате опустошение, произведенное Талибаном, приводит к еще большему разочарованию и гневу по отношению к тем, кто когда-то обещал лучшую жизнь, и усиливают желание возвратиться к режиму Талибана, чтобы сменить разочарование на стабильность. Талибан также усиленно использует террористов-смертников, чтобы укрепить движение: с 2006 значительно увеличилось число таких нападений .
Новая волна самоубийств, организованная совместными усилиями Аль-Каиды и Талибана, демонстрирует различие между прежней тактикой Робина Гуда и теперешним игнорированием Талибаном прав гражданских лиц. Использование этого метода привело к значительно большему числу жертв среди мирного населения по сравнению с потерями в рядах международных войск .
В результате Управление Верховного комиссариата ООН по правам человека обвинило Талибан в преднамеренном планировании уничтожения гражданских лиц, с целью подорвать авторитет Исламской Республики Афганистана . Однако и такая тактика приносит свои плоды: афганцы теперь стараются минимизировать контакты с агентствами коалиции, из-за большого риска находится вблизи войск на марше или военных баз.
Конечно, пропагандистская машина Талибана пытается избежать ответственности за жертвы среди гражданского населения, обычно возлагая ответственность на силы коалиции. Согласно сообщениям Аль-Джазиры в 2007 году: «Талибан рассказал нам, что самоубийство… было совершено этим утром… они убили четырех итальянцев и ранили трех других. Согласно версии Талибан, гражданские лица, которые были убиты, погибли в результате перекрестного огня, они не взяли на себя ответственность за смертельные случаи гражданских лиц» . Такая тактика способствует отчуждению населения от сил коалиции и афганского правительства. Также принудительные меры направлены и на изменение системы образования в стране. В 2006 г. бойцы Талибана убили 20 учителей и разрушили приблизительно 200 школ . В 2007 г. они вынудили закрыться еще 300 школ . В январе 2007 г. Талибан заявил, что один миллион долларов был выделен для того, чтобы построить школы в шести южных областях Афганистана. «Талибан не против образования» – было сказано в заявлении Талибан; «Талибан хочет, чтобы дети получали Исламское образование (по шариату)» . Талибан надеется построить образовательную систему, основанную на медресе, после того как они уничтожат любые другие образовательные учреждения. Таким образом, Талибан стремится обеспечить постоянный приток человеческих ресурсов в течение последующих лет.
Талибан оказался организацией, способной к сопротивлению. Потеряв власть, Талибан все же сумел перегруппироваться и создать параллельное правительство. Это «теневое правительство» стремится расширить свою власть, беря под контроль новые территории и подрывая легитимность правительства Исламской Республики Афганистан .
Бывший высокопоставленный генерал Талибана и нынешний член Парламента Исламской Республики Афганистана мулла Абдул Салам Рокети отметил: «весь штаб сопротивления Талибана является… реальным теневым правительством» .
Талибан, кажется, сумел проникнуть и в ряды законного правительства. Силы коалиции заметили это еще в 2005 г., когда афганские программы амнистии позволили членам Талибана присоединиться к афганскому обществу и участвовать в выборах. Один из военных офицеров прокомментировал эту ситуацию: «Среди кандидатов были и те, кто когда-то был членом организации, либо поддерживал или каким-то другим способом помогал Талибану, либо как-то был запятнан связями с этой организацией, или же эти имена были в нашем черном списке. Это свидетельствует о том, что эти люди будут пытаться создать теневое правительство путем официальных выборов, для того, чтобы их люди занимали ответственные посты, когда их образ жизни и их правительство вернутся в результате распада легитимного правительства» .
Сейчас достаточно трудно найти факты, подтверждающие обвинения в возвращения членов Талибана, до тех пор, пока они сами не захотят этого, а пока что восприятие волков в овечьей шкуре, присутствующих в правительстве, направлено на подрыв нынешнего руководства Исламской Республики Афганистан. В тоже время, Талибан продвигает легитимность своего теневого правительства, о чем свидетельствует разработка в декабре 2006 г. проекта новой Конституции Исламского Эмирата Афганистана . Талибан позиционируем себя как правительство в изгнании, чтобы симпатизирующие им арабские государства имели более весомые причины поддерживать Талибан.
Региональное и международное влияние
Инцидент в июле 2007 года в Красной Мечети Исламабада лишний раз доказал то, что Талибан все имеет влияние на политику в регионе. Бойцы, установившие в духе Талибана жизнь по законам шариата в своем сообществе в Исламабаде, начали восьмидневное противостояние правительственным силам. Безвыходная ситуация была разрешена благодаря пакистанским войскам, взявшим штурмом комплекс Красной мечети. В другой схватке было убито 10 солдат и более чем 90 боевиков . Действия полиция вызвали волну общественных беспорядков и привели к призывам об отставке президента Мушаррафа. Позже убийство бывшего пакистанского премьер-министра Беназира Бхутто доказало еще раз заинтересованность Талибана в будущем Пакистана. И пакистанское правительство, и ЦРУ возложили ответственность за убийство на Байтуллу Мехсуда, командующего Движением Талибан Пакистана . Мехсуд, как сообщают, предан Мулле Омару, чьи идеологические верования он разделяет . Расширение территории, контролируемой Талибаном, в частности в Пакистане, демонстрирует успешные попытки регионального роста организации.
Влияние Талибана на международном уровне было также очевидно в результате похищения и казни в июле 2007 г. двух немецких подданных, вовлеченных в проекте строительства дамбы (наряду с пятью афганцами) и похищения автобуса с южнокорейскими миссионерами. Члены Талибана утверждают, что они казнили немцев после того, как Германия проигнорировала их требование отозвать 3000 войск из Афганистана. Корейских заложников настигла та же участь, когда Талибан потребовал, чтобы Корея также отозвала 200 своих солдат. После того, как Талибан убил двух корейцев, южнокорейское правительство согласилось с требованиями Талибана отозвать свои войска из Афганистана. (Оставшиеся заложники были освобождены ).
Такие кампании приносят свои ощутимые плоды. Вслед за инцидентом в Красной Мечети и непрекращающимися студенческими протестами усилилось давление на Пакистан с целью введения религиозного правления, подобного Талибану, что привело к росту общественной поддержки Талибана и числе потенциальных рекрутов. Захватом заложников и убийствами Талибан лишь подчеркнул неспособность правительства защитить иностранцев и продемонстрировал свою способность диктовать условия другим правительствам.
Результат влияния Талибана также виден и в охлаждении отношений между США и партнерами по коалиции в Афганистане по вопросу разделения бремени. Используя тактику выжидания, Талибан испытывает на прочность политическую волю и силы стран коалиции, поскольку миссия в Афганистане становится все более продолжительной.
Недавно госсекретарь безопасности США Роберт Гейтс раскритиковал действия НАТО в южном Афганистане. Гейтс заявил журналу Лос-Анджелес Таймс, что силы коалиции на юге не знают, как бороться против партизан, и только обостряют конфликт, который приводит к излишней жестокости и насилию . Нидерланды, Великобритания и Канада, войска которых большей частью сражаются в южном Афганистане, возразили замечаниям Гейтса .
Национальный лидер Демократической партии Канады, Джек Лейтон, сказал, что такие замечания могут спровоцировать Канаду уйти из Афганистана. Спикер НАТО ответил, что: «Сообщения в средствах массовой информации о возможных раздорах между союзниками не разрешат ситуацию. Еще хуже, когда действительно существуют разногласия между союзниками» (однако он добавил – «Я не думаю, что они есть») .
Постоянный рост потерь также оказывает определенное влияние на желание союзников посылать войска в Афганистан . Очевидно, Талибан понимает, что повстанческая «блоха» не должна стремится победить врага, она должна стремится вымотать его желание «чесаться».
Задумываясь о том, что может ждать в будущем Талибан и Афганистан, становится ясным следующее: Талибан становится самодостаточным, производя результаты, поддерживающие его ресурсную базу. Таким образом, движение Талибан способно выжить и, в отсутствие США и НАТО, в итоге сможет управлять пуштунскими областями Афганистана, распространяя свое влияние на ТПФУ и другие области Пакистана. Очевидна необходимость решать эту проблему комплексно, иначе Талибан сможет начать новую волну террора – такую как атаки 11 сентября, теракты в Барселоне и Лондоне – по всему миру.

Did you enjoy this post? Why not leave a comment below and continue the conversation, or subscribe to my feed and get articles like this delivered automatically to your feed reader.

Comments

No comments yet.

Sorry, the comment form is closed at this time.